Лента новостей
В «Локомотиве» ответили на обвинения в лояльности со стороны судей Спорт, 05:59 Большинство россиян оказались не против «зарплатного рабства» Финансы, 05:45 Гендиректор «Яндекс.Такси» занял второй по значимости пост в «Яндексе» Бизнес, 05:21 3 правила от Аполлона: как правильно фотографировать на смартфон РБК Стиль и HUAWEI, 04:33 Президент ОКР ответил на идею МОК лишить ассоциацию бокса признания Спорт, 04:24 В США выпустили монету с союзниками во Второй мировой войне без СССР Политика, 04:10 СМИ узнали о продаже косметической компании Avon за $2 млрд Бизнес, 03:59 Футболист сборной России допустил пропуск игр к Евро-2020 из-за травмы Спорт, 03:29 Times спрогнозировала отставку Терезы Мэй 24 мая Политика, 02:59 Захарова раскритиковала США за возобновление поставок нефти из Венесуэлы Политика, 02:57 Российские волейболистки одержали первую победу в Лиге наций Спорт, 02:24 «Счастье»: писатель Александр Снегирев — о Москве и ее жителях РБК и AFI Development, 01:45 Минздрав поручил проверить оборудование после смерти пациентки в Воронеже Общество, 01:40 Новый главком НАТО заявил о планах расширить военную поддержку Украины Политика, 01:09
Экономика ,  
0 
Глава ЦБ увидела в мировом протекционизме риски для российской экономики

Глава ЦБ Эльвира Набиуллина, выступая на пресс-конференции, заявила о том, что в настоящее время риски протекционизма в мировой торговле возросли, сообщает корреспондент РБК.

«Мы видим, что риски протекционизма возросли. Скорее, даже возросла неопределенность. Перерастет ли это в более серьезную спираль протекционизма, либо в какой-то момент остановится — вопрос. Но, безусловно, протекционизм, если будет возрастать, то он несет риски для мировой торговли и для мирового экономического роста», — сказала она.

Экономика
Минпромторг оценил потери России от введенных Трампом пошлин в $3 млрд

По словам главы ЦБ, Россия — открытая страна, у которой большая доля внешнеторгового оборота в ВВП. Он отметила, что при неблагоприятном сценарии рост протекционизма в мире повлияет на экономику России. «Те меры, которые были приняты, их прямой эффект на российскую экономику очень ограничен. Это существенно на основные показатели не повлияет. Но, конечно, если риски будут возрастать, то через канал темпа роста мировой экономики это может повлиять и на Россию», — подчеркнула Набиуллина, добавив, что это нежелательный сценарий.

Президент США Дональд Трамп 9 марта подписал распоряжение о введении пошлин на ввоз стали и алюминия из всех стр​ан, за исключением Канады и Мексики. Единые пошлины на импорт стали составят 25%, на алюминий — 10%. 22 марта власти США объявили о решении приостановить введение ввозных пошлин на сталь и алюминий из Евросоюза, Австралии, Аргентины, Бразилии и Южной Кореи. При этом 22 марта Трамп подписал меморандум о введении торговых ограничений против Китая. МИД КНР заявил, что Пекин намерен защищать свои интересы и законные права от торгового протекционизма США.

Когда инфляция стала важной для ЦБ

Основным ориентиром для Банка России долгое время была не инфляция, а курс рубля. При этом главным инструментом влияния на предложение денег были закупки Банком России валюты на валютном рынке, а ориентиром служил «валютный коридор» — границы колебаний курса национальной валюты к евро и доллару. Однако в 2006 году ЦБ впервые заявил о постепенном переходе к режиму инфляционного таргетирования, где основной инструмент — не валютные интервенции, а изменение процентных ставок. В 2008 году Алексей Улюкаев, тогда занимавший пост зампреда ЦБ, объяснял, что курс на инфляционное таргетирование был выбран задолго до того, как Россия столкнулась с инфляционным ускорением. «Стабильность ценовой динамики — это важнейшее фундаментальное обстоятельство современной экономики, которое позволяет нормально развиваться бизнесу», — подчеркивал Улюкаев.

Именно инфляция как индикатор «лучше характеризует изменение стоимости жизни и его динамика влияет на формирование инфляционных ожиданий субъектов экономики», — объяснял свой выбор ЦБ в 2013 году в «Основных направлениях денежно-кредитной политики».

В 2012 году ЦБ поставил в качестве ориентира инфляцию в 4% (достигнуть этого показателя предполагалось к 2015 году). «В принципе, цель может быть любой, даже 100%. Стандартная цель в развитых странах — 2-2,5%. В странах с формирующимся рынком, в которым относится Россия, обычно велики колебания относительных цен, то есть цен одних групп товаров по отношению к другим, поэтому в этих странах инфляцию чаще таргетируют на уровне, близком к 4%», — объясняла в сентябре 2014 года выбор регулятора первый зампред ЦБ Ксения Юдаева, курировавшая тогда денежно-кредитную политику и выступавшая одним из главных сторонников инфляционного таргетирования. Она подчеркивала, что в рамках политики инфляционного таргетирования «обычные люди фактически перестают реагировать на изменения валютного курса, поскольку он не оказывает заметного влияния на покупательную способность их доходов и сбережений».

Если смотреть на международный опыт, то инфляционное таргетирование реализуется в мире сравнительно недавно — впервые о реализации такой политики заявил регулятор в Новой Зеландии в 1989 году. Сейчас политику инфляционного таргетирования проводят 27 стран, в том числе Великобритания, Канада, Швеция, Норвегия и США, а также некоторые развивающиеся страны (Перу, Гана, Гватемала, Бразилия и т.д.).

У таргетирования инфляции есть достаточно много влиятельных критиков, один из самых известных — нобелевский лауреат по экономике Джозеф Стиглиц. По его мнению, повышение ставок для удержания инфляции в нужных рамках будет вести к снижению экономического роста.

Магазин исследований: аналитика по теме "Банки"