Прямой эфир

К сожалению, ваш браузер
не поддерживает
потоковое видео.

Попробуйте

установить Flash-плеер
Лента новостей 20:56 МСК
В Петербурге задержали двух лидеров партии ПАРНАС Политика, 20:37 Захвативший банк в Москве назвал себя обанкротившимся предпринимателем Общество, 20:29 Мединский назначил нового гендиректора Росгосцирка Политика, 20:02 Лучшие предложения рынка наличной валюты  20:00   USD НАЛ. Покупка 65,00 Продажа 65,16 EUR НАЛ. 73,15 73,26 К захваченному неизвестным отделению банка в Москве прибыл глава МВД Общество, 19:58 «Первый канал» нашел замену Ираде Зейналовой в итоговой программе «Время» Политика, 19:57 Фонд Навального попросил ФСБ проверить «сговор» подрядчиков Минобороны Политика, 19:52 WSJ назвал Набиуллину «воскресительницей» экономики России Финансы, 19:24 Вооруженные люди напали на Американский университет Афганистана в Кабуле Политика, 19:19 Повстанцы захватили половину города в Сирии во время турецкой операции Политика, 19:10 Неизвестный с коробкой на шее пригрозил взорвать банк в центре Москвы Общество, 19:10 В Москве задержали действовавших от имени Шакро Молодого вымогателей Общество, 19:03 ЦБ назвал причину снижения зависимости курса рубля от цены на нефть Экономика, 19:02 ЦБ предсказал сохранение дефицита ликвидности до конца года Финансы, 18:53 Сплошное надувательство: как «биван» сделали модным товаром Свое дело, 18:53 «Магнит» попал в рейтинг самых инновационных компаний по версии Forbes Бизнес, 18:31 Шпионский скандал: как утечка данных АНБ подтвердила данные Сноудена Илья Медведовский генеральный директор компании Digital Security Мнение, 18:26 В Красноярском крае объявили о потере вертолета из-за ошибки диспетчера Общество, 18:21 Российские бизнесмены отсудили у Венесуэлы $1,2 млрд Бизнес, 18:21 «Новая армия» Украины: что показали на крупнейшем военном параде в Киеве Политика, 18:20 Москву встревожила военная операция Турции в Сирии Политика, 18:17 В петербургских кафе «Счастье» ввели дополнительный сбор с иностранцев Общество, 18:11 Турция первой возобновит полеты в Шарм-эль-Шейх после крушения A321 Общество, 18:04 США поддержали военную операцию Турции в Сирии Политика, 17:41 Росстат зафиксировал возобновление недельного роста цен Экономика, 17:03 СМИ опубликовали видео падения самого большого воздушного судна в мире Общество, 17:01 «Новая армия» Украины: что показали на крупнейшем военном параде в Киеве Фотогалерея, 16:58 Число жертв землетрясения в Италии превысило 70 Общество, 16:58
24 дек 2014, 11:11
Проблема-2018: почему строить новую экономику будет уже некому
Евгений Гонтмахер, Заместитель директора ИМЭМО РАН
Другие мнения автора
В духе девяностых: зачем правительству однолетний бюджет 9 сен 2015, 14:04 Протесты врачей: почему московская власть не выучила урок? 15 дек 2014, 15:53 Еще 1 материал
Сокращение количества рабочих мест – лишь начало масштабного кризиса на российском рынке труда. Самым тревожным прогнозом на ближайшие годы становится депрофессионализация россиян. И это ставит под вопрос дальнейшие перспективы развития страны. Эта статья публикуется в рамках проекта РБК «Сценарии-2020», в котором известные экономисты и эксперты рисуют сценарии развития России в ближайшие годы

Массовые сокращения, катастрофическое снижение зарплат – такие ассоциации возникают при слове «кризис». Но паника на рынке труда слабо соотносится с реальными причинами кадрового кризиса, происходящего в России. А это отнюдь не только последние события в экономике. В ближайшие пять лет мы, скорее всего, не увидим картинок из фильмов о Великой Депрессии в США, где толпы голодных людей шатаются по улицам в поисках работы. Но это не очень утешает: негативные тренды, которые сложились в последние годы на рынке труда, будут усиливаться.

Первое. Рынок станет более серым: больше людей будут работать на неофициальных основаниях. Налоговое бремя в условиях снижения экономической активности вынудит работодателей экономить на издержках и выстраивать отношения с работниками неформально.

Хотя абсолютные размеры безработицы по стране радикально не увеличатся, она будет расти локально, прежде всего в отдельных депрессивных регионах и городах. Встанет острее проблема моногородов, которыми никто не занимался, несмотря на декларации и программы. В России в моногородах проживают десятки миллионов человек. Думаю, что мы еще вспомним опыт Пикалево. В зоне риска оказываются и сельскохозяйственные, аграрные территории. Прежде всего это Северный Кавказ, где относительно высокая доля аграрного сектора. Кризис может развиваться и в некоторых регионах центральной России. Например, Костромская, Тверская области с точки зрения рабочих мест депрессивны уже сейчас. При среднем уровне безработицы по Центральному федеральному округу в начале текущего года 3,3% в этих областях она составила (только по официальным данным) 5,4%.  

Еще один тренд: люди будут соглашаться на снижение зарплат в обмен на сохранение занятости. Это сдержит критический уровень безработицы, механизм адаптации работников к новым условиям у нас достаточно прочный. Но зарплаты в реальном исчислении будут ощутимо снижаться.

Кроме того, уже длительное время число трудоспособных людей уменьшается из-за демографических изменений, а доля пожилых и неработающих увеличивается примерно на 1 млн человек в год. Но в конечном счете сокращение трудоспособного населения – не главная проблема российского рынка труда. Самый тревожный фактор – снижение качества рабочей силы, депрофессионализация. У нас не хватает квалифицированных рабочих, инженеров, менеджеров, бухгалтеров и даже журналистов. Качество профессионального образования в России не повышается, и 75 млн экономически активного населения имеют очень низкий профессиональный потенциал. Это связано в том числе и с отсутствием системы непрерывного образования, когда взрослые люди в течение короткого срока могут приобрести новую компетенцию и стать более конкурентоспособными на рынке труда. Не работают и личностные стимулы к самообразованию.

Отсюда возникает и возрастная дискриминация, которая тоже будет усиливаться. Найти работу людям предпенсионного возраста будет все сложнее, так как по многим параметрам они отстают от требований работодателя. Тому пока проще бороться за чужой готовый кадр среднего возраста, чем повышать квалификацию собственного работника.  

Параллельно усилится фактор молодежной безработицы. Возникнет классическая ситуация, характерная для Западной Европы. Если сейчас можно говорить о том, что около 5–7% выпускников не могут попасть на желаемое место работы (хотя точного учета никто не ведет), то в ближайшие годы этот показатель составит уже 15–20% из числа выпускников вузов и колледжей. Количество рабочих мест будет снижаться, а молодежь заведомо проигрывает в борьбе за места из-за отсутствия профессионального опыта. Через несколько лет на улицах станет больше молодых людей, которым нечем заняться. Естественно, это приведет и к росту преступности.

Напряженность на рынке труда для молодежи будет нарастать, даже несмотря на уменьшение ее численности в силу демографических причин. Дело в том, что демографические тренды весьма консервативны, а экономическая ситуация в ближайшие годы, видимо, будет меняться более радикально.

Будет возрастать региональная мобильность рабочей силы, то, что иногда называют «отходничество», когда из Костромы, Пензы и Мордовии ездят работать на две недели в крупные города на неквалифицированные работы. Уровень различий в экономике регионов увеличится, и вахтовый метод подработок будет развиваться, как и число претендентов на роль «охранника» или «сторожа». Все это обусловит дальнейшее снижение оплаты труда.

При этом мобильность будет однонаправленной. Возникновение новых экономических центров, вроде разрекламированных территорий опережающего социально-экономического развития на Дальнем Востоке, маловероятно. Люди туда не поедут из центральной и западной части России; времена, когда люди согласны были жить в палатках ради романтики и большой зарплаты, прошли. А запускать туда китайских гастарбайтеров – идея весьма спорная.

При этом в условиях сжатия экономики будет становиться меньше рабочих мест и для мигрантов из СНГ. В первую очередь будет страдать сфера услуг: фитнес, рестораны, магазины с товарами не первой необходимости. Рабочие места в этой сфере, даже самые неквалифицированные, будут занимать прежде всего россияне, стремящиеся получить хоть какую-то работу. С другой стороны, масштабные инфраструктурные проекты, например строительство объектов для чемпионата мира по футболу, потребуют значительные объемы рабочей силы. И можно предположить, что на этих стройках будут по-прежнему работать мигранты из СНГ, которые и сейчас активно задействованы в сфере строительства. Наши соотечественники на ближайшие пять лет еще сохранят апломб и на грязную строительную работу не пойдут.

В зоне риска окажутся и бюджетники. То, что происходит сейчас в Москве с врачами и учителями, – адаптация к будущим бюджетным сложностям, репетиция, как экономить деньги. Под удар попадет прежде всего вспомогательный персонал и узкие специалисты (логопеды, психологи и т.п.). Сокращения уже начались и в ближайшие пять лет могут достигнуть 20–25% от занятых в бюджетной сфере.

Зато нефтяники будут в цене: нефть мы будем качать еще много лет. Будут по-прежнему востребованы инженерные специальности и квалифицированные рабочие. Попробуйте найти сейчас квалифицированного сварщика; в наших условиях он может заработать столько, сколько  захочет. Наиболее востребованы будут люди с реального производства, промышленно-производственный персонал, как это называлось в советское время. А сокращать будут все тот же вспомогательный персонал (т.н. «офисный планктон»).

За последние двадцать лет, несмотря на экономический рост, в России произошла деградация человеческого капитала. И с открытым кризисом человеческого капитала мы столкнемся уже через три-четыре года. К этому времени может резко снизиться доступность медицины, что негативно скажется на общем уровне здоровья россиян. Можно ожидать и снижения качества школьного образования. В таком случае, даже при массированных инвестициях и выгодных предложениях по зарплатам, дальше будет все сложнее находить достаточное число квалифицированных сотрудников. Вот тогда и придется массово завозить мигрантов. 

Основная проблема современного российского рынка труда в том, что его невозможно реформировать без столь же решительных продвижений во многих других сферах. Например, для улучшения инвестиционного климата, без которого не произойдет позитивных изменений в области занятости, нужно менять качество многих общественных и политических институтов. Поэтому чтобы добиться смены трендов на российском рынке труда, надо просто начать менять страну. 


Несколько лет назад ведущие экономисты по заказу правительства разработали «Стратегию-2020» –​ план долгосрочного развития России. Сегодня об этом плане и показателях, которые в нем ставились, уже мало кто помнит. Горизонты планирования для бизнеса, чиновников и потребителей сузились в лучшем случае до нескольких месяцев. Но думать о будущем все равно необходимо. В проекте РБК «Сценарии-2020» известные экономисты и эксперты рисуют сценарии развития России в ближайшие годы, по окончании экономического и политического кризиса.​ Другие материалы проекта читайте здесь.

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.