СМИ узнали об оценке подаренной Лаврову иконы в €12 млн
Икона, которую Милорад Додик, президент Республики Сербской, входящей в Боснию и Герцеговину, подарил главе МИД России Сергею Лаврову, оценивается в €12,5 млн. Об этом со ссылкой на источники, близкие к правительству республики, сообщила боснийская телерадиокомпания BN Televizija.
На иконе заметна восковая печать Одесской краевой комиссии по охране памятников, работавшей с 1926 по 1930 год. В Киеве заявляли, что икона, история которой насчитывает порядка 300 лет, была украдена из музея в Луганске после начала конфликта в Донбассе.
По словам собеседников BN Televizija, икона ранее принадлежала одному из владельцев литовского банка UKIO Bank, у которого в 2013 году отозвали лицензию из-за банкротства. Этот банк упоминался в нескольких расследованиях OCCRP. По версии журналистов, офшорные компании открывали счета в литовском UKIO Bank и эстонском Danske Bank, утверждалось в расследовании. В 2019 году австрийская прокуратура, куда с заявлением обратился основатель фонда Hermitage Capital Билл Браудер, отказалась начинать расследование. Владелец обанкротившегося банка UKIO bank Владимир Романов в 2014 году получил убежище в России. Бывший глава «Тройки Диалог» Рубен Варданян говорил, что исследование OCCRP содержит «вырванную из контекста информацию, интерпретацию и вымысел».
Икона после банкротства UKIO осталась на хранении в депозите Bank Srpska. BN Televizija отмечает, что неизвестно, как именно икона оказалась в распоряжении Bank Srpska и попала на территорию Боснии и Герцеговины.
Советник Додика Радован Ковачевич в декабре заявлял, что икона более 15 лет была в частной собственности и ее владельцы пожелали передать ее Лаврову. «Икона была в собственности одной семьи в Баня-Луке (столица Республики Сербской. — РБК) свыше 15 лет. Они пожелали, чтобы она была подарена Лаврову», — говорил советник. Ковачевич утверждал, что ее стоимость не превышает €100–200. «Икона, разумеется, имеет сентиментальную ценность, потому что речь идет об освященной православной иконе, но у нее нет значимой материальной ценности», — утверждал он.
