Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Реальные кейсы цифровой трансформации на конференции Yandex.Cloud 20:55 Ученица Тутберидзе снялась с российского этапа Гран-при Спорт, 20:54 Суд отказался от новой психологической экспертизы историка Соколова Общество, 20:53 США и союзники создали новый блок против Китая Политика, 20:50 В «Спартаке» отреагировали на информацию о новом контракте Бакаева Спорт, 20:46 Ужин лидеров стран ОДКБ с cыном Лукашенко. Видео Политика, 20:41 Элтон Джон перенес свой прощальный тур в Европе из-за травмы Общество, 20:25 Футболист «Спартака» извинился перед болельщиками за поражения от «Легии» Спорт, 20:16 Экономика нового поколения: как самозанятые меняют рынок РБК и QIWI, 20:16 Глава МИД Украины прервал брифинг из-за звонка Зеленского Общество, 20:11 ЛУКОЙЛ заменит Shell в СП с «Газпром нефтью» на Ямале Бизнес, 20:01 Отец футболиста «Манчестер Сити» умер после первого гола сына в ЛЧ Спорт, 20:00 «Салават Юлаев» одержал шестую подряд победу в КХЛ Спорт, 19:56 Власти отказались от услуг оператора соцтакси после нападения на женщину Общество, 19:52
Общество ,  
0 

Суд раскрыл схему откатов на стройках для Кремля

Как это позволило изъять порт у семьи экс-директора ФСО и генерала ФСБ
Суд решил изъять порт Бронка у семей экс-директора ФСО и генерала ФСБ. Актив им продал арестованный бизнесмен Михальченко. РБК изучил аргументы сторон и выяснил, что узнал суд о коррупции на стройках в резиденциях президента
Строительство порта «Бронка»
Строительство порта «Бронка» (Фото: Александр Петросян / «Коммерсантъ»)

Владелец холдинговой компании «Форум» Дмитрий Михальченко заработал до 43 млрд руб. на подрядах, связанных со стройкой и ремонтом на территории резиденций главы государства, благодаря тесным связям с руководством Федеральной службы охраны (ФСО). Это утверждается в решении Никулинского суда Москвы, который в июне обратил в доход государства 100% акций компании «Феникс», оператора Бронки.

Часть заработанных денег Михальченко вложил в строительство глубоководного петербургского порта Бронка. После своего ареста бизнесмен переписал порт на супругу бывшего главы ФСО Евгения Мурова и генерала ФСБ в отставке Николая Негодова. Теперь Генпрокуратура и суд изъяли актив и у них.

РБК изучил полную версию судебного решения, которое юристы называют беспрецедентным: прокуратура и суд впервые адресовали претензии, связанные с коррупционным происхождением имущества, не госслужащему, а бизнесмену.

Генералы из ФСБ и таможни рассказали в суде о дружбе с Михальченко
Общество
Дмитрий Михальченко

Что стало известно

  • Как утверждал допрошенный по делу менеджер компании Михальченко, бизнесмен упоминал в разговорах, что руководство ФСО лично согласовывало для его компаний завышение смет на стройку и ремонт.
  • Часть инвестиций Михальченко в Бронку были прямыми, а часть, как выяснил суд, провели через цепочку фирм-однодневок, офшоров и латвийский банк. Росфинмониторинг допустил, что это было отмыванием доходов (соответствующих обвинений Михальченко и его сотрудникам не предъявлено).
  • После своего ареста Михальченко примерно за 3 млрд руб. продал долю в компании — операторе порта Негодову и Муровой. Суд решил, что сделка была фиктивной и в действительности бизнесмену никто не заплатил. При этом его целью был не поиск поддержки у высокопоставленных силовиков, а сокрытие активов от возможного ареста.

От контрабанды текилы до ОПС: как развивалось дело Михальченко

Петербургский миллиардер Михальченко был арестован весной 2016 года по делу о контрабанде алкоголя; бизнесмен тогда связывал свое преследование с попыткой отобрать у него Бронку. В суде гособвинитель и свидетели упоминали тесные связи Михальченко с высокопоставленными силовиками. По обвинению в незаконном ввозе 4,5 тыс. бутылок вина, коньяка, кальвадоса, текилы и рома бизнесмен получил четыре года семь месяцев колонии.

Затем Михальченко и нескольким менеджерам его компаний предъявили обвинение в создании преступного сообщества и хищении 1,5 млрд руб. на строительстве в резиденции президента «Ново-Огарево».

По делу проходят и несколько бывших сотрудников ФСО, которые, по версии следствия, действовали в интересах Михальченко: это директор подведомственного спецслужбе ФГУП «Атэкс» Андрей Каминов, его заместитель Станислав Кюнер (оба ранее работали у Михальченко), офицеры Игорь Васильев и Дмитрий Улитин.

В апреле 2021 года Генпрокуратура подала в суд иск об обращении в доход государства имущества, которое Михальченко, по версии ведомства, приобрел на коррупционные доходы. Соответчиками по иску были Каминов, Кюнер, Негодов и несколько юрлиц. Кюнер стал единственным, кто полностью признал исковые требования. В июне суд удовлетворил иск.

Как Михальченко помогла дружба с руководством ФСО

Суд констатировал, что Михальченко «использовал контакты с бывшим руководством ФСО», чтобы зарабатывать на господрядах. Так, он добился назначения в руководство ФГУП «Атэкс», распределявшее строительные господряды для спецслужбы, доверенных ему лиц, которые должны были работать в его интересах. Судья Елена Кузнецова в своем решении охарактеризовала эту ситуацию как «коррупционную».

До 2016 года директором ФСО был Евгений Муров, отставку которого связывали с арестом Михальченко. Он не участвовал в суде ни в каком качестве и не является фигурантом уголовного дела бизнесмена.

«Суд приходит к выводу, что назначение Каминова и Кюнера [в руководство «Атэкса»] произошло по воле и при непосредственном содействии Михальченко, имевшего личные взаимоотношения с бывшим руководителем ФСО России, и было необходимо для обогащения Михальченко и подконтрольных ему компаний. Указанные действия названных лиц расцениваются судом как коррупционные», — сказано в решении.

Отношения Михальченко с бывшим руководством ФСО «носили дружеский характер», назначение во ФГУП «Атэкс» людей Михальченко согласовывалось с руководством ФСО и «это сообщалось на совещаниях в ХК «Форум», рассказал бывший гендиректор входившей в холдинг компании «Стройкомплект» Дмитрий Торчинский.

Как утверждал допрошенный по делу менеджер компании Михальченко, бизнесмен упоминал в разговорах, что руководство ФСО лично согласовывало для его компаний завышение смет на стройку и ремонт. Суд изучил протокол допроса Торчинского: «Со слов Михальченко, им лично была достигнута договоренность с руководством ФСО России о том, что ФГУП «Атэкс» ФСО России <...> будут согласовываться предоставленные сметы, в которых будет значительно завышена стоимость поставляемого оборудования и материалов», — говорилось в документе.

Михальченко «не отрицал своего знакомства с бывшим директором ФСО, а, напротив, указал, что между ними сложились личные отношения, которые продлились до его задержания», говорится в решении. При этом его адвокаты отрицали, что бизнесмен мог иметь сильное влияние на высокопоставленного силовика.

В пресс-центре ФСО сказали РБК, что не уполномочены комментировать решение суда и следственные действия по уголовным делам. РБК направил запрос в компанию «Зарубежнефть», председателем совета директоров которой сейчас является 75-летний Муров.

«Нет. Эта тема к нам не имеет никакого отношения», — ответил РБК пресс-секретарь президента Дмитрий Песков на вопрос, знакомы ли в Кремле с этим делом.

Как бизнесмен заработал на «Ново-Огарево» и «Бочаровом Ручье»

Заступив на работу в «Атэкс», Каминов и Кюнер «начали использовать свои служебные полномочия в коммерческих интересах Михальченко», счел суд. Так, Каминов фактически был одновременно руководителем учреждения ФСО и «внештатным сотрудником» бизнеса Михальченко, где «продолжал участвовать и курировать отдельные проекты», утверждал в суде Кюнер. Бизнесмен обещал Каминову «долю в бизнесе, в частности в порту Бронка», поэтому Каминов беспрекословно исполнял его указания, заявлял еще один топ-менеджер бизнеса Михальченко, Дмитрий Сергеев.

С 2008 по 2014 год «Атэкс» заключил с компаниями, входящими в «Форум» («БалтСтрой», «Стройфасад» и «Стройкомплект»), 29 договоров подряда и поставок в рамках строек на объектах ФСО. Среди этих объектов суд называет резиденции главы государства «Бочаров Ручей», «Горки-9», «Огарево» и «Огарево-2», «Воробьевы горы».

В период с 2010 по 2014 год компании Михальченко получили от «Атэкса» более 33 млрд руб. только по этим контрактам, отметил суд. В другой части судебного решения со ссылкой на Росфинмониторинг уточняется, что с 2011 по 2016 год ФГУП в общей сложности перечислило компаниям около 43 млрд руб.

Цены контрактов, согласно показаниям Торчинского и Сергеева, «были завышены относительно цен, существующих на рынке», на 20–40%, все поставляемые материалы и оборудование облагались наценками, и структуры Михальченко получали сверхдоходы.

Условием работы с «БалтСтроем», «Стройфасадом» и «Стройкомплектом» для субподрядчиков был «возврат денежных средств» (ВЗДС) — откат, размер которого определялся в каждом случае по-разному, рассказывала финансовый директор «Стройкомплекта» Светлана Грибушенкова. С ее слов, которыми оперирует суд, около половины поступавших таким образом денег аккумулировались в теневой «кассе» ХК «Форум», которой ведали Михальченко и управляющий директор его холдинга Елена Глухова. Остальное расходовалось самими застройщиками.

Кроме того, существовала практика так называемого А-15, рассказали бывшие топ-менеджеры Михальченко. Буква обозначала «Атэкс», цифра — процент. Это было что-то вроде «отката наоборот»: выплачивая застройщикам стоимость работ по договорам подряда или поставки, ФГУП сверху перечисляло около 15% от нее в теневую кассу «Форума», сказано в решении суда.

Адвокаты ответчиков в суде настаивали, что Торчинский, Кюнер и Сергеев заключили досудебное соглашение по уголовному делу, поэтому «находятся в зависимости» от Генпрокуратуры и, оговаривая бывших партнеров, стремятся облегчить себе участь. Вскоре после выступления Сергеева в суде по изъятию Бронки апелляционная инстанция сократила ему срок лишения свободы по уголовному делу о хищениях.

В основе уголовного дела, по которому преследуют Михальченко, лежат в том числе показания Бориса Мальцева, замдиректора одной из компаний-субподрядчиков на президентских стройках, «Климат Проф». Среди объектов, при работах на которых происходили хищения, он называл Грановитую палату Кремля, Большой Кремлевский дворец, Константиновский дворец (Дворец конгрессов) в Стрельне, а также объекты Минкультуры, включая Эрмитаж, театр «Современник» и Консерваторию им. П.И. Чайковского. В обвинение, предъявленное Михальченко и его менеджменту, попали далеко не все из них. Мальцев, сообщивший в ФСБ о хищениях, также стал обвиняемым по уголовному делу.

Как деньги от президентских строек превратились в порт

Полученные «от коррупционного взаимодействия» средства Михальченко инвестировал в строительство порта Бронка, решил суд, проанализировав материалы расследования Росфинмониторинга, которые Генпрокуратура приложила к своему иску. В период с 2013 по 2017 год уставный капитал оператора порта, компании «Феникс», вырос с 10 тыс. до 13,3 млрд руб. Это совпадает с периодом, когда структуры Михальченко получали деньги за подряды на президентские стройки, отметил суд.

Со ссылкой на выводы Росфинмониторинга в решении описывается схема, по которой доходы от строек ФСО могли идти на строительство Бронки.

  • Деньги со счетов «БалтСтроя», «Стройфасада» и «Стройкомплекта» по цепочке фирм-прокладок выводились в «обнальные» однодневки. Этот теневой канал обслуживал только холдинг Михальченко: финансы от других организаций, не связанных с бизнесменом, туда практически не поступали. Всего из компаний Михальченко, по версии Росфинмониторинга, вывели около 18,5 млрд руб.
  • Деньги аккумулировались на счетах компании Flameboyant LTD, зарегистрированной на Британских Виргинских островах. Она, в свою очередь, либо напрямую, либо через компанию Pterois LTD перечисляла их в качестве кредита в адрес еще одной офшорной фирмы, Master Square Investments LTD. До октября 2014 года на счета последней поступило около €70 млн. Все три компании контролировались Михальченко; их представители в переписке с российскими властями признали это. Бенефициаром Pterois, согласно выводам расследования, был также Негодов.

  • Master Square Investments LTD открыла депозит в латвийском банке Trasta Kommercbanka. Через несколько дней после очередного зачисления этот банк открыл кредитную линию для компании «Центрфинанс», входящей в холдинг «Форум». С октября 2014 года по июль 2015-го банк одолжил «Центрфинансу» около €66 млн.

  • В марте 2016 года Master Square Investments по договору уступки погасила кредит «Центрфинанса» за счет содержимого своего депозита — €70 млн.

  • Средства, которые «Центрфинанс» получил от Trasta Kommercbanka, смешавшись с деньгами из других источников, были внесены в уставный капитал ООО «Феникс», размер которого после этого стал составлять 13,3 млрд руб.

При этом «через схему искусственных финансовых операций» шла только часть финансирования порта, указал суд; структуры Михальченко финансировали строительство «Бронки» и напрямую, официальным образом, через специально созданный филиал «БалтСтроя»: оборот по его счету составил 7,4 млрд руб.

В Росфинмониторинге предположили, что схема использовалась «бенефициарами холдинга «Форум» для отмывания доходов и их дальнейшего использования для вложения в легальный бизнес», говорится в решении суда. Отдел надзора за деятельностью клиентов Trasta Kommercbanka, к которому обратились российские правоохранительные органы, предположил, что сложность схемы и использование большого количества посреднических фирм указывают на цель скрыть реальных кредиторов «Центрфинанса». Так, компания Flameboyant могла напрямую выдать кредит «Центрфинансу», но решено было пойти более сложным путем.

Ответчики настаивали, что порт строился на законные доходы Михальченко от другого бизнеса, а также на кредитные средства — около 4,9 млрд руб. от Сбербанка. Доли в «Фениксе» остаются в залоге у Сбербанка, тем самым обеспечивается погашение кредита, указывал в суде представитель банка.

Материалы Росфинмониторинга не могли использоваться как доказательство в суде — они носят «информационный и предположительный характер» и в них изложена лишь версия, возражали представители ответчиков.

В Росфинмониторинге в ответ на запрос РБК подчеркнули, что ведомство не было участником судебного спора или «доказывающей стороной». На вопрос о том, могли ли в данном случае его материалы использоваться в качестве доказательства в суде, в ведомстве ответили: «Материалы Росфинмониторинга используются не судом, а следствием, которое для себя определяет, в каком объеме включать наши аналитические заключения в расследование. Какого-то комментария относительно отношения Росфинмониторинга к данному факту быть не может — это обычная практика».

Как порт оказался у жены экс-директора ФСО

В 2017 году, уже находясь под стражей, Михальченко вышел из капитала оператора Бронки, переписав свои доли в компаниях-соучредителях ООО «Феникс» на супругу бывшего директора ФСО Людмилу Мурову и на Николая Негодова. Тогда СМИ связывали это с тем, что арестованный бизнесмен ищет покровительства у высокопоставленных силовиков, расплачивается за ранее оказанную поддержку, писала «Фонтанка», а Republic предполагал, что так реальные бенефициары порта решили выйти из тени.

Евгений Муров
Евгений Муров (Фото: Сергей Гунеев / РИА Новости)

Но Никулинский суд объяснил это попыткой Михальченко уберечь свои активы от возможного ареста, а выбор покупателя обосновал личной дружбой Михальченко с семьей Муровых.

«В связи с уголовным преследованием Михальченко и в целях создания препятствий для взыскания с него имущества и имущественных прав на ООО «Феникс» [он] в 2017 году принял меры по сокрытию своих активов», — считает суд. «В результате фиктивной передачи долей Мурова, источником дохода которой являлась страховая пенсия по старости, стала обладателем имущества стоимостью свыше 13,3 млрд», — сказано в решении.

Людмила Мурова, ее внук Никита (ныне гендиректор управляющей компании «УК Бронка Групп») не были ответчиками по иску, но были привлечены к процессу в качестве третьих лиц. Их представитель не высказал никакой позиции относительно требований Генпрокуратуры, говорится в решении суда.

«В сложившейся обстановке готов был хоть за рубль их продать. Нашелся покупатель. Такая практика была...» — так Михальченко объяснил суду, почему решил, находясь в СИЗО, продать порт. На вопросы, как именно Михальченко под стражей искал покупателей, вел с ними переговоры, оценивал их «дееспособность и финансовую состоятельность», прогнозировал риски и определял порядок исполнения обязательств, тот ответить не смог.

Суд обосновал номинальный характер сделки следующими доводами.

  • Покупатели порта должны были Михальченко 3 млрд руб., но нет никаких данных, что с ним расплатились. В июне—сентябре 2017 года бизнесмен продал по 50% компании «Сторент» Людмиле Муровой и Николаю Негодову: те обязались уплатить ему по 1,5 млрд руб. Документальных подтверждений, что покупатели исполнили свои обязательства, суд не нашел; ответчики также не смогли их представить.
  • У покупателей не могло быть нужной суммы, по крайней мере заработанной законно. По данным Федеральной налоговой службы, Негодов за предыдущие 17 лет заработал около 105 млн руб. (из них 100 млн — дивиденды от совместного бизнеса с Михальченко). А Мурова последний раз зарабатывала деньги в середине 2000-х годов: к моменту покупки порта у нее уже девять лет не было никакого официального дохода, кроме пенсии.
  • Стороны ничем не обеспечили соблюдение интересов продавца, как это обычно происходит при подобных сделках. Они не оформили залог имущества, не получили банковских гарантий, не подписали личных поручительств, не сформулировали штрафных санкций.
  • Цена на некоторые части пакета явно была нерыночной. Если 100% акций компании «Сторент» должны были обойтись покупателям в 3 млрд руб., то компания «Инвест-капитал», которая через «Центрфинанс» владела такой же долей в порте, как и «Сторент», была продана Муровой за 30 тыс. руб. «Значительная и явная разница между ценами свидетельствует, по мнению суда, что стороны не преследовали экономический интерес к сделке и не стремились к обеспечению ее взаимовыгодности», — сказано в решении.

Впоследствии Мурова и Негодов зарегистрировали управляющую компанию «Бронка Групп», через которую в капитал порта также вошли дочь генерала ФСБ Наталья Негодова и внук Муровых Никита. Под управление «Бронка Групп» попал и другой бизнес, ранее принадлежавший Михальченко, отметил суд: это в том числе завод «Измерон», Прядильно-ниточный комбинат им. Кирова, «Единый медицинский центр», несколько бутиков и рестораны Il Lago dei Cigni, Buddha-Bar и Hunt. Претензии Генпрокуратуры этой части бизнеса не касаются — предприятия останутся во владении семей Муровых и Негодовых, поскольку изъятое ООО «Феникс» не входит в их капитал, следует из данных СПАРК.

Суд называет поведение участников сделки «нетипичным для гражданского оборота» и отмечает их доверительные отношения друг с другом. «Выбор [Муровой] в качестве лица, в пользу которого имущество передавалось, обусловлен не выгодностью предложенных ею условий приобретения активов, а тем, что она являлась супругой бывшего директора ФСО России, с которым, как установлено в ходе разбирательства и подтвердил сам [Михальченко], он находился в давних и личных отношениях», — говорится в решении.

«Судебное решение еще не вступило в законную силу. Мы намерены обжаловать его в Московском городском суде в установленные законодательством сроки», — ответили на вопросы РБК в ООО «Феникс».

Сколько может стоить Бронка

Перевалка контейнерных грузов в порту Бронка составляет 200 000 teu (единица вместимости грузового транспорта, 1 teu соответствует полезному объему стандартного контейнера 6,1x2,44 м) и около 3,5 млн т других грузов. По словам знакомого с параметрами проекта источника РБК, такие объемы позволяют оценивать выручку терминала на уровне 8–10 млрд руб, а с учетом средней по России рентабельности портовых услуг 40–50% по EBITDA и долгов итоговая оценка стоимости порта может составлять от 6 млрд до 15 млрд руб.

«Форум» вложил в строительство порта свыше 40 млрд руб. Уставный капитал оператора порта, ООО «Феникс», составляет 13,3 млрд руб. В «Бронка Групп» не ответили на запрос РБК.

Что говорили ответчики

Общим аргументом Михальченко, Каминова и Негодова, которые не соглашались с требованиями иска, было истечение трехлетнего срока исковой давности, следует из текста решения. Последние транзакции в деле датируются 2016 годом.

Другой довод состоял в том, что Генпрокуратура, по версии ответчиков, неверно и расширительно применила российское законодательство. Дело в том, что все предыдущие решения об обращении имущества в доход государства выносились в рамках принятого в 2012 году закона о контроле за соответствием расходов чиновников их доходам. Но его невозможно было распространить на Михальченко и Негодова, поскольку это касается только госслужащих. Михальченко таковым никогда не был, Негодов закончил военную службу в 2001 году и ушел с госслужбы в середине 2000-х. Каминов и Кюнер, возглавляя учреждение ФСО, по мнению Генпрокуратуры, подпадали под требования антикоррупционного законодательства как военнослужащие (ответчики отрицали, что ими были). Но изымаемым имуществом они ни в какой мере не владели.

Свое решение судья Кузнецова обосновала ст. 235 Гражданского кодекса и нормами закона «О противодействии коррупции»: согласно им, может быть изъято любое имущество, «в отношении которого не представлены доказательства его приобретения на законные доходы».

«Суд конфисковал порт Бронка у его законных собственников — бизнесменов. Это первый случай, когда суд применил нормы [об изъятии имущества] не к чиновникам, а к бизнесменам», — сказал РБК представлявший интересы Каминова адвокат Александр Шутков, добавив, что считает решение незаконным и необоснованным.

Представители Михальченко отказались от комментариев; связаться с Негодовым через пресс-службу порта Бронка не удалось.

Кто такие генералы Муров и Негодов

Генерал армии Евгений Муров служил в органах госбезопасности с 1971 года, с 1997-го был замначальника управления ФСБ по Санкт-Петербургу и Ленобласти, а в 2000 году вновь избранный президент Владимир Путин назначил его директором ФСО. Генерал ушел в отставку в 2016 году с формулировкой «по собственному желанию» в возрасте 70 лет.

Его сын Андрей Муров — первый заместитель генерального директора, исполнительный директор ПАО «Россети». С 2005 по 2012 год был гендиректором аэропорта Пулково. С 2013 по 2020 год — председатель правления ФСК ЕЭС. Супруга генерала Людмила Мурова с 2009-го владела долей в московском ООО «Эльголд», которое занимается торговлей топливом. В 2017 году вошла в капитал Бронки. Внук генерала Никита Муров в 2018-м окончил СПбГУ по специальности «международное право», с 2017 года возглавлял входившие в холдинг Михальченко компании «Форум-капитал» и «Инвест-капитал», в 2019-м стал гендиректором «Бронка Групп».

Николай Негодов — генерал-лейтенант. Служил в КГБ с 1977 года, с 1998 по 2001 год (в тот же период, что и Муров) был первым заместителем замначальника УФСБ по Санкт-Петербургу, курировал в том числе «вопросы, связанные с транспортом». В 2000-е был директором по персоналу пивоваренной компании «Балтика», замдиректора Центра исследования проблем развития телекоммуникаций, советником министра связи. В 2002–2003 годы — заместитель министра транспорта, с 2003 по 2006 год возглавлял ФГУП «Росморпорт».