Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Байден объявил чрезвычайную ситуацию во Флориде из-за шторма «Иэн» Политика, 04:29
Букингемский дворец показал фото надгробной плиты Елизаветы II Общество, 04:28
Мишустин назначил Надежду Преподобную заместителем министра культуры Политика, 04:09
Чеченские медучреждения получили ложные письма о минировании Общество, 04:07
США заявили, что обсуждают с Россией возобновление инспекций по СНВ-3 Политика, 03:44
Глава МИД Азербайджана назвал затраты на «восстановление» Карабаха Экономика, 03:37
Потанин продал 7,5% акций Росбанка компании «Русфинанс» Бизнес, 03:28
Голкипер чешской сборной разбил Роналду нос в матче лиги Наций Спорт, 03:06
Новости, которые вас точно касаются
Самое актуальное о ценах, штрафах и кредитах — в одном письме каждый будний день.
Подписаться за 99 ₽ в месяц
Британия к 2030 году увеличит расходы на оборону до £100 млрд Политика, 02:54
Минобрнауки подтвердило отсрочку аспирантов от мобилизации Политика, 02:49
Первое поражение Испании в году и разгром Армении. Итоги дня в лиге Наций Спорт, 02:33
Киев потребовал провести чрезвычайное заседание СБ ООН из-за референдумов Политика, 02:24
Как справиться с осложнениями после коронавирусной инфекции РБК и Stada, 02:10
Япония и Южная Корея заметили запуск баллистической ракеты КНДР Политика, 02:05
«Выгодное начало» от
Сумма
Срок
Ваш доход
0
Ставка
0%
БАНК ВТБ (ПАО). Реклама. 0+
Война санкций ,  
0 
Любовь Борусяк и Алексей Левинсон

Чего боятся россияне в кризис

Из всероссийского опроса, проведенного в ноябре Левада-Центром, ясно: граждане уже заметили заметное ухудшение экономического положения страны. Но «путинское большинство» и не одобряющее президента меньшинство по-разному объясняют происходящее. В чем сторонники и противники действующей власти видят причины наших проблем, и что вызывает у них наибольшую тревогу?

Рассмотрим чувства политического большинства и политического меньшинства в обществе в целом и отдельно – внутри интернет-аудитории. Большинством в данном случае будем считать тех, кто в ноябре выражал одобрение деятельности Владимира Путина на посту президента РФ, а меньшинством – тех, кто заявил о своем неодобрении. Что касается общества в целом, то внутри него эти группы мало различаются по социально-демографическим признакам. Среди критиков Путина побольше «крайних» (самых бедных и самых зажиточных), чем среди пропутинского большинства, хотя «средние» преобладают и здесь, и там. В рядах этого меньшинства относительно выше доля жителей небольших городов, но больше и удельный вес столичных жителей. 

По данным опроса, проведенного в ноябре Левада-Центром, обе категории беспокоит падение курса рубля (более 60%). Правда, не одобряющие Путина больше зависят от позиций рубля, поскольку те из них, кто имеет накопления – а их лишь около четверти, – хранят их именно в рублях. А вот среди одобряющих Путина имеют сбережения около трети, причем каждый пятый хранит деньги в других валютах (преимущественно в долларах).

Абсолютное большинство (свыше 80%) как среди сторонников президента, так и среди его критиков уже заметили, что начали резко расти цены, считают, что начинает снижаться уровень жизни населения, что экономическое положение страны стало ухудшаться. Тут, в общем, можно говорить о согласии. А вот причины всего этого они видят по-разному. Пропутинская часть чаще ссылается на падение цен на нефть, то есть на причину внешнюю, тогда как критики курса чаще говорят о причине внутренней: неэффективности государственно-бюрократического управления экономикой. В качестве причины обе стороны также указывают на расходы России, связанные с украинскими событиями. Только «путинская» часть поддерживает присоединение Крыма, помощь ЛНР и ДНР, и потому считает эти расходы оправданными, а их оппоненты и о действиях России, и об этих расходах отзываются с осуждением.

Уже в течении 20 лет Левада-Центр изучает то, что можно назвать «структурой страхов» россиян. В начале 1990-х люди более всего боялись оказаться жертвой нападения преступников и потерять работу. Боязнь насилия велика и теперь, но роста цен боятся больше (безработица пока не страшит). Обе обсуждаемые группы не различаются в иерархии страхов на ее высших этажах, но в рядах меньшинства страхи выражены сильнее.

Так, «произвола властей, беззакония» сильно опасается четверть путинских сторонников и почти половина его критиков. У обеих групп этот страх на пятом месте. У критиков Путина следом за ним идет страх «усиления политических репрессий, подавления гражданских свобод» – этого сильно боится практически каждый третий, – а у «путинского» большинства это в общем не вызывает страха: его испытывают как сильный только 15%. В обеих частях российского общества, разделенных отношением к Путину, есть люди, которых сильно беспокоит «изоляция России от развитых европейских стран». Но среди пропрезидентского большинства таких 16%, а в рядах меньшинства их почти вдвое больше. Не очень волнует пропутинскую часть населения и то, что на Западе Россию считают нарушителем международного права – этим обеспокоены менее одной пятой, среди оппонентов Путина таких примерно треть. 

Велики, но не кардинальны различия в позициях этих двух частей социума по ключевому вопросу – о присоединении Крыма. Понятно, что сторонники Путина тут практически единодушны: 90% «за». Но и среди не одобряющих президента тех, кто за «Крымнаш» – почти 60%, а против лишь 35%. Среди «путинского» большинства менее 13% считают, что Россия несет ответственность за кровопролитие и гибель людей на востоке Украины, среди критиков Путина таких 33%. Персональную ответственность за это не чувствуют ни те, ни другие: ее осознают всего 7% «путинцев» и 13% «антипутинцев». 

Хотя многим отношение к Путину кажется главным, что объединяет или разъединяет россиян, как видим, на деле оно не играет этой роли. Рейтинги при всей их сенсационной высоте являются функцией не от деятельности президента, а от самоощущения россиян. Общество объединяют сейчас негативные факторы – вроде ответственности за кровопролитие, которую на нас возлагают другие, но которую мы не хотим признать, или ответственности за Крым, которую мы сами взяли на себя.

Pro
Фото: Brendon Thorne / Getty Images Пять антистресс-практик, которые помогут лучше контролировать эмоции
Pro
Как попасть в кадровый ИТ-резерв государства
Pro x The Economist
Фото: Chris Hondros / Getty Images Почему даже на фоне рецессии компании продолжают нанимать персонал
Pro
Как выстроить процессы в ИT-отделе: выбираем подходящую методологию
Pro
Фото: Justin Sullivan / Getty Images «Зарплата не растет годами»: каково работать в Cisco — в 5 пунктах
Pro
Зачем Adobe покупает Figma и почему это злит инвесторов и пользователей
Pro
Фото: Shutterstock Как сохранить деньги, когда рынок рушится: советы экономистов
Pro
Фото: Shutterstock Что нельзя делать при похмелье: советы нейробиолога из Стэнфорда

Присоединение Крыма состоялось не только на уровне государства, но и в умах людей. Эта тема перестала быть важной и актуальной, она уходит из интернет-дискуссий. На фоне политического успокоения проступила определенная нервозность, связанная с экономической ситуацией. В интернет-аудитории, так же, как и в публике в целом, число оппонентов Путина значительно меньше числа «путинцев». Но есть два отличия в том, как проявляется тревожность в обществе в целом и в описываемой интернет-аудитории.

Во-первых, интернет-публика пока проявляет беспокойство не о текущем положении, а о перспективах. В этих интернет-разговорах, как правило, не участвуют ни очень богатые, ни очень бедные (а это, как сказано, наиболее обеспокоенные слои). Участники дискуссий – люди несколько более обеспеченные, чем в среднем, живут в основном в Москве, Петербурге и других крупных городах. Все они видят рост цен, но большинство пока не заметили резкого снижения уровня их собственной жизни. В отличие от менее зажиточного населения, расходы на продукты питания не составляли основную часть их доходов, и пока что одни продолжают покупать то же, что раньше, но дороже, другие же просто стали несколько менее расточительными. Это относится как к сторонникам Путина в интернете, так и к его оппонентам.  

Различия проявляются и в том, как люди справляются с этим. «Путинцы» уверяют себя, что все обойдется, президент ничего действительно страшного не допустит. К тому же «скоро заработают российская промышленность и сельское хозяйство, качество продуктов повысится, а цены или упадут, или замедлят свой рост». «Антипутинцы» настроены более пессимистично: видят, что цены растут очень сильно, ассортимент товаров сокращается, но утешаются тем, что мол, пока живем, как жили, только перестали заглядывать в будущее. 

Во-вторых, в отличие от общества в целом, в интернет-аудитории страхи пока проявляются не как таковые, а через усиленное успокаивание себя и других. И те, кто поддерживает Путина, и те, кто им оппонируют, «заговаривают» свою тревогу, бесконечно повторяя, что это не первый кризис, что к кризисам мы привыкли: «Пережили прежние, как-нибудь переживем и этот». 

Надежда на рутину. А действительность (в интернет-дискуссиях), как сказано, вновь стала рутинной. Ну да, на Украине ситуация ужасная, а политика России верная, но это где-то далеко, нас лично касается слабо. Накал спал; ему на смену явилась привычка к тому, что все это есть, и будет долго. Россиянам знаком опыт, когда война «где-то там», в Афганистане или в Чечне, тянется и тянется потому, что «кое-кому она выгодна». К этому пришли снова. 


Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.

Об авторах
Любовь Борусяк Любовь Борусяк Доцент департамента интегрированных коммуникаций НИУ ВШЭ Алексей Левинсон Алексей Левинсон руководитель отдела социокультурных исследований Левада-Центра
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.
Теги