Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Меньше значит меньше: как кризис заставляет накапливать вещи Экономика шеринга, 12:50 Из Испании в Россию экстрадировали обвиняемого в мошенничестве на ₽7 млн Общество, 12:31 Бизнес как на ладони: что вы не знали о мобильном банкинге РБК и СберБизнес, 12:15 Планировавшие переворот в Белоруссии заявили о взломе серверов МВД и КГБ Политика, 12:14 Начальник ГИБДД Петропавловска-Камчатского утонул в озере Общество, 12:14 В аварии в Ростовской области погибли пять подростков. Видео с места ДТП Общество, 12:05 СМИ узнали о возможном переносе дополнительных матчей Евро-2020 в Россию Спорт, 11:53 «Я буду выглядеть глупо»: как преодолеть страх публичного выступления Pro, 11:45 Тело пропавшего под Новосибирском шестилетнего мальчика нашли в реке Общество, 11:40 Голос и лицо вместо документов: зачем банки внедряют биометрию Индустрия 4.0, 11:30 Инструкция для инвестора: как платить налоги по дивидендам Инвестиции, 11:30 Импорт без оглядки на рубль: как хеджировать валютные риски РБК и Банк «Открытие», 11:26 Полиция Праги задержала обливших кетчупом забор посольства России Общество, 11:26 В России число заболевших COVID-19 за сутки вновь опустилось ниже 9 тыс. Общество, 11:20
Общество ,  
0 

Мнение: Шесть выводов о деле Евтушенкова

Третья неделя сентября 2014 года прошла под знаком домашнего ареста крупнейшего акционера АФК «Система» Владимира Евтушенкова. Со всеми привходящими обстоятельствами. Дело «Башнефти» многим напомнило «дело ЮКОСа»: атака на большую нефтяную компанию, мягкое заступничество РСПП за центральную жертву, разговоры об ухудшении инвестиционного климата и т.п. Впрочем, шока, подобного случившемуся сразу после ареста Михаила Ходорковского в октябре 2003 года, история Евтушенкова не вызвала. Горечь, сожаление, раздражение, у кого-то – злорадство, но не шок.
Политолог Станислав Белковский
Политолог Станислав Белковский (Фото: ИТАР-ТАСС)

Попробуем обобщить наши фактические знания о случившемся. На мой взгляд, картина примерно такова. В 2009 году АФК «Система» купила «Башнефть» де-факто у семьи Муртазы Рахимова, экс-президента Республики Башкортостан. Сделка проходила, как считалось , под политическим патронажем тогдашнего президента Дмитрия Медведева. И в преддверии скорой смены башкирской власти. Убрать самовластных, самодостаточных и самодовлеющих региональных лидеров-монстров образца 1990-х годов – Муртазы Рахимова, Минтимера Шаймиева, Юрия Лужкова – было одной из важных задач быстротечного медведевского президентства.

В 2012 году Игорь Сечин лично возглавил крупнейшую государственную нефтяную компанию «Роснефть». А вскоре (в декабре того же 2012 года) его близкий соратник Эдуард Худайнатов, уступив старшему товарищу пост президента «Роснефти» и недолго поруководив «Итерой», занялся созданием совершенно частной Независимой нефтегазовой компании – ННК. Как сообщали СМИ, ННК на 90% принадлежит г-ну Худайнатову (через кипрский оффшор) и больше особенно никому. Однако неофициально есть и другие версии о том, в чьих интересах строится новый холдинг. Источники Forbes указывали, что «Худайнатов по-прежнему в плотном контакте с Сечиным», и что в его планах развивать ННК «при содействии «Роснефти».

Так или иначе, ННК в первые два года существования развернула серьезную экспансию. Сначала она купила за $500 млн нефтяные и газовые месторождения в Саратовской области и Красноярском крае, а затем употребила в пищу нефтегазовые активы группы «Альянс» Мусы Бажаева. После чего, по одной из версий , нацелилась на еще один недостаточно хорошо лежащий актив – «Башнефть», однако договориться с семьей Евтушенковых о слиянии бизнеса ННК и «Башнефти» не удалось. Тогда, как следует из этой версии, был приведен в действие традиционный для большого передела собственности механизм уголовных дел.

Эти события совпали во времени и пространстве с обострением желания «медведевского» президента Башкирии Рустема Хамитова окончательно отодвинуть от рычагов республиканской власти рахимовский клан. Бабай (Муртаза Рахимов), формально уволенный в 2010 году, и по сей день сохраняет в регионе влияние, сопоставимое с президентским, путем контроля над башкирскими чиновниками разных уровней, назначенных еще при нем. И, конечно, за счет значительных финансовых ресурсов, сосредоточенных в неких благотворительных фондах. Большая часть этих денег – поступления от продажи «Башнефти» «Системе» в 2009 году. Так что пересмотр приватизации башкирского нефтехимического комплекса вкупе с арестом, пусть даже заочным, Урала Рахимова (сына) – важный шаг к полному удалению «Бабая и Ко» от власти.

Домашний арест Евтушенкова – облегченная версия казуса Ходорковского-2003 – вызвал к жизни твердую точку зрения, что активы «Башнефти» должны, в конце концов, достаться «Роснефти». Это не исключено. Тем более что обе компании претендовали на лицензии на крупные месторождения им.Требса и им.Титова (Ненецкий автономный округ), в итоге полученные «Башнефтью» в 2011 году по итогам неоднозначного конкурса .

Однако же выгодоприобретателями могут оказаться и другие люди и структуры. ННК мы уже обсудили. Я не буду слишком удивлен, если в процессе борьбы за «Башнефть» всплывут еще какие-нибудь вполне известные имена-бренды. Например, Михаил Гуцериев («Русснефть»), в прежние годы тщетно пытавшийся объединить свой нефтяной бизнес с евтушенковским.

Еще важный факт, заслуживающий отдельного анализа, – вспышка уголовных дел вокруг «Башнефти» и ее продажи «Системе» основана во многом на показаниях экс-сенатора Игоря Изместьева, приговоренного к пожизненному заключению за причастность к заказным убийствам. Некогда Изместьев был младшим другом и партнером семьи Рахимовых. Однако впоследствии, как принято считать,  сам Бабай и отдал его в пасть федерального правосудия, поскольку посчитал, что Изместьев слишком ретиво стремится стать его преемником на посту президента Башкирии.

И последнее. В последние дни была высказана и версия , что «Башнефть» - не чья бы то ни было конечная цель, а повод для более масштабной атаки на «Систему». А именно – на жемчужину холдинга, телекоммуникационного оператора МТС. Насколько подобные утечки оправданы, станет понятно в ближайшие недели. Теперь попробуем ответить на некоторые системообразующие вопросы, поставленные минувшей неделей.

1. Можно ли считать «дело Евтушенкова» политическим?

Ответ: и да, и нет.

Формально – оно не политическое. Евтушенков не был замечен в публичной политике, не финансировал оппозицию, не нацеливался на выборные должности, никогда публично не критиковал существующий строй и т.п. Фактически – политическое. Если исходить  из исповедуемой автором этих строк концепции «горизонтали власти», согласно которой власть в современной РФ возникает везде, где большой финансовый ресурс смыкается с большим бюрократическим – гражданским и силовым. Исходя из этой доктрины, Евтушенков был (и отчасти остается) одним из субъектов власти в стране. А значит – это все так или иначе политика.

Кроме того, дело можно считать политическим по его непрямым последствиям. Поскольку оно влияет и на вопрос о власти в Башкирии, и в какой-то степени на неформальный статус Дмитрия Медведева, во время президентства которого происходили оспариваемые ныне сделки.

2.Стоит ли сочувствовать Евтушенкову?

И да, и нет.

Как человек (физическое лицо) он, бесспорно, заслуживает сочувствия. Не дай бог никому в России стать уголовно обвиняемым, да еще и арестованным, пусть даже и в собственном имении на Рублево-Успенском шоссе. И с правом ежедневного посещения офисов «Системы». Тем более что Евтушенков очень высоко ценит свободу перемещения – он сам говорил об этом в одном из программных интервью.   Но если смотреть на главу «Системы» как фигуру политико-экономическую, здесь несколько иное дело.   Владимир Петрович сыграл немалую роль в построении и становлении той системы, которая нынче нанесла ему столь болезненный удар. При формировании своей собственной империи он действовал методами, традиционными для всех или почти всех людей, именуемых в просторечии «олигархами».

Не секрет, что большим бизнесменом Евтушенков стал в начале 90-х годов не без помощи мэра Москвы Юрия Лужкова, под началом которого он трудился несколько лет, в том числе на посту председателя Московского комитета по науке и технологиям (МКНТ). Вопрос об интересах семьи Лужкова в бизнесе «Системы» так и остался незакрытым. Также утверждалось , что владелец «Системы» был партнером и проводником интересов в России Виктора Януковича. Так или иначе представлять себе многоопытного миллиардера невинной овечкой и тем более моральным авторитетом было бы по меньшей мере весьма поспешно.

3.Ухудшило ли «дело «Системы» инвестиционный климат в России?

На мой взгляд, ответ однозначен, – нет.

Инвестиционный климат в РФ на третьей неделе сентября 2014 года не  изменился никак. Поскольку мы наблюдали всего лишь использование стандартного механизм передела собственности, который применяется уже много лет. И ни для одного инвестора и бизнесмена, всерьез работающего в России, не является сенсацией.

Мертвым, как известно, пожар не страшен. Кто боится использования правоохранительных органов для решения бизнес-вопросов, тому нечего делать в современном российском бизнесе. Крупные иностранные инвесторы в РФ об этом, разумеется, хорошо осведомлены. А тех, кого такой регламент не устраивает, в России уже не осталось.

4.Связаны ли гонения на Евтушенкова и «Систему» с антироссийскими санкциями Запада и шагами российской власти в направлении экономической изоляции и мобилизации?

И нет, и да.

С одной стороны, поход против «Системы», насколько можно судить, планировался еще до присоединения Крыма. И принципиально стратегия атакующей стороны не зависела от громких политических событий последних семи месяцев.

С другой стороны, санкции ведут к существенному ухудшению условий для крупного российского капитала, особенно в энергетическом и финансовом секторах. И уже потому объективно способствуют обострению борьбы за собственность и финансовые потоки. Равно как и ужесточению методов борьбы.

5.Сможет ли Евтушенков быстро выйти на свободу, договорившись с кем-нибудь о чем-нибудь?

Возможно.

Но не надо забывать, что сам по себе факт ареста, пусть и домашнего, – это уже переход красной черты. С теми, кто демонстрирует своевременную договороспособность, так чаще всего не поступают. По правилам системы, Евтушенков должен был все решить сразу после ареста заложника – Левона Айрапетяна, который считается посредником  в мегасделке между рахимовским кланом и АФК. Но, видимо, он считал, что отобьется, что его совокупный лоббистский ресурс для этого достаточен (как и Ходорковский в 2003 году).

Если Евтушенков выйдет из-под домашнего ареста на подписку о невыезде, трудно предположить, что с него моментально снимут обвинения или что грядущий справедливый суд его оправдает. Наша силовая машина – это Китоврас, который может двигаться только вперед, но не назад.

И опять же, не исключено, что атакующие силы хотят потрепать и другие активы «Системы» – не только «Башнефть». К примеру, МТС (см. выше).

6.И еще – маленькое замечание об Игоре Изместьеве

Если кто-то организует своему бывшему союзнику или партнеру пожизненное заключение, этот кто-то должен быть готов к эффекту бумеранга. Прецедент Изместьева в этом смысле достаточно красноречив.   Оргвывод: «системная эпопея», как бы мудр ни оказался Владимир Евтушенков в дальнейшем, не завершается. Мы еще долго будем видеть и слышать ее последствия. И разговаривать о них в меру сохранения свободы слова.

Станислав Белковский, политолог

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.