О правах «без жесткача»

Президент Владимир Путин на встрече с Советом по правам человека дал зарок почти вдвое увеличить гранты для гражданского общества. Он пообещал разобраться с ситуацией с выборами в подмосковном Жуковском, но смягчение муниципального фильтра на выборах не поддержал. Основная повестка касалась Украины, но о судьбе пропавших десантников речи не было, как и о многих других темах, традиционно волнующих правозащитное сообщество.

Украина: поиск виноватых

Владимир Путин во вторник провел ежегодную встречу с членами своего Совета по развитию гражданского общества и правам человека. Украинской теме президент посвятил половину своего вступительного слова, отметив, что на территории соседней страны происходит едва ли не геноцид, но при этом международные правозащитные организации «лицемерно отворачиваются» от этих преступлений.

Об Украине – в разной тональности – говорили и члены СПЧ. Председатель совета Михаил Федотов говорил о необходимости «демилитаризации общественного сознания» и отказе от «стереотипов подозрительности и враждебности». С этим президент даже согласился, но напомнил, что власти Киева «устраивают праздник» по поводу «профашистской» ОУН-УПА, а верующих УПЦ МП изгоняют из храмов.

Вопроса о российских десантниках, оказавшихся на территории боевых действий в Донбассе и там погибших, никто из членов Совета президенту не задал.

Член Совета Елена Масюк решила не задавать президенту вопрос о погибших на Украине десантниках, потому что думала, что его зададут другие члены СПЧ, сказала она РБК.

Жесткач для бизнесменов

Вопрос о борьбе с коррупцией поставил перед Путиным руководитель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов. Он предложил президенту сажать расхитителей бюджетных средств на 20 лет без возможности условно-досрочного освобождения и амнистии, если коррупционер не возместит причиненного ущерба.

На это президент заявил, что не против рассмотрения вопроса об отмене амнистии для коррупционеров и ужесточения наказания за хищение бюджетных средств. «Если думаете, что это так важно сделать, то давайте так сделаем», – сказал Путин, упомянув при этом, что отмена амнистии является избыточной мерой. «Мне кажется, что это совсем уж жесткач такой», – подчеркнул президент.

Член СПЧ Ирина Хакамада публично выступила против инициатив Кабанова. «В определенной степени меня удовлетворил ответ президента. Эта тема очень сложная, и ее вот так топором не разрубишь», – сказала РБК Хакамада. При этом она уверена, что ужесточение уголовной ответственности не решит проблемы с коррупцией. По мнению политика, существующее наказание (до 10 лет за мошенничество и до 15 за дачу взятки) и так довольно суровое.

Запросы правозащитников

Несколько выступающих затронули болезненные темы. Николай Сванидзе затронул судьбу крымско-татарского меньшинства в Крыму. По его данным, зафиксированы факты «исчезновений, прямых похищений» крымских татар «людьми без опознавательных знаков». На эти «проявления» президент пообещал «внимательно посмотреть», хотя о похищениях крымских татар он услышал от члена своего Совета впервые. «Непонятно, кто это делает, зачем это делает. Мне совершенно это непонятно», – сказал глава государства. В то же время он призвал не допускать напряженности на национальной почве и пообещал решить «ключевой вопрос» с узакониванием имущества крымских татар и их прав на землю. Заодно президент раскритиковал неназванных представителей крымских татар, которые «сохраняют украинское гражданство» и «являются депутатами Рады». «Мне бы не хотелось, чтобы эти люди спекулировали на своем прошлом для того, чтобы обеспечить сегодняшний и завтрашний день для себя лично», – заявил он.

Президент мог иметь в виду неформального лидера крымских татар Мустафу Джемилева, депутата Верховной рады, который был лишен права на въезд на территорию России до 2019 года.

Основным жалобщиком на жесткость избирательного законодательства выступил профессор НИУ ВШЭ Илья Шаблинский. Его главной претензией стал запретительный 3‑процентный фильтр на выборах в региональные заксобрания.

Возражений у Путина это не вызвало, но от окончательного решения он устранился. «Надо посмотреть, как это будет функционировать на практике. Если много, то можно понизить», – заявил президент. «Что касается трех процентов для того, чтобы зарегистрироваться кандидатом в депутаты, я скажу вам честно, я не принимал решения в этой процентовке», – добавил он, сославшись на то, что такое решение принимают местные депутаты. Сделано это было, по его мнению, чтобы избиратель не запутался: «Вы представляете, извините за моветон, какие портянки будут там людям, в них не разобраться будет, когда на выборы придут».

Шаблинский, возглавляющий комиссию по избирательным правам, передал президенту просьбу избирателей подмосковного Жуковского, где, как они утверждают, на сентябрьских муниципальных выборах переписывались протоколы, а один из наблюдателей был избит на участке. «Что касается этого конкретного случая, то я обещаю, что будем разбираться, и прокуратуре поручаю, и все там сделаем», – ответил ему Путин. Бывший член Центризбиркома и член СПЧ Игорь Борисов, взяв слово, назвал переданный Шаблинским документ «личным мнением» коллеги, который таким образом пытается «отчитаться перед Госдепом».

Последний вопрос президенту задавала судья Конституционного суда в отставке Тамара Морщакова. Она говорила о необходимости организовать контроль за деятельностью следственных органов и создать институт следственных судей. Ранее эту инициативу в своем ежегодном докладе предлагал уполномоченный по правам предпринимателей Борис Титов. «Мне удалось задать вопрос и обозначить задачу, но на ее обсуждение времени почти не осталось», – сообщила Морщакова.

Журналист Станислав Кучер под конец встречи задал президенту вопрос о ненормальности ситуации «ручного управления», когда все зависит от одного человека. Путин ответил, что «многим коллегам хочется, чтобы [он] был крайний», и он не сопротивляется.

Кучер не ожидал, что президент ответит на его вопрос развернуто, но его ответ в беседе с РБК назвал предсказуемым. Вопроса о ситуации со СМИ Кучер, член комиссии СПЧ по правам журналистов, не задал, поскольку, по его словам, он не был в списке выступающих, и ему дали задать последний вопрос.

Вопрос о проблемах со свободой слова в России, по словам Масюк, должен был задать ее коллега, секретарь Союза журналистов России Леонид Никитинский, но до него не дошла очередь.