Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
В Госдепе разъяснили новые правила выдачи виз для рожениц из других стран Общество, 03:06 Экстрадированный в США россиянин Бурков признал себя виновным Общество, 02:25 В работе сервисов Google произошел сбой Технологии и медиа, 02:07 Bloomberg назвал самые доходные после смены правительства России компании Финансы, 01:51 Адвокат Винника сообщила о его тайном вывозе властями Греции в Париж Общество, 00:51 Российский фигурист впервые за восемь лет выиграл чемпионат Европы Спорт, 00:37 В ООН поддержали инициативу Путина провести саммит пяти лидеров Совбеза Политика, 00:25 Палестина предостерегла Израиль и США от заключения «сделки века» Политика, 00:21 ФСБ задержала ячейку экстремистов в Дагестане Общество, 00:19 Управляющая активами Магомедова решила уйти в отставку Бизнес, 00:01 Лейла Маммедзаде — РБК: «Проблема Зиявудина лежит не в области экономики» Бизнес, 00:00 В Севастополе госпитализировали семь студентов с возможным отравлением Общество, 23 янв, 23:51 Президент Польши назвал правильным решение пропустить форум по Холокосту Политика, 23 янв, 23:35 СКА разгромил казахстанский «Барыс» в домашнем матче КХЛ Спорт, 23 янв, 23:24
Экономика ,  
0 

Экономист увидела в санкциях против России причину снижения неравенства

Западные санкции привели к одному положительному эффекту для России — уменьшили неравенство в доходах, утверждается в статье Института переходных экономик Банка Финляндии. Российские экономисты с таким выводом не согласны
Фото: Артем Виноградов / ТАСС

Западные санкции, введенные против России после присоединения Крыма в 2014 году, вызвали немало отрицательных эффектов и один положительный — уменьшили неравенство в доходах россиян. К такому выводу пришла экономист Американского университета Армении Гаянэ Барсегян в статье (*.pdf), подготовленной для Института переходных экономик Банка Финляндии (BOFIT).

По оценкам Барсегян, санкции и контрсанкции сократили на 1 п.п. неравенство в России, измеряемое индексом Джини (варьируется от 0 до 100% — чем выше, тем больше неравенство). Иными словами, актуальное значение этого индекса для России после санкций — в среднем 33% (по данным ОЭСР), но если бы ограничений не было, оно составило бы около 34%.

Автор статьи считает такой результат парадоксальным, поскольку предыдущие исследования других экономистов показали, что санкции скорее увеличивают неравенство в стране, против которой они введены.

Как это объясняется

Барсегян пытается объяснить обнаруженный эффект тем, что санкции были направлены главным образом на российскую элиту — бизнесменов с очень высоким доходом. В то же время контрсанкции (продуктовое эмбарго) поддержали российское сельское хозяйство, за счет чего улучшилось материальное положение сельскохозяйственных работников, имеющих, как правило, низкий доход.

  • Добавленная стоимость в сельском хозяйстве на одного работника возросла в среднем на $3,9 тыс. в период с 2014 по 2017 год, говорится в статье.
  • Это свидетельствует о повышении производительности труда и уровня жизни населения, занятого в аграрном секторе России.

В остальном Барсегян выявила эффекты, которые видят большинство независимых экономистов: антироссийские санкции сократили ВВП страны и прямые иностранные инвестиции в Россию. Так, она подсчитала, что в среднем ограничения дали потерю 5% от гипотетического годового ВВП на душу населения в сценарии, если бы санкций и контрсанкций не было (или минус $1337 на душу населения; в 2017 году подушевой ВВП России составил $24,8 тыс.).

В своем исследовании экономист сравнивала модельные сценарии развития российской экономики в отсутствие санкций с фактическими показателями экономики.

Ранее международная компания в области страхования рисков в торговле Coface назвала российский запрет на импорт продуктов (молока, сыра, овощей, фруктов, рыбы и мяса) из Евросоюза и США наиболее эффективным ответом России на санкции. Продовольственное эмбарго затронуло около 10% всего объема потребляемых страной продуктов. В 2014 году 60% фруктов и 20% молочной продукции в российских магазинах были импортными, под запрет попала примерно половина поставок в каждой категории, оценили в Coface.

Неравенство сокращалось до 2018 года

По данным Росстата, в 2018 году индекс Джини составил 41,1%. В 2014–2017-м этот показатель действительно сокращался — с 41,3 до 40,8%. Разные организации считают индекс Джини по различным методологиям: в частности, в зависимости от того, какой вид дохода (например, располагаемый или валовый) берется для расчета распределения людей по доходам.

Есть и другие способы измерить неравенство — например, коэффициенты разрыва между доходами богатых и бедных. Если в 2014 году доходы 10% самых богатых россиян превышали доходы 10% самых бедных в 15,1 раза, то в 2017-м уже в 14,6 раз. В прошлом году, однако, разрыв вновь увеличился и составил 15,5 раза.

По оценкам Credit Suisse, по концентрации богатства в руках миллионеров и миллиардеров Россия занимает одно из самых первых мест в мире: по данным на середину 2018 года, на долю 10% самых обеспеченных граждан приходилось 82% всего личного богатства страны. Как показал недавний опрос Общественной палаты, 60% россиян сталкиваются с неравенством и несправедливостью из-за разницы в уровне заработка. 35% респондентов указали, что считают минимально справедливым ежемесячный доход в размере 50 тыс. руб., 31% устроило бы от 40 тыс. до 50 тыс. руб.

В то же время Минэкономразвития заявляло о сокращении в 2018 году разрыва между богатыми и бедными. По данным министерства, доходы более обеспеченных слоев населения снизились в прошлом году за счет падения доходности от банковских депозитов, увеличения налогов на недвижимость и роста ипотечных платежей. С другой стороны, у менее обеспеченных граждан они, наоборот, выросли благодаря повышению МРОТ, увеличению выплат семьям с детьми и повышению зарплат в бюджетном секторе.

МЭР увидело сокращение разрыва между богатыми и бедными
Экономика

Инфляция бьет по бедным, борьба с «тенью» — по богатым

Санкции вряд ли могли повлиять на сокращение неравенства, сомневается ректор Российской экономической школы (РЭШ) Рубен Ениколопов. В исследовании сделана попытка оценить эффекты повышения доходов в аграрном секторе, но не учтен фактор роста продовольственных цен из-за эмбарго, который повлиял на расходы потребителей. «Ограничения на импорт продовольствия увеличили прибыльность аграрного сектора за счет увеличения цен. От них пострадали все потребители, при этом в гораздо большей степени бедные, у которых продукты питания занимают более существенную часть в их расходах», — пояснил РБК эксперт.

Формально это означает, что инфляция была выше у бедных. С учетом данного фактора трудно говорить о том, что неравенство в реальных доходах действительно сократилось, рассуждает ректор РЭШ.

Ениколопов также добавил, что занятость в сельском хозяйстве в России составляет меньше 6%, поэтому даже повышение зарплат в этом секторе вряд ли могло играть решающую роль. К тому же индекс Джини, на который ориентируется автор, «из-за методологических ограничений вообще не учитывает наиболее богатых».

Сомнения Ениколопова разделяет главный аналитик «Ренессанс Капитала» по России и СНГ Софья Донец. По ее словам, в России вообще не наблюдается видимого сокращения неравенства, которое меряется по доходным когортам. Кроме того, введение санкций и ухудшение отношений России с другими странами совпало со снижением цен на нефть, напоминает Донец. «Все это было фоном для ослабления курса рубля, которое привело к росту инфляции, а это чувствительно главным образом для групп с низким уровнем дохода», — подчеркнула она.

По словам Донец, за последние годы наблюдалась миграция граждан из групп среднего дохода в группы с низким доходом. Что касается богатых, здесь есть тенденция к сокращению получаемых ими доходов, согласна аналитик. Однако, по ее мнению, это связано не столько с санкциями, сколько с государственной политикой по обелению экономики, которая началась еще до 2014 года.