Корректировка методов: будет ли успешным новый антикризисный план Кремля
Наиболее ожидаемая мера из представленного президентом 15 апреля нового пакета антикризисных мер — прямая безвозмездная финансовая помощь на выплату зарплат за апрель и май сотрудникам малых и средних компаний, пострадавших от резкого падения спроса. Этот несколько запоздавший шаг похож на зарплатные антикризисные гранты, которые выплачивают в европейских странах. Предусмотрено выделение одной минимальной зарплаты, повышенной в марте, на одного работника. По нашим оценкам, расходы только на этот компонент программы могут составить за два месяца около 200–250 млрд руб. — в зависимости от того, кто в итоге сможет получить субсидии. Новый механизм дополнит программу беспроцентных кредитов на поддержку занятости, реализация которой пока буксует. Она также была расширена и сделана более привлекательной для банков-операторов — выданы дополнительные гарантии ВЭБ. В новом варианте участие в программе будет возможно и для крупных предприятий в пострадавших секторах экономики.
Системообразующим предприятиям, расширенный список которых вызвал большие вопросы и уже скорректирован, предложены новые льготные кредиты на пополнение оборотных средств, а субсидия в размере ключевой ставки ЦБ и госгарантии обеспечат их большую доступность. Список пострадавших отраслей также расширяется. Дополнительные 200 млрд руб. к 171 млрд, обещанному ранее, пойдут на финансовую помощь регионам. Скорее всего, их не хватит для затыкания дыр, уже возникающих из-за недополученных доходов и растущих социальных расходов региональных бюджетов, и в ближайшее время потребуется какая-то комбинация дополнительных бюджетных кредитов для наиболее слабых регионов и рыночных заимствований для более сильных. Среди отраслевых мер программа поддержки авиации выглядит первым кандидатом на быстрое расширение: 23 млрд руб. несопоставимы с ущербом для отрасли от запрета международных полетов и резкого схлопывания внутреннего рынка.
Осторожная щедрость
В целом новый пакет дополняют уже анонсированные программы объемом 1,4% ВВП вливаниями в 1–1,5% ВВП — в зависимости от реального использования бизнесом предложенных вариантов поддержки. Опыт введения кредитных каникул и целевых кредитов показал, что в процессе воплощения слов главы государства в нормативные акты начинают играть свою роль ведомственные и отраслевые интересы, что мешает планам сохранения занятости и поддержки спроса и делает программы помощи непонятными и недоступными для получателей. Впрочем, уже есть примеры оперативной коррекции непродуманных решений, как в случае с быстрым увеличением лимитов на ипотеку для кредитных каникул. «Тонкая настройка» программы беспроцентных кредитов из этой же серии.
Новые инициативы, если не считать прямых ассигнований на зарплаты, как и предыдущие меры поддержки, опираются в основном на кредиты и гарантии. Очевидно, за этим стоит желание сохранить ресурсы федерального бюджета до появления определенности в масштабах ущерба и скорости восстановления мировой и российской экономики. Предсказуемы и направления расширения программы в случае продолжения карантинных мер: зарплатные гранты могут быть продлены, кредитные программы продлены и расширены, а список отраслей корректироваться в режиме реального времени.
Условия успеха
Эффективность помощи во многом будет зависеть от действий на местах. Регионам отведена большая роль в поддержке занятости — помимо доплат к пособиям по безработице расширены и ассигнования на различные программы помощи малому бизнесу. И если дотационные регионы до последнего времени ограничивались отсрочками, налоговыми и арендными каникулами, то регионы-доноры запускают свои пакеты помощи, дополняющие федеральные. Например, мэр Москвы Сергей Собянин сразу после выступления президента объявил о программе городских гарантий и субсидий для нецелевых стабилизационных кредитов под 8% годовых для московских компаний, причем не только из пострадавших отраслей, а также о субсидиях для снижения ставки по уже взятым кредитам до 6%. Такая программа может быть очень полезной, особенно при достаточно высоких лимитах на размер кредитов. Кроме Москвы можно ожидать подобных шагов от других финансово устойчивых регионов — возможно, с большей опорой на гарантии и кредитные программы, не требующие прямых бюджетных вливаний.
Разработка и внедрение программ поддержки в режиме «с колес» демонстрируют проблемы с координацией между ведомствами и различными уровнями власти, а также отсутствие единого информационного центра. Если бизнес и граждане с трудом понимают, на какую поддержку и на каких условиях они могут претендовать, эффективность таких программ резко снижается. Создается поле деятельности для нечистоплотных посредников и даже откровенных мошенников. Поэтому грамотное информирование и простой механизм выбора инструментов поддержки должны стоять обязательными условиями дизайна и реализации новых программ. Это крайне важно для малого бизнеса и граждан, до последнего времени не сильно друживших с государством и не ожидавших от него помощи в трудный момент.
