Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
В Белом доме заявили о работе над организацией встречи Трампа и Лаврова Политика, 03:38 «Коммерсантъ» узнал о жесткой позиции России перед встречей в Париже Политика, 03:31 В правительстве предложили защитить пенсии от взыскания долгов Общество, 03:18 Один человек погиб при ракетном обстреле в сирийской провинции Хама Общество, 03:16 Число погибших при стрельбе в центре Мехико возросло до пяти Общество, 02:49 Пять человек пострадали в ДТП с автобусом в Петербурге Общество, 02:19 Эксперт назвал реальную стоимость выставленной на Avito за ₽1 млрд монеты Общество, 02:05 Британцы заподозрили Россию в причастности к утечке важных документов Общество, 01:51 В Москве на МКАД остановили горящий автомобиль Общество, 01:47 СМИ узнали о запросе убежища в ФРГ от подозреваемого в убийстве в Берлине Общество, 01:33 Эксперты назвали регионы с наибольшим распространением вредных привычек Общество, 01:28 Российские военные пообещали накрыть Арктику противовоздушным куполом Общество, 01:01 Премьер-министр Украины сообщил о плане по реинтеграции Донбасса Политика, 00:53 СК возбудил уголовное дело после гибели двух подростков в Москве Общество, 00:14
Мнение ,  
0 
Денис Волков Идентификация агента: как новый запрет повлияет на российское общество
По мере умножения запретительных законов к российской молодежи приходит понимание, что рано или поздно они могут коснуться каждого

Поправки в законодательство, согласно которым иностранными агентами могут признаваться не только организации, но и граждане, скоро будут окончательно приняты. Как их воспримут в обществе? Авторы законопроекта обещают, что новое регулирование коснется лишь небольшого числа блогеров и журналистов, получающих финансирование из-за рубежа или от российских СМИ, ранее уже признанных иноагентами, а у «нормальных людей» нет повода для беспокойства. Однако в совокупности с уже существующими ограничениями новый закон может стать для россиян очередным подтверждением ужесточающегося репрессивного тренда.

Неизвестные агенты

Для начала вспомним о том, как общественное мнение реагировало на первый закон об иностранных агентах, принятый в 2012 году. Тогда он касался только некоммерческих организаций, и поэтому большинство населения его не заметило. Даже в 2017 году, когда уже сложилась определенная практика применения закона, опросы показывали, что лишь 2% наших сограждан хорошо себе представляли, как работает этот механизм. Три четверти населения ничего не слышали о законе.

Однако само словосочетание «иностранный агент» большинством респондентов, и прежде всего представителями старшего поколения, понималось как «шпион иностранных разведок», «цээрушник», «засланный казачок», «вербовщик», «лазутчик». Лишь для 3% населения «иностранный агент» вызывал в памяти в целом привлекательные образы из кинофильмов о Джеймсе Бонде или Штирлице. Поэтому борьбу с никому не известными иностранными агентами готовы были в той или иной степени поддержать более половины россиян.

При этом особых эмоций разработка темы зловредной «пятой колонны» у людей тогда не вызывала. В серьезность угрозы иностранного вмешательства не верили ни российские эксперты, ни даже сами элиты: о первом говорят экспертные опросы ЦИРКОНа, о втором — опросы российской элиты американского Гамильтон колледжа и Высшей школы экономики. Все это, конечно, не помешало принять закон и применять его при полном равнодушии большинства населения. Среднестатистическому гражданину сложно себе вообразить самого себя на месте полумифического «иностранного агента» — эта история про кого-то другого, рядового человека она не касается.

Расширение запретов

Об ограничительных законах последних лет знает уже гораздо большее число граждан. О криминализации неуважительного отношения к власти и распространения недостоверных новостей осведомлены более половины россиян, в том числе около пятой части населения «много об этом слышала». В 2018 году такая же доля населения узнала о блокировке мессенджера Telegram и обязанности интернет-сервисов предоставлять доступ к личной переписке граждан по запросу из правоохранительных органов. Инициативы прошлого года россияне скорее поддерживали, при этом тон снова задавали люди старших поколений, плохо знакомые с интернетом, социальными сетями и мессенджерами. А вот наказания за критику властей одобрило не более трети опрошенных.

Недовольство новыми ограничительными инициативами сегодня концентрируется среди самых молодых. Об этом говорят как количественные опросы, так и качественные социологические исследования. За последние пару лет мне и моим коллегам неоднократно приходилось слышать слова недовольства молодых участников фокус-групп. Респонденты сетовали, что цензура начинает постепенно проявляться не только на телеканалах, но и в интернете. Не раз приходилось слышать мнение, что сейчас надо быть осторожным, потому что за репосты и шутки над властью могут и посадить.

Иными словами, по мере накопления запретительных законов к рядовым гражданам постепенно приходит понимание, что эти меры могут коснуться каждого. Особенно остро чувствуют это молодые и технологически продвинутые граждане.

Новый сигнал

Закон, по которому в иностранные агенты могут записать обычных граждан, первоначально вряд ли вызовет большое общественное недовольство. Масштабных протестов и выступлений против нового закона тоже ждать не стоит: митинги против различных блокировок и ограничений на распространение информации до сих пор собирали не более нескольких тысяч человек по всей стране. В конце концов, постоянная аудитория СМИ, которые уже сегодня признаны иноагентами и цитирование которых после принятия нового закона будет связанно с определенным риском, сегодня составляет совсем небольшую долю населения.

Однако в совокупности с предыдущими ограничительными мерами новый закон повысит обеспокоенность молодой аудитории. Он добавит ей уверенности в том, что власть разговаривает с обществом на языке угроз. Опросы уже зафиксировали рост эмигрантских настроений среди молодежи, при этом обеспокоенность политической ситуацией называют мотивом возможного отъезда из страны до трети респондентов, задумывающихся об эмиграции.

Об авторах
Денис Волков социолог Левада-центра
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.