Лента новостей
Дортмундская «Боруссия» обыграла «Ливерпуль» в товарищеском матче Спорт, 05:35 В Китае после взрыва на заводе погибли 10 человек Общество, 05:07 В АЭВТ раскритиковали изменения правил по допуску к международным полетам Общество, 04:56 Глава военной разведки США сравнил угрозы от Китая и России Политика, 04:33 Саудовская Аравия согласилась принять американские войска Политика, 04:11 США анонсировали операцию для защиты судоходства на Ближнем Востоке Политика, 03:56 В ГИБДД назвали самую частую причину гибели на российских дорогах Общество, 03:19 СМИ узнали об аресте в деле о постройке завода по производству С-400 Общество, 03:15 МИД Британии предупредил Иран о последствиях из-за задержанного танкера Политика, 02:38 В Петербурге грузовик с металлоломом столкнулся с автобусом Общество, 02:17 Второй человек на Луне заявил Трампу о разочаровании в потенциале США Технологии и медиа, 01:45 S&P оставил российский рейтинг без изменений Экономика, 01:23 Путин заявил о росте числа бюджетных мест в вузах Общество, 01:09 Саакашвили заявил о снятии своей партии с выборов в Раду Политика, 00:54
Задержание Абызова ,  
0 
Михаила Абызова прослушивали два года до ареста
Прослушка Михаила Абызова началась по меньшей мере за два года до его задержания, рассказали источники РБК. На материалах его телефонных переговоров строится версия следствия о преступном сообществе экс-министра
Михаил Абызов (слева) (Фото: Андрей Любимов / РБК)

Два года прослушки

ФСБ разрабатывала экс-министра по делам «открытого правительства» Михаила Абызова по меньшей мере два года, узнал РБК. Телефонные переговоры между Абызовым и другим обвиняемым, Николаем Степановым, расшифровки которых попали в материалы дела, датируются 2017–2019 годами, рассказали два источника, знакомых с ходом расследования.

«В течение двух лет в отношении Абызова проводились оперативно-технические мероприятия», — подтвердил собеседник РБК, близкий к СКР.

Переговоры были записаны спустя пять-семь лет после событий, с которыми связано уголовное дело: эти события относятся к 2011–2012 годам.

Общество
За свободу бывшего министра предложили миллиард

Версия следствия, что Абызов руководил преступным сообществом, строится на материалах прослушки телефонных переговоров (ПТП) между ним и гендиректором подконтрольной ему компании «Ру Ком» Николаем Степановым, следовало из материалов, которые были оглашены 27 марта в Басманном суде во время ареста Абызова.

В действительности расшифровка диалогов Абызова и Степанова не содержит данных, указывающих на существование такого преступного сообщества, заявляли на заседании сам Абызов и его защитник Сергей Дрозда. Записанные ФСБ разговоры — это беседы «на бытовые темы», рассказал РБК адвокат Степанова Владимир Старинский.

Фотогалерея 
Абызов и другие фигуранты уголовного дела в суде. Фоторепортаж

Экс-министру вменяются создание преступного сообщества (ст. 210 УК) и мошенничество (ч.4 ст. 159 УК). Следователи и оперативники ФСБ пришли к Абызову домой рано утром 26 марта и весь день проводили обыск в присутствии него самого и его семьи, рассказал накануне еще один адвокат обвиняемого, Александр Аснис. О задержании экс-министра стало известно только к вечеру; ближе к ночи ему предъявили обвинение.

Переоцененные активы

СКР считает, что в 2011 году Абызов владел 95% акций четырех компаний, включая СИБЭКО, «Ру Ком», ОАО «Региональные электрические сети» (РЭС) и ОАО «Сибэнергострой». Незадолго до назначения министром он передал свой бизнес в доверительное управление своим доверенным лицам, однако фактически продолжил им управлять, считает следствие. В частности, его соучастники по сложной схеме через кипрский офшор Blacksiris совершили внутри холдинга Абызова сложную сделку и в итоге продали СИБЭКО и РЭС активы, стоимость которых была завышена в десятки раз — со 156,1 млн до 4 млрд руб., полагает следствие.

Таким образом, миноритарии СИБЭКО, не знавшие о сделке, понесли убытки, убеждены в СКР. Ущерб, по версии следствия, нанесен физлицам с фамилиями Акопян и Рубцов, а также ФГУПу «Алмазювелирэкспорт», сотрудник которого, Чернышов, по доверенности представляет организацию в деле. Все они — миноритарные акционеры СИБЭКО, доля каждого из них в компании составляла менее 1%.

Дело возбуждено на основе рапорта Службы экономической безопасности ФСБ России, а не по заявлению потерпевших; уточнил в беседе с РБК Старинский.

Видео: РБК