SCMP назвала истечение ДСНВ «плохой новостью» для Южной Кореи
После истечения 5 февраля срока действия договора СНВ-III между Россией и США аналитики заявили о риске увеличения ядерного потенциала КНДР. Об этом сообщили South China Morning Post (SCMP) военно-политические аналитики.
«Это плохая новость для Южной Кореи и региона, поскольку это нанесет удар по международным усилиям по сдерживанию наращивания ядерного потенциала Северной Кореи и даст Северной Корее повод ускорить развитие своей ядерной программы», — заявил экс-замминистра обороны Южной Кореи и старший научный сотрудник Университета Седжона Шин Бом Чхоль.
По его мнению, Южная Корея и Япония окажутся под давлением из-за необходимости укрепления своей обороноспособности, поскольку они не обладают ядерным оружием и полностью полагаются на ядерный зонтик США. Корея должна укрепить свою безопасность, в том числе благодаря разработке атомных подлодок, считает Шин, и начать готовиться к худшим сценариям, как, например, сокращением американского военного потенциала в регионе.
С другой стороны, научный сотрудник Института стратегии национальной безопасности Пэк Сун У предложил в своем докладе, посвященном безопасности Корейского полуострова, Сеулу обратиться к другим неядерным странам (Япония, Австралия, Германия и Канада) для создания системы контроля над вооружениями на полуострове.
Аналитики сходятся во мнении, что влияние нового «ядерного порядка» на Северо-Восточную Азию будет колоссальным. В Южной Корее растет обеспокоенность по поводу безопасности, заключил почетный профессор Чан Дак Джун, поскольку истечение срока действия договора СНВ-III повышает вероятность возобновления конкуренции в ядерной сфере, в том числе с участием Китая. «Ядерная угроза со стороны Северной Кореи продолжает расти, что делает укрепление потенциала безопасности вопросом национального выживания для Южной Кореи», — сказал аналитик.
Договор о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ-III, ДСНВ, New START) — соглашение между Россией и США, в котором оговорено, как стороны должны сократить свои стратегические наступательные вооружения. Документ подписали в 2010 году в Праге лидеры двух стран Дмитрий Медведев и Барак Обама. Он вступил в силу 5 февраля 2011 года; через десять лет его продлили еще на пять лет, больше возможности сделать это нет.
ДСНВ касается следующих категорий оружия: межконтинентальные баллистические ракеты (МБР), их пусковые установки (ПУ) и заряды; баллистические ракеты подводных лодок (БРПЛ), их ПУ и заряды; тяжелые бомбардировщики и их ядерное вооружение.
Для этих вооружений Россия и США установили следующие потолки:
- 700 штук для развернутых МБР, БРПЛ и тяжелых бомбардировщиков;
- 1550 штук для зарядов на развернутых МБР, БРПЛ и ядерных зарядов, которые числятся за тяжелыми бомбардировщиками;
- 800 штук для развернутых и неразвернутых пусковых установок МБР, БРПЛ и тяжелых бомбардировщиков.
Вашингтон в октябре 2025 года разрешил Сеулу построить атомную подводную лодку на одной из верфей Филадельфии. «Я дал им разрешение построить атомную подводную лодку, а не устаревшие и гораздо менее маневренные, дизельные подводные лодки, которые у них есть сейчас», — написал президент США Дональд Трамп тогда в социальной сети Truth Social.
Подводный флот Южной Кореи состоит преимущественно из дизель-электрических подводных лодок и активно развивается в рамках программы KSS (Korean Attack Submarine). В него входят три основных типа субмарин. Если первые, класса KSS-I и KSS-II, строились по лицензии, то партия последних ударных подлодок класса KSS-III — это полностью южнокорейский проект.
Для постройки первой атомной подлодки Южной Корее нужно десять лет. При этом для эффективного противостояния Северной Корее нужно как минимум четыре субмарины.
Лидер КНДР Ким Чен Ын в конце 2025 года потребовал нарастить выпуск ракет и боеприпасов в ближайшие пять лет «для сдерживания войны». Северная Корея также занимается созданием собственной атомной подводной лодки. Ким Чен Ын в ходе инспекции 26 декабря 2025 года назвал новую подлодку с водоизмещением 8700 т «эпохальным и решающим сдвигом в уровне сдерживания войны» и подтвердил «стратегическую и тактическую политику, направленную на неуклонное продвижение в области ядерного вооружения военно-морского флота».
Читайте РБК в Telegram.