Госкорпоративный конфликт
Госкорпоративный конфликт
«Роснано» подало иск к ВЭБ.РФ
Иск «Роснано» к ВЭБ.РФ на ₽520 млн связан с несостоявшейся продажей «РМ-Нанотех», говорят источники РБК. Юристы считают, что доказать убытки в такой ситуации крайне сложно, а одобрение сделки со стороны ВЭБа могло не требоваться
«Роснано» через суд потребовало взыскать более 520 млн руб. с госкорпорации развития ВЭБ.РФ, следует из информации в картотеке арбитражных дел.
На рассмотрении в ВЭБ.РФ находилась планировавшаяся сделка с активом «Роснано», и ВЭБ.РФ, утверждает истец, допустил необоснованную задержку в процессе ее рассмотрения, объясняют причины иска два источника РБК, знакомых с его содержанием.
По словам одного из них, речь идет о возможной сделке с портфельной компанией «Роснано» «РМ Нанотех», которая специализируется на технологиях мембранной очистки сточных вод на мусорных полигонах. Источник сообщил, что ВЭБ.РФ запросил у «Роснано» обоснование предложенной стоимости продажи актива. Для согласования сделки «Роснано» нужна была директива, но компания не получила ее в запрашиваемые сроки, посчитал истец, отметив, что из-за этого сделка не состоялась и компания понесла убытки, которые теперь пытается отсудить у ВЭБ.РФ, уточняют оба источника РБК.
Представитель «Роснано» отказался от комментариев. РБК направил запрос в ВЭБ.РФ.
Что происходит в «Роснано»
«Роснано» на 100% принадлежит государству. В конце 2020 года правительство провело реформу институтов развития. В результате под управление ВЭБа попали входящие в его группу Корпорация МСП (там у ВЭБа по состоянию на февраль было менее 30% во владении) и «Российский экспортный центр» («дочка» ВЭБа), а также те организации, в которых он не был акционером, в частности «Роснано», «Сколково», Фонд содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере, Фонд инфраструктурных и образовательных программ и Фонд развития промышленности. Но в апреле 2022 года правительство отменило постановление о статусе ВЭБа как своего агента по управлению институтами развития. В частности, были признаны утратившими силу пункты распоряжения от конца 2020 года о реформе институтов развития, в котором госкорпорация ВЭБ.РФ наделяется статусом их управляющего, и постановление от марта 2021 года, которое закрепляло этот статус госкорпорации.
«Роснано» не раскрывает данные о своей выручке и прибыли. В отчете компании по итогам первого полугодия 2023 года приводился размер ее чистого долга — более 95 млрд руб. В начале октября прошлого года «Роснано» предупредило, что не сможет обеспечить требования кредиторов собственными средствами, упомянув, что, если государство не возьмет на себя решение вопроса, госкорпорация окажется на грани банкротства.
Впоследствии компания выплатила купон по второму выпуску облигаций БО-002Р на общую сумму 45,9 млн руб. и погасила облигации пятого выпуска той же серии на сумму 5,5 млрд руб. и последний купонный доход по ним на общую сумму 185,13 млн руб. Как говорили источники РБК, деньги на эти выплаты предоставил Минфин.
Какие шансы у иска
Глобальный управляющий партнер юридической фирмы Better Chance Виктория Борткевича указала, что, судя по исковым требованиям «Роснано», неясно, в каких договорных или корпоративных отношениях корпорация состоит с ВЭБ.РФ. «При этом для взыскания упущенной выгоды «Роснано» необходимо будет доказать нарушение каких-либо обязательств со стороны ВЭБ.РФ, наличие которых пока не усматривается, — рассуждает Борткевича. — В такой ситуации ВЭБ.РФ либо является ненадлежащим ответчиком, либо в удовлетворении требований должно быть отказано в связи с недоказанностью состава ответственности».
Арбитражные споры о взыскании убытка обычно носят затяжной характер, констатирует управляющий партнер юридической компании Enterprise Legal Solutions Юрий Федюкин. Во-первых, истцу необходимо доказать сам факт причинения убытка, то есть представить суду доказательства того, что срыв сделки привел к неким негативным последствиям имущественного характера — ущербу или недополученной выгоде, рассуждает Федюкин. Во-вторых, необходимо доказать наличие причинно-следственной связи между действиями или, что более применимо в этом случае, бездействием ответчика и формированием убытка. «Для этого нужно доказать, что ответчик в принципе допустил бездействие (в данном случае не направил директиву) и что он вообще обязан был совершить некие действия в силу наличия договорных обязательств», — указал юрист.
Партнер юридической фирмы «Меллинг, Войтишкин и партнеры» Павел Новиков оценил шанс на удовлетворение такого иска как незначительный. Он также указывает на то, что убытки в форме упущенной выгоды очень сложно доказать и обосновать их размер. «Поскольку речь идет о споре между компаниями с госучастием, «Роснано» необходимо будет доказывать обязательность санкции со стороны ВЭБ.РФ на совершение сделки, каковая в действительности могла не требоваться», — заключил юрист.
