Власти одобрили продажу крупнейшей лесной компании на Дальнем Востоке

Фото: Алексей Мальгавко / Reuters

Правительственная комиссия по контролю за осуществлением иностранных инвестиций, которую возглавляет премьер-министр Михаил Мишустин, 29 ноября одобрила продажу 75% крупнейшего лесопромышленного холдинга Дальнего Востока RFP Group японской Iida Group Holdings.

Об этом РБК рассказали два источника в правительстве. Мишустин во вступительном слове в начале заседания комиссии заявил, что на нем будет рассмотрено 11 заявок, которые в сумме позволят привлечь в российскую экономику более 110 млрд руб. (почти $1,5 млрд). «Отдельно отмечу заявки, связанные с реализацией значимых инвестиционных проектов. В их числе <...> расширение и модернизация совместно с крупной японской бизнес-структурой производственных мощностей по лесопереработке на Дальнем Востоке», — добавил он. Итоги заседания не раскрывались.

«Мы знаем, что сделка была одобрена на условиях, которые прорабатывались профильными министерствами с иностранным инвестором. Но детальный протокол мы еще не получили», — сообщил РБК представитель одного из акционеров RFP Group — компании Invest AG Александра Абрамова и Александра Фролова (владеет долей в 27%).

РБК направил запросы в Iida Group Holdings, RFP Group и другим акционерам холдинга — Milhouse Романа Абрамовича (31%) и РФПИ (42% — совместно с китайской China Investment Corporation), а также в пресс-службы правительства и Федеральной антимонопольной службы.

На правительственной комиссии было поставлено три основных условия, при выполнении которых японская Iida Group может получить контроль над RFP Group, рассказали собеседники РБК.

• Реализация плана Iida Group по поэтапному инвестированию $150 млн на пять лет (до конца 2026 года) в развитие лесопереработки на Дальнем Востоке. Эти деньги должны пойти на строительство новых мощностей по переработке древесины, а также на расширение и модернизацию текущих мощностей завода RFP Group в Амурске на севере Хабаровского края. Ранее источники РБК рассказывали, что $150 млн прямых инвестиций должны пойти не только на увеличение мощностей по переработке, но и на выпуск элементов деревянного домостроения (Iida — лидер деревянного домостроения в Японии) и рефинансирование кредитов.

Японцы станут совладельцами крупнейшей лесной компании Дальнего Востока

Бизнес

• За пять лет японский инвестор должен обеспечить рост общего объема лесопереработки RFP в 2,3 раза — с 752 тыс. куб. м (ожидается по итогам 2021 года) до 1,7 млн куб. м в 2026 году, а также нарастить производство продукции глубокой переработки. Президент Владимир Путин еще в сентябре заявил, что российские власти должны поддержать предлагаемый проект RFP с японскими партнерами, чтобы в России сдвинулась ситуация с созданием мощностей по глубокой переработке древесины.
• Iida Group также должна сохранить в течение пяти лет общую среднесписочную численность работников российского лесопромышленного холдинга на уровне не менее 2612 человек. Сейчас в компании работают около 2,5 тыс. человек в лесозаготовках и переработке без учета постоянных подрядчиков. Ранее вице-премьер и полпред президента на Дальнем Востоке Юрий Трутнев говорил, что в регионе в лесной отрасли занято более 30 тыс. человек, которые рискуют остаться без работы из-за запрета на экспорт круглого леса, вступающего в силу с начала 2022 года (RFP — крупнейший его экспортер в Китай).

В июне глава Минвостокразвития Алексей Чекунков сообщил, что RFP Group находится в «продвинутых переговорах» с японским инвестором, который заинтересован в производстве элементов деревянного домостроения. Тогда гендиректор российской компании Константин Лашкевич подтвердил в интервью РБК, что она «работает» с инвестором из Японии, который проявляет интерес к созданию новых продуктов для японского рынка.

«Ему интересно участвовать в создании продуктов инженерной древесины — клееных балок из пиломатериалов, CLT-панелей (перекрестно-склеенных панелей), балок LVL [из шпона], генбана (досок) и таруки (брусков). Для этого мы очень подходим, потому что у нас есть сырьевая база, пиломатериалы и шпон, из которых можно это делать, а также базовые компетенции», — пояснял Лашкевич.

«Участие Российского фонда прямых инвестиций [в качестве акционера] — это огромный административный ресурс, который позволяет нам не шарахаться от каждого проверяющего органа. Это нас очень сильно защищает. Но у акционеров нет рыночных компетенций, поэтому менеджменту приходилось их создавать самостоятельно или покупать на стороне», — объяснял топ-менеджер.

Абрамов рассказал про японского претендента на RFP Group

Бизнес

В начале сентября совладелец RFP Group Александр Абрамов на совещании в рамках Восточного экономического форума попросил Путина поддержать сделку с японским инвестором, поскольку она требует регуляторных разрешений. После этого президент поручил правительству до 1 ноября «обеспечить рассмотрение» на заседаниях правительственной комиссии по иностранным инвестициям проектов, предусматривающих создание на территории Дальневосточного федерального округа мощностей по переработке древесины, в том числе для экспорта продукции переработки древесины. Через неделю Iida подтвердила, что «вступила в переговоры об участии в капитале RFP».

Абрамов объяснил необходимость продажи доли в RFP Group японскому инвестору доступом на зарубежные рынки. «На наш взгляд, мы нашли один из возможных способов решения [проблемы доступа на иностранные рынки] — привлечение в капитал российских компаний крупных игроков с тех рынков, которые для нас являются целевыми. В данном случае речь идет о вхождении в капитал компании японского концерна Iida», — говорил бизнесмен Путину. «В этой сделке самое главное не деньги, а доступ к японскому рынку», — отметил он. Лашкевич пояснял РБК, что лесопереработка компании ориентирована на Японию, «самый сложный рынок с точки зрения требований качества, но при этом один из самых стабильных в мире».

«Iida — стратегический партнер для RFP Group, который планирует развивать производство домокомплектов для Японии и России. Для RFP Group такой партнер необходим, чтобы ускоренными темпами перестроиться на 100-процентную переработку древесины в условиях запрета экспорта леса с 1 января 2022 года», — объяснял собеседник РБК, близкий к одной из сторон сделки.