БКЗ, башня за Невой, новая биржа: Петербург ищет здания, «портящие вид»

Эксперты считают БКЗ «Октябрьский» одним из примеров «внеконтекстной архитектуры» (Фото: PhotoXPress.ru)

Губернатор Санкт-Петербурга Александр Беглов подписал новую редакцию закона № 820-7 «О границах объединенных зон охраны объектов культурного наследия…». Документ опубликован вечером 26 февраля и вступил в силу. Он, помимо прочего, содержит список «диссонирующих объектов».

Согласно закону, есть группа зданий, которые не только не подлежат охране, но должны быть приведены в соответствии с режимами, габаритами, обликом той зоны, в которой находятся. Их даже разрешено сносить. Эти здания включены в список «диссонирующих объектов», то есть портящих историческую архитектурную среду Петербурга. Появление такого перечня послужит предостережением для желающих возводить подобные объекты, считают эксперты.

Скандальный список

Впервые перечень «диссонирующих объектов», включавший 77 зданий, появился в законе Санкт-Петербурга о зонах охраны в редакции 2014 года. На них распространялись общие градостроительные правила — немедленно сносить или реконструировать их было не обязательно, но при любых действиях (ремонте, реконструкции, перестройке, сносе) их надлежало приводить в соответствие с режимами охраны.

«Появление списка "диссонирующих объектов" в законе было связано с официальным признанием наличия так называемых градостроительных ошибок и скандалов вокруг них, — вспоминает эксперт ЗакСа по градостроительным вопросам Павел Никонов. — В него включили скандальные объекты, а заодно и многие здания постройки 1960-1980-х, а также некоторые здания 1920-х годов — просто потому, что здания архитектурного авангарда (начала прошлого века) и советского модернизма традиционно принято считать чуждыми петербургской исторической среде».

Сначала казалось, что с перечнем согласны практически все. Но потом он стал вызвать дискуссии. Нынешнее содержание списка (75 объектов) опрошенные РБК Петербург эксперты подробно комментировать затруднились.

«Это вообще странный список. Я не знаю, как он появился. Все сейчас уходят от его обсуждения. Сначала, когда этот список был очень коротким, все соглашались, что эти здания целесообразно снести. Но когда он стал длинным, многие стали спорить: одним архитекторам какие-то здания нравятся, другим — нет. Перечень означает только одно — включенные в него здания можно сносить. Как и любое здание, не включенное в списки охраняемых», — заявил РБК Петербург руководитель архитектурного бюро «Студия 44» Никита Явейн.

Борьба с излишествами в архитектуре

Само понятие «диссонирующий объект» распространяется на здания так называемой внеконтекстной архитектуры. Этот термин появился в петербургском градостроительном сленге во второй половине ХХ века: в 1960-х годах некоторые пустыри, возникшие в результате военных разрушений в Ленинграде, застраивались зданиями либо чисто утилитарного (из силикатного кирпича) вида, либо в стиле модернизма, который возник как символ периода «оттепели» на волне «борьбы с излишествами в архитектуре».

Тогда многие архитекторы вдохновились увлечением западных коллег новомодными теориями обновления городских пространств, но другие архитекторы выступили против строительства зданий современной архитектуры в сформировавшейся исторической среде. В результате дискуссии было решено сохранять архитектуру старых зданий при капремонте, реконструкции и новом строительстве на территории исторического центра Ленинграда, а эксперименты с современной застройкой реализовывать на окраинах.

«Здания, архитектурный облик которых явно противоречил стилю окружающей исторической застройки в центре города, стали называть "внеконтекстной архитектурой" с сильным негативным акцентом. На основе такого подхода сформировалась ленинградская градостроительная школа, которая стала пользоваться большой популярностью у архитекторов других городов, — рассказывает Павел Никонов. — Уже в нынешнее время неприязнь к "внеконтекстной архитектуре" распространилась также на здания с недопустимой, по мнению неравнодушного к вопросам градостроительства общественного мнения, высоты. Главный их недостаток в том, что они нарушают виды, панорамы Петербурга. Поначалу критерии такой "недопустимости" были размыты — при согласовании строительных проектов должно было учитываться соответствие высоты здания некой виртуальной "поверхности ограничений", которая определялась экспертно — можно сказать, на глаз. С появлением в 2009 году высотного регламента были зафиксированы предельные значения высоты в метрах для каждой зоны охраны».

Градостроительные ошибки

Очевидными примерами «внеконтекстной архитектуры» по стилю Павел Никонов называет БКЗ «Октябрьский», Дом быта на Загородном проспекте (напротив Бородинской улицы), Дом быта на Лермонтовском проспекте (на углу с улицей Декабристов), большое количество детских садов, построенных из силикатных кирпичей.

С точки зрения высоты очевидно диссонирующим, по мнению Павла Никонова, является башня «Монблан» (за гостиницей «Санкт-Петербург»). «Как неуместная массивная доминанта это здание подавляет ансамбль главного городского пространства, включающего Стрелку Васильевского острова и Петропавловскую крепость с исторической доминантой в виде шпиля Петропавловского собора», — объясняет он.

Также эксперт считает, что перспективу Невского проспекта нарушает здание на улице Беринга, 21, стоящее практически на берегу реки Смоленки на Васильевском острове. «Оно расположено ровно по оси Невского проспекта, и на отрезке между площадью Восстания и Малой Садовой это здание в силу своей большой высоты выступает "за спиной" Адмиралтейства, нарушая его стройную симметрию», — утверждает Павел Никонов.

В качестве других примеров диссонирующих зданий эксперт называет новую биржу и расположенное рядом, на площади Собчака напротив ДК Кирова на Васильевском острове, здание «Финансист». «Они нарушают панораму вдоль Большой Невы, особенно с Сенатской площади. Страшно портят вид на Петропавловскую крепость также здания ЖК "Серебряные зеркала" на углу Дивенской и Малой Монетной улиц Петроградской стороны», — говорит Павел Никонов. Все эти здания находятся в списке диссонирующих.

Противостоять «огурцам»

Заместитель председателя общества защиты памятников «Старый Петербург» Александр Кононов говорит, что «очень хорошо» относится к списку диссонирующих зданий и приветствует включение его в закон. «Хотя с точки зрения оперативной исполняемости он носит скорее декларативный характер, но воспитательное значение его огромно. Мы настаивали в свое время, чтобы те объекты, которые явно портят историческую среду, были каким-то образом маркированы в качестве градостроительных ошибок, — пояснил он РБК Петербург свою позицию. — И более 70 зданий были в этом качестве экспертами одобрены, с этим согласился и Комитет по госохране памятников Петербурга, и депутаты. Сохранение этого списка — большое общественное достижение. Хотя было мощное сопротивление интересантов».

В то же время Александр Кононов осознает, что даже включение списка в закон — не панацея, и существует риск появления новых диссонирующих зданий как результат мощных лоббистских усилий — коммерческих или административных.

В этой связи Павел Никонов отмечает, что есть здания, которые в список диссонирующих не попали, но, по мнению некоторых экспертов, должны быть признаны таковыми. «Например, небоскреб "Лахта-Центр", — говорит он. — В некоторых панорамах (например, с левобережных набережных Невы) он со всей очевидностью является диссонирующим объектом. Хотя, нельзя не признать его восхитительность в некоторых других видах. Но, думаю, еще больший новый вред видам и панорамам Петербурга причинят два новых небоскреба "Газпрома", которые планируется построить в том же месте. Они приведут к хаотизации городского пейзажа, как это произошло, например, в Лондоне в результате строительства делового квартала Canary Wharf на Собачьем острове или знаменитого "Огурца" (небоскреб "Мэри Экс 30" в центре Лондона — РБК)».

Александр Кононов уверен, что официальный статус списка диссонирующих объектов сыграет свою воспитательную роль. «Мы в обществе "Старый Петербург" считаем, что работа, которая была проведена в том числе по составлению этого списка, и включение его в закон, все-таки является неким фильтром, который существенно уменьшает возможность появления подобных, кем-то пролоббированных диссонирующих объектов», — говорит он.

С такой оценкой в принципе согласен и Павел Никонов. «Практически все диссонирующие здания, признанные таковыми из-за своей высоты, были построены через "взламывание" существовавших норм. Бòльшая их часть была построена в период действия охранных зон 1988 года. Сейчас в связи с принятием новой редакции 820-го закона к проблеме диссонирующих объектов вновь привлечено общественное внимание, и это поможет, я надеюсь, избежать в дальнейшем повторения подобных казусов», — добавляет эксперт.

Повтор публикации от 27.02.2025