«В России вино — это инвестиция в себя»: Артур Саркисян — Радио РБК
Инвестиционное вино — это одна из самых обсуждаемых тем в винном мире. В какие вина вложиться, как понять потенциал производителя и что нужно делать: продавать или хранить? В России этот вопрос осложняется фактическим отсутствием вторичного рынка вина из-за запретов на продажу подакцизной продукции для физических лиц. Об этом поговорили гости Артура Саркисяна и Екатерины Столяровой в эфире программы «Время вина» на Радио РБК
Подпишитесь на телеграм-канал «РБК Вино»
Что такое инвестиционное вино
По словам партнера «РБК Вино», автора «Гида по российским винам» Артура Саркисяна, инвестиционными могут называться те вина, которые имеют потенциал к развитию и хранению. Он отметил, что, когда человек вкладывается в такие вина, он понимает, что спустя время получит не только «красивые и вкусные» вина, но и более дорогой продукт. На выбор вина в том числе влияет история хозяйства.
«Должна быть история самого хозяйства. Кроме того, должна быть стабильность, чтобы каждый год, выпуская вина, они делали их не хуже, а в некоторые годы и лучше. Ну и важно, чтобы вино сопровождали знаменитые истории, которые создают ощущение, что ты купил не просто бутылку, а ты получил эстетическое удовольствие за большие деньги», — считает он.
Как отметил Анатолий Корнеев, сооснователь и вице-президент группы компаний Simple, в мире ежегодно производят 25 млрд бутылок вина, что меньше, чем, например, было в период пандемии коронавируса. «В 2025 году мы впервые за всю историю человечества спикировали как тяжелый бомбардировщик во всех категориях вина», — отметил Корнеев. По его словам, из всего произведенного объема инвестиционными могут считаться не более 1%.
Корнеев привел несколько вариантов инвестиций в вино, которые возможны по всему миру. Самой сложной и долгой он назвал вложение в создание винодельни, где человек непосредственно может создавать вино. Помимо этого, можно вкладываться в составление винной коллекции.
Альтернатива для России
Если во всем мире коллекционирование вина для последующей перепродажи является привычной практикой и открывает возможности для инвестирования, то в России дела обстоят сложнее, отметил Саркисян. Законодательство, по сути, запрещает вторичный рынок подакцизных продуктов, включая вино. То есть его можно купить, хранить дома или выпить с друзьями, но нельзя перепродать.
«Иными словами, мы не можем говорить о том, что в России вино инвестиционное, вот именно в контексте того, что ты можешь купить или потом перепродать. Мы можем говорить о нем только как о вине для себя. Ты его купил, в России вино — это инвестиция в себя самого на перспективу, возможно», — заявил он.
Однако российские компании «Абрау-Дюрсо» и Simple подошли к вопросу инвестирования, используя современные технологии. Они выпустили цифровые финансовые активы (ЦФА) — токены, подкрепленные реальными бутылками вина. Покупатель приобретает не вино, а цифровой актив, который спустя время он может либо забрать в виде реальной бутылки вина либо перепродать снова как цифровой актив.
У каждого цифрового актива есть срок, на который он приобретается. «Абрау-Дюрсо» установило этот срок на уровне трех лет и подтвердило ЦФА собственным вином. Simple, в свою очередь, предложил купить токены на полгода и подтвердил их собственной коллекцией известных импортных вин.
Как формировать винный портфель в России
Своим опытом в эфире Радио РБК поделился Дмитрий Гудименко, управляющий директор по развитию продуктов и технологическим проектам сервиса «Газпромбанк инвестиции». В его личной коллекции на данный момент около 50 бутылок. Это итальянские и российские вина.
«Мои ощущения от российского вина — за последние годы качество очень сильно выросло, находится на мировых уровнях. Появилась новая волна виноделов, серьезный подход к терруару, к выдержке, к технологиям. С точки зрения коллекционирования — это сейчас такой ранний этап формирования рынка, а значит, есть потенциал роста и инвестиций», — говорит он.
При выборе вина Гудименко изучает хозяйство, он отметил, что для него важно, «чтобы за бутылкой стояла фамилия, история, земля, а не просто какой-то бренд».
«Мои родовые корни в Петербурге, в Твери, на Волге, в Крыму и на Дону. И поэтому для меня вина этих регионов не просто инвестиция, а часть семейной географии. И я стараюсь выбирать семейные хозяйства там, где фамилия стоит за качеством», — добавил он.
Собственная личная коллекция есть и у Анатолия Корнеева. По его словам, туда входят итальянские вина, которые он собирает для собственного удовольствия без цели заработать.
