СПЧ указал на риск неограниченного применения нового закона об иноагентах

Фото: Сергей Карпов / ТАСС

Совет по правам человека при президенте России направил экспертное заключение в Госдуму на законопроект «О контроле за деятельностью лиц, находящихся под иностранным влиянием». Текст заключения постоянной комиссии по развитию институтов гражданского общества и постоянной комиссии по экономическим и трудовым правам СПЧ опубликован на сайте совета.

Этот законопроект «фактически необоснованно расширяет возможность признания иноагентами» граждан и организации в России, считает СПЧ.

Если раньше для того, чтобы стать иноагентом, были нужны лишь два факта — получение иностранной материальной помощи и занятие политической деятельностью, то сейчас достаточно будет находиться под «иностранным влиянием». Само это понятие прописано таким образом, что фактически допускает в качестве такового «любой способ воздействия, который административный орган по своему усмотрению сочтет достаточным». Это «создает пространство» для неограниченного расширения коррупции, говорится в отзыве на законопроект.

Кроме того, проект закона не требует, чтобы была установлена причинно-следственная связь между «потенциально опасными» для Российской Федерации «элементами деятельности организаций» и деятельностью организаций как таковой, а также не требует, чтобы была подтверждена «социальная опасность» действий лиц, которые находятся под «иностранным влиянием», отмечает СПЧ.

«Таким образом, из буквального толкования законопроекта следует, что деятельностью, в связи с осуществлением которой лицо может быть включено в реестр [иноагентов], фактически может быть признана любая деятельность, в том числе рекламная деятельность, которая связана с распространением материалов среди неограниченного круга лиц», — указывает Совет по правам человека.

Минюст впервые исключил из реестра СМИ-иноагентов двух человек

Политика

Чтобы снять эти претензии, правозащитники предлагают исключить коммерческие организации из числа получателей статуса «иностранного агента», а также установить «исчерпывающий перечень конкретных проверяемых характеристик форм иностранного влияния и форм деятельности, ведущей к включению в реестр».

СПЧ указывает и на другие недостатки законопроекта, среди них:

• недостаточное регулирование критериев политической деятельности потенциальных иноагентов в других сферах — в науке, культуре, искусстве, здравоохранении, социальных защиты и поддержки, спорта, благотворительности и т.д. Это может привести к неверному толкованию этих положений и их субъективному правоприменению, считает СПЧ. Параметры следует конкретизировать в законе либо прямо прописать невозможность отнесения работы организаций из этих сфер к политической деятельности, указывают правозащитники;
• законопроект фактически ограничивает лиц, признанных иностранными агентами, в правах на свободу выражения мысли и слова, гарантированных ст. 29 Конституции, а также влечет поражение в социально-трудовых правах. Так, например, иностранный агент-работник «становится потенциально опасным для любого работодателя, поскольку работодатель также может быть признан иностранным агентом, попавшим под влияние работника — иностранного агента», указывает СПЧ;
• законопроект подразумевает полный запрет для лиц, имеющих статус иностранных агентов, на занятия образовательной и просветительской деятельностью для детей, в том числе на занятия репетиторством. По мнению экспертов СПЧ, это означает запрет для физического лица-иноагента на доступ к профессиям в области образования, даже если у них есть нужная квалификация;
• документ влечет риски включения в реестр иноагентов для профсоюзов, что «противоречит содержанию этого института в целом». Это поражает права иностранных граждан, состоящих в профсоюзах, и создает риски для самих профсоюзных объединений, которые являются членами международных профсоюзных организаций.

Эти недостатки следует устранить, указывает СПЧ. Также совет предложил исключить применение закона к лицам, которые зависят от деятельности иностранного агента (в том числе работников, которые не знали об иностранном финансировании организации, или родственников тех, кого включили в реестр иноагентов — физических лиц), и не применять его к отношениям между гражданами и организациями, которые возникли до вступления закона в силу.

Заключение на законопроект готовили две комиссии СПЧ — по развитию институтов гражданского общества и по экономическим и трудовым правам. В сопроводительном письме к нему председатель СПЧ Валерий Фадеев попросил «учесть позицию» членов совета «в ходе дальнейшей работы над упомянутым законопроектом».

Журналисты и НКО смогут получить статус иноагента без иностранных денег

Политика

Законопроект, который был призван консолидировать разрозненное действующее законодательство в этой области, был внесен в Госдуму 25 апреля. Среди прочего, в документе сформулированы понятия «иностранный агент» и «иностранное влияние».

Авторы документы предложили считать иностранным агентом лицо, «получившее поддержку и (или) находящееся под иностранным влиянием в иных формах».

Под иностранным влиянием подразумевается предоставление лицу поддержки иностранным источником (например, иностранным государством, его органами власти, международными организациями), а также оказание воздействия на это лицо, «в том числе путем принуждения, убеждения» или иными способами.

При этом поддержка «иностранным источником» может выражаться не только в деньгах, но и в предоставлении организационно-методической, научно-технической помощи, помощи в иных формах. Заниматься такое лицо может самой разной деятельностью — от «целенаправленного сбора сведений в области военной и военно-технической деятельности» до создания и распространения «сообщений и материалов, предназначенных для неограниченного круга лиц».

Также законопроект предполагает создание единого реестра для всех типов иноагентов (НКО, СМИ, физлица и незарегистрированные организации), который будет вести Минюст.

Глава комиссии по расследованию фактов вмешательства иностранных государств во внутренние дела России Василий Пискарев говорил РБК, что разработка проекта была продиктована правоприменительной практикой нескольких лет: во-первых, стало понятно, что правильнее объединить все требования к иноагентам в одном законе, во-вторых, необходимо «определиться в понятиях», подробно описав, что означает статус иноагента, разъяснить понятие «иностранное влияние» и т.д.

«Главная цель введения нашего законодательства об иноагентах не запретительная, не репрессивная, а в большей степени информационная, направленная на обеспечение прозрачности их деятельности. Если данная деятельность не противоречит российскому законодательству, но опирается на поддержку извне, наше общество вправе знать об источниках иностранного вмешательства», — говорил Пискарев.