Агент в национальной безопасности
Агент в национальной безопасности
В «иностранные агенты» НКО запишут только после «попытки переворота»
За первые сто дней действия закона об НКО — иностранных агентах стало ясно, что новелла работает не так, как ожидали ее авторы. Опасения правозащитников, что к ним будут приходить с проверкой после каждого заявления, не оправдались. Более того, источник в Минюсте сообщил РБК daily, что только при наличии веских доказательств причастности НКО, финансируемой из-за рубежа, к политической деятельности и попыткам изменить политику государства ее смогут занести в список.
О практике применения скандального закона на «круглом столе» в Общественной палате в понедельник рассказала замдиректора департамента Минюста по делам НКО Татьяна Вагина. Она подтвердила позицию своего ведомства, что закон не будет применяться формально и каждый случай будет детально рассматриваться, чтобы не нанести урон деловой репутации той или иной общественной организации, необоснованно признав ее «иностранным агентом».
Ведомство уже показало верх лояльности интересам НКО. До сих пор Минюст не внес в реестр ни одного «иностранного агента» и наращивать активность не планирует.
К тому же в Минюст по электронной почте поступило 350 обращений от граждан с требованием внести Левада-Центр в реестр, потому что эта организация получает финансирование из-за рубежа и влияет на общественное мнение, публикуя результаты опросов, в том числе о рейтингах политиков. Также через Интернет пришло 120 писем по поводу работы ассоциации «Голос», но Минюст вежливо отказал каждому заявителю в проведении проверки, потому что не нашел в деятельности этих организаций признаков экстремизма и стремления изменить политику государства. Точно так же в ведомстве ответили и на шесть обращений от депутатов Госдумы, которые успели прийти за последние три месяца.
«Минюст понимает, что этот закон можно применять только буквально, потому что при тех расплывчатых определениях, критериях и исключениях сделать это невозможно, — пояснила РБК daily член Общественной палаты Дарья Милославская. — Минюст не влился в популистскую волну, а идет юридическим путем, что нам очень импонирует, но, если позиция министерства изменится, этот закон будет инструментом давления на НКО».
Однако формально закон уже возымел действие: муниципалитеты отказываются сотрудничать с НКО, которые получали финансирование из-за рубежа, и недвусмысленно намекают, что эти организации могут не рассчитывать на господдержку, несмотря на то что официально никакими агентами они не являются.
Вал проверок может начаться после 15 апреля, когда НКО подадут отчетность о своем финансировании, где в том числе должны указать и иностранные источники. Между тем в отчетах не будет указано, когда именно деньги поступили на счета — до вступления закона в силу или после.
По мнению лидера движения «За права человека» Льва Пономарева, сейчас наблюдаются попытки чиновников противостоять нажиму силовиков. Например, недавно глава Верховного суда Вячеслав Лебедев высказался о недопустимости необоснованного содержания подследственных в СИЗО. Г-н Пономарев отмечает, что в этом же тренде высказывается об «иностранных агентах» глава Минюста Александр Коновалов. Министр заявил, что этот закон выбивается из остального законодательства об НКО. Он говорит, что во всем мире пресекаются попытки иностранного финансирования предвыборных кампаний, но не попытки приравнять деятельность НКО к партийной борьбе.
