Парное катание агрегаторов
Парное катание агрегаторов
Credit Suisse оценил долю объединенных «Яндекс» и Uber на рынке такси
Компания, созданная в результате объединения «Яндекс.Такси» и Uber, может занять около 10% на российском рынке такси и до 75% в его онлайн-сегменте, оценил Credit Suisse. Но сделку прежде должна одобрить ФАС
По оценке Credit Suisse, компания, созданная в результате объединения сервиса «Яндекс.Такси» и бизнеса Uber в России и СНГ, по итогам 2017 года может занять 69% в общем количестве поездок, заказанных онлайн в России (исследование есть у РБК). В стоимостном выражении ее доля будет еще выше — 75%. С учетом таксопарков, работающих в офлайне, а также серого рынка доля нового игрока в количественном выражении составит 9% к концу года, в стоимостном выражении — 13%, прогнозирует Credit Suisse.
Поехали вместе
13 июля «Яндекс.Такси» и Uber объявили об объединении бизнесов по онлайн-заказу поездок в России, Азербайджане, Армении, Белоруссии, Грузии и Казахстане. Новая компания (исходя из документов «Яндекса», ее название — MLU N.V.) зарегистрирована в Нидерландах. Ее консолидированная стоимость оценена сторонами в $3,725 млрд. Uber должен будет инвестировать $225 млн, «Яндекс.Такси» — $100 млн. После закрытия сделки «Яндексу» будет принадлежать 59,3% новой компании, Uber — 36,6%, еще 4,1% — ее сотрудникам. Предполагается, что в дальнейшем «Яндекс» сможет получить «незначительный» пакет акций Uber в обмен примерно на 2% объединенной компании.
После объединения приложения «Яндекс.Такси» и Uber перейдут на единую технологическую платформу. Пассажиры сервисов смогут по-прежнему пользоваться обоими приложениями, тарифная политика поменяться также не должна. Однако переход таксопарков и водителей на новую платформу должен способствовать увеличению количества доступных машин, сократить время их подачи, снизить холостой пробег, повысить надежность и доступность сервиса в целом, обещали представители «Яндекс.Такси» и Uber.
Как отмечается в отчете Credit Suisse, «Яндекс.Такси» является лидером в онлайн-сегменте и может занимать в нем около 50%, тогда как Uber — 23%, Gett — от 12 до 20% в зависимости от оценки количества заказов, приходящихся на традиционных агрегаторов такси, сделанных через их собственные онлайн-приложения. Аналитики оговариваются, что такие агрегаторы до сих пор сохраняют лидирующие позиции на рынке такси. На их долю может приходиться 64% в общем количестве поездок и 67% в деньгах. Доля серого рынка может составить около 20%, онлайн-сегмента — 13–17%.
В отчете подчеркивается, что традиционные игроки рынка такси также готовятся активно инвестировать в развитие. В начале мая компании RuTaxi (бренды «Везет» и «Лидер») и Fasten («Сатурн», RedTaxi) объединились и привлекли финансирование от UFG Private Equity в размере $100 млн. Еще $200 млн могут быть вложены на новом раунде акционерного финансирования. Этот игрок, по оценке Credit Suisse, может занять 12% всего рынка такси и 7–10% в сегменте онлайн-такси.
Ранее аналитики банка UBS подсчитали, что по итогам 2017 года объем всего российского рынка такси составит 731 млрд руб., из которых 20% придется на онлайн-заказы, а 15% — на серый рынок. К 2022 году, по прогнозу UBS, объем всего рынка вырастет до 1,231 трлн руб., доля онлайн-заказов должна возрасти до 85%, а серый рынок сократится до 4%. В более свежем отчете UBS говорится, что после объединения «Яндекс.Такси» и Uber могут занять 80% рынка онлайн-такси и новая компания сохранит эту долю до конца 2022 года.
Доля в деталях
Сделку по объединению «Яндекс.Такси» и Uber должна одобрить Федеральная антимонопольная служба (ФАС). Как заявил ранее замглавы ведомства Андрей Цариковский, при ее анализе необходимо будет учитывать косвенную долю компаний на российском рынке: поскольку речь идет о двух крупнейших агрегаторах такси в России, косвенно влияющих и контролирующих весь рынок, то необходимо переходить к понятию непрямого контроля. «Насколько позволяет законодательство, ФАС исчерпает все возможности исходя из понимания этого [косвенного] контроля. И возможно, будем готовить поправки в законодательство, потому что иначе мы будем бешено отставать. Во всем мире уходит это понятие [прямого контроля], вся мировая практика и деятельность конкурентных ведомств проходит через «влияние», — приводились в сообщении ФАС слова Цариковского.
Представитель пресс-службы ФАС сообщил РБК, что ходатайство о сделке будет рассматривать управление регулирования связи и информационных технологий. По состоянию на 26 июля документы в ведомство еще не поступили. Представитель ФАС отказался комментировать, долю на каком рынке будет учитывать служба при рассмотрении ходатайства и какой показатель будет считать неприемлемым. При этом глава ФАС Игорь Артемьев ранее заявлял, что стандартный 30-дневный срок рассмотрения заявления может быть продлен на два месяца.
Адвокат межрегиональной коллегии адвокатов «Клишин и партнеры» Владимир Энтин заявил РБК, что ключевым моментом при рассмотрении вопроса о разрешении сделки по объединению «Яндекс.Такси» и Uber будет анализ, являются ли онлайн-заказы самостоятельным видом рынка. «Если это самостоятельный вид рынка, то получается, что они [с долей 75%] займут господствующие позиции, тем самым уничтожая конкуренцию в данном сегменте. Если же они [ФАС] будут исходить из того, какую долю обе эти компании занимают вообще на рынке предоставления услуг такси, то в этом случае слиянию может быть дан зеленый свет», — пояснил он. Как отметил Энтин, мировая практика сейчас следует в этом же направлении. «Оценивается не рынок в целом, а рынок, который оказывается косвенно подконтрольным благодаря занятию некоего сегмента. В этом случае будут оцениваться долговременные последствия данного слияния для самостоятельно развивающегося рынка услуг. И будут использоваться несколько критериев оценки — какими темпами развивается именно данный сегмент, на какую категорию потребителей он направлен и другие», — констатировал адвокат.
На мировом рынке антимонопольные органы штрафовали Google и Apple на основании понятий «косвенный контроль» и «влияние», рассказал РБК адвокат бюро «Деловой фарватер» Сергей Литвиненко. Прецедентов на российском рынке он вспомнить не смог. Самые яркие примеры того, как антимонопольные органы запрещают сделки исходя из понятий «косвенный контроль» и «влияние», имеют место в Евросоюзе — газодобывающие компании не могут объединяться с газотранспортными, добавил адвокат.
