Прямой эфир

К сожалению, ваш браузер
не поддерживает
потоковое видео.

Попробуйте

установить Flash-плеер
Почему Россия ругает Америку, но хочет ею стать
Лента новостей 13:05 МСК
СБУ разрешила Наташе Королевой приехать на Украину на похороны бабушки Политика, 12:50 Прокурор потребовал приговорить к 8 годам тюрьмы экс-замглаву «Аэрофлота» Бизнес, 12:42 «Дыра» в капитале банка «Пересвет» увеличилась почти на 10 млрд руб. Финансы, 12:42 Банки займутся оформлением паспортов и миграционных документов Общество, 12:41 Авиасалон МАКС-2017 решили перенести на один месяц Технологии и медиа, 12:37 Дочь Джона Кеннеди ушла с поста посла США в Японии Политика, 12:32 Кремль ответил на предложение Савченко о Крыме и Донбассе Политика, 12:24 Петербургский союз ученых призвал не передавать Исаакиевский собор РПЦ Общество, 12:22 Курс евро на завтра  12:21 EUR ЦБ 63.2252 -0.0612 Курс доллара на завтра  12:21 USD ЦБ 59.183 -0.2185 Суд отказал «Транснефти» в отводе судьи по процессу «Роснефти» Общество, 12:21 Мау сравнил падение доходов среднего класса России со сдувшимся пузырем Общество, 12:18 Прокуратура занялась путаницей с телами женщин в морге Челябинска Общество, 12:12 Глава Молдавии сообщил о «наметках» для погашения долга перед «Газпромом» Политика, 12:10 Deutsche Bank договорился с Минюстом США о выплате $7,2 млрд Бизнес, 12:04 Секретная служба США выплатит $24 млн по иску о дискриминации чернокожих Политика, 11:42 Центр Кудрина подтвердил репрессивные тенденции в уголовном праве России Общество, 11:34 Глава ВТБ отказался комментировать сделку по приватизации «Роснефти» Бизнес, 11:29 Омбудсмен назвала решение ЕСПЧ по «закону Димы Яковлева» взвешенным Политика, 11:25 Скончался один из пострадавших при взрыве на Бийском заводе Общество, 11:21 Осужденные за беспорядки во Франции болельщики вернулись в Россию Общество, 11:20 Трамп призвал бойкотирующих его инаугурацию сдать билеты Политика, 11:13 Глава ВТБ рассказал о «высоких ожиданиях» от избрания Трампа Политика, 11:03 Главу отдела МВД временно отстранили от должности по делу о «Боярышнике» Общество, 11:03 ВТБ заявил о планах купить два банка в Сибири и на Урале Финансы, 11:00 В США госпитализировали Джорджа Буша-старшего Политика, 10:58 СКР возбудил уголовное дело после отравления в интернате в НАО Общество, 10:42
Газета № 151 (1926) (1908) //2336 19 авг 2014, 00:25
Иван Курилла, доктор исторических наук, завкафедрой международных отношений и зарубежного регионоведения Волгоградского государственного университета
Почему Россия ругает Америку, но хочет ею стать
Фото: ИЗ ЛИЧНОГО АРХИВА

На днях Владимир Путин в очередной раз пообещал, что российское руководство будет действовать по образу и подобию Соединенных Штатов. «США взяли и вышли из Договора об ограничении наступательных вооружений — и дело с концом. Они исходили, как они считают, из соображений национальной безопасности. И мы будем делать точно то же самое, когда посчитаем выгодным и нужным для обеспечения наших интересов». По всей видимости, Путин имел в виду все-таки не ОСВ или СНВ, а договор о противоракетной обороне (ПРО), из которого США вышли в конце 2001 года. Но интересно другое.

Стремление сверять свои шаги с американским образцом очень показательно. Это в России вообще давняя традиция, позволяющая говорить о Соединенных Штатах как о «конституирующем Другом» России. И Владимир Путин эту традицию очень даже поддерживает. Заходит речь о Южной Осетии, Абхазии или теперь Крыме — «посмотрите, что сделали США и их союзники в Косово». Принимается закон об «иностранных агентах» — его авторы говорят, что «это же копия американского ФАРА». Но путинский вариант ориентации на Америку сильно отличается от подходов его предшественников.

Декабрист Никита Муравьев использовал американскую конституцию как образец для своего конституционного проекта. Отправивший Муравьева на каторгу Николай I приглашал американских инженеров строить железную дорогу и телеграф. Большевики 1920-х мечтали достичь американской эффективности в экономике, а Никита Хрущев в 1960-е надеялся Америку «догнать и перегнать». Наконец, Борис Ельцин в 1990-е приглашал американских советников при планировании институциональных реформ.

В большинстве этих случаев сравнение с США и прямая опора на их опыт были способом улучшить государственное устройство или экономику России. Американский образец был тесно связан с модернизационной повесткой дня. И даже в годы холодной войны советские лидеры не говорили о том, что СССР должен ориентироваться на американские образцы в своей внешней политике. Оно и понятно: Советский Союз на мировой арене поддерживал революционные и национально-освободительные движения, Соединенные Штаты же стремились сдержать экспансию советского влияния и выступали консервативной силой в международных отношениях. Сравнение Афганистана с Вьетнамом на последней стадии существования СССР звучало только из уст критиков советского режима; невозможно себе представить его в речах Брежнева или Андропова.

Да и в период президентства Дмитрия Медведева, казалось, верх взяло традиционное отношение российских руководителей к Америке: надежда на технологический рывок при помощи Соединенных Штатов. Медведев посетил Кремниевую долину, пытался привлечь американских ученых к созданию в России своей «долины» и современных наукоемких производств.

Все это оказалось забыто с возвращением в Кремль Владимира Путина. Из повестки дня вымыло модернизацию, речь теперь идет о геополитике, и именно в этом смысле путинская Россия хотела бы сравняться с Соединенными Штатами. Поразительно, что неустанно критикуя внешнюю политику США (особенно начиная с «мюнхенской речи» 2007 года), Путин постоянно вспоминает действия американцев для обоснования собственных внешнеполитических шагов. И напротив, несмотря на все разговоры о повороте к востоку и сближении с Китаем, в деятельности Кремля не заметно никакого стремления воспроизвести во внешней политике «китайские» подходы.

После холодной войны Россия и США, можно сказать, поменялись местами. В постсоветские десятилетия именно Россия позиционировала себя на международной арене как консервативная сила, защитница «легитимных» (в современном понимании) режимов, суверенитета, старых международных организаций и процедур. А Соединенные Штаты теперь поддерживали революционеров (например, в ходе «цветных» революций и «арабской весны») и показательно игнорировали процедуры, противоречившие их непосредственным интересам. Так, при принятии решения о бомбардировках Югославии в 1999 году администрация Билла Клинтона проигнорировала мнение ООН, а в 2003 году при вторжении в Ирак администрация Джорджа Буша-младшего не оглянулась даже на возражения соратников по НАТО.

И хотя события 2014 года часто интерпретируют как попытку России изменить международные правила игры, постоянные отсылки в речах Путина к образцам внешней политики США говорят о другом: правила могут остаться прежними, просто Россия должна получить право на их нарушение. В этом можно увидеть и перенос во внешнюю политику знаменитого «друзьям — все, врагам — закон». Похоже, что российскому руководству Соединенные Штаты представляются лидером сообщества, организованного именно по этому принципу, и Россия хотела бы, оставаясь в этом сообществе, попасть в число тех, для кого международный закон не писан. Если эта попытка реконструкции верна, значит, внешнеполитические приоритеты Кремля меняются вовсе не так кардинально, как могло показаться нынешней весной. 

Хорошая новость для российских западников: для Путина, как и для многих его предшественников, Америка остается идеалом, который он бы хотел повторить в России. Плохая новость в том, что российский президент видит этот идеал не в современной высокотехнологичной экономике или развитых институтах, а в возможности применять грубую силу и роли мирового жандарма.