Что делать, если у вас «слишком много вина». Рассказывают коллекционеры
В развитых странах коллекционеры накопили такие запасы вина, которые они вряд ли смогут выпить за всю жизнь. Винный критик Дженсис Робинсон считает это проблемой, поэтому в колонке для Financial Times она поговорила с теми, для кого вино из инвестиций стало удовольствием
Читайте РБК в Мax.
Одной из проблем развитых стран является то, что у коллекционеров скопилось столько вина, сколько они физически не могут выпить. Об этом в своей колонке в Financial Times написала винный критик Дженсис Робинсон.
Часть винных коллекционеров рассматривают вино, которое они покупают, исключительно в качестве инвестиции, но постепенно часть из них приходят к тому, чтобы покупать вино именно для себя. По этому пути пошел адвокат Иэн Милл, кавалер Королевского адвокатского ордена.
«Когда я начал покупать вина в 1990-х годах, все было направлено на потребление и обмен. Коллекция превратилась в инвестиционную возможность, когда в середине 2000-х я стал рассматривать вино как инвестицию. С тех пор продажа части моей коллекции стала неизбежной, поскольку я, кажется, не могу перестать покупать, но сейчас я сосредоточен исключительно на поиске великолепных бутылок выдержанного вина, чтобы делиться ими с друзьями», — говорит он.
По его словам, он продает вино только в том случае, если цена на него взлетает и «пить его становится глупо». При этом Милл не считал, сколько вина ему потребуется до конца жизни.
Некоторые коллекционеры сталкиваются с тем, что во время составления коллекции их вкусы меняются и вино, которое хранится у них в погребе, им уже не хочется пить. Об этом рассказал бостонский импортер и винный критик Терри Тейз.
«Мне постоянно не хватает того, что я всегда предпочитаю. Я постоянно ищу в погребе грюнер вельтлинер и шенен блан. Их немного, но их нужно часто пополнять. Шабли мне никогда не бывает достаточно. Мне также нужны белые вина более нейтрального типа, например, пино блан, которых у меня постоянно не хватает», — говорит он.
В свою очередь, анонимный коллекционер, у которого хранится около 5 тыс. бутылок, советует не выпивать вино сразу после покупки, а дать ему дозреть. Он ежегодно продает 5–10% своего винного погреба, что позволяет выручить средства на его пополнение.
При этом лондонский юрист Франсуа Фрейя намерен выпить все вино, которое он приобрел для своей коллекции. «Я определенно не хочу оставлять вино своим наследникам. Я твердо намерен умереть сразу после того, как выпью последнюю бутылку!» — говорит он.
В России вложения в инвестиционное вино осложняет фактическое отсутствие вторичного рынка вина. Частные лица не могут без лицензии продавать уже купленные ранее бутылки.
«Иными словами, мы не можем говорить о том, что в России вино инвестиционное, вот именно в контексте того, что ты можешь купить или потом перепродать. Мы можем говорить о нем только как о вине для себя. Ты его купил, в России вино — это инвестиция в себя самого на перспективу, возможно», — говорил ранее партнер «РБК Вино», автор «Гида по российским винам» Артур Саркисян.
