Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Вильфанд объяснил жару «отечественным» антициклоном Общество, 04:50 Кулеба потребовал от НАТО ясности Политика, 04:30 СМИ сообщили о ранении трех человек из-за стрельбы в Берлине Общество, 04:26 Профи или безбашенный: какой вы таксист. Тест Autonews и Яндекс.Такси, 04:18 Минэк потребовал от МВД сократить число запрещенных неисправностей машин Общество, 04:08 Роспотребнадзор рекомендовал сократить рабочий день из-за жары Общество, 03:55 Пашинян поблагодарил Путина и Мишустина за поддержку Армении Политика, 03:28 Едем на пикник: генератор счастливых моментов в путешествиях РБК и Lexus, 03:26 Соперник Пашиняна отказался признавать итоги выборов в парламент Армении Политика, 03:10 Псковский губернатор сообщил о предельной заполняемости коек из-за COVID Общество, 02:49 Киев объяснил покупку боевых дронов у Турции сдерживанием России Политика, 02:41 Пашинян предрек своей партии большинство в парламенте после обработки 20% Политика, 02:20 Антонов прибыл в посольство России в Вашингтоне Политика, 01:28 Куда выгоднее инвестировать: выбор серийного предпринимателя РБК и СберПервый, 01:16
Нефтяной кризис ,  
0 

Эксперты WSJ ухудшили прогноз по среднегодовой цене на нефть

12 банков, участвующих в консенсус-прогнозе WSJ, ухудшили прогноз по среднегодовой цене на нефть Brent на $7, до $50 за баррель. Ожидания аналитиков ухудшились на фоне опасений, касающихся спроса на нефть в Китае
Фото:  AP
Фото: AP

Опрошенные The Wall Street Journal 12 банков ожидают, что среднегодовая цена нефти североморской марки Brent в 2016 году составит $50 за баррель. В декабре участники консенсус-прогноза предполагали, что ее стоимость составит $57. Среднегодовая цена WTI, по мнению банков, составит $48 за баррель, на $5 ниже предыдущей оценки.

Как отмечает издание, опасения аналитиков ухудшились на фоне опасений по поводу спроса на нефть в Китае. В начале года стоимость нефти резко упала до 12-летних минимумов после обвала китайских бирж. За первые недели января Shanghai Composite Index потерял 15%.

«Все просто: если падают китайские акции, упадут и цены на нефть», — говорит Хамза Кан, глава одного из подразделений ING Bank, одного из участников консенсус-прогноза.

Летом 2015 года многие из банков, которые приняли участие в опросе, предсказывали, что в 2016 году цены на нефть поднимутся выше $70 за баррель. Теперь они полагают, что ее стоимость не превысит этот уровень и в 2017 году. По их оценке, в 2017 году среднегодовая цена Brent составит $67за баррель, а WTI — $63,5 за баррель. Как отмечает WSJ, банки ухудшали свой прогноз ежемесячно с прошлого августа.

Накануне аналитики британского банка Standard Chartered дали самый пессимистичный прогноз по падению цен на нефть: по их мнению, ее стоимость может опуститься до $10 за баррель. Свой прогноз ухудшили и другие банки: Barclays, Macquarie, Bank of America, Merill Lynch и Societe Generalе. В частности, в Barclays полагают, что средняя цена Brent и WTI составит $37, тогда как предыдущая оценка составляла $60 и $56 соответственно.

Подъем со дна: в какую цену барреля верят нефтяные магнаты
Фотогалерея 
Вагит Алекперов,  основной владелец компании ЛУКОЙЛ

— Какой будет цена на нефть в ближайший год? 

— Мы считаем, что цена на нефть достигла своего дна в $59–60. Это тот уровень, ниже которого цена в ближайшее время, наверное, не снизится. Мы ждем, может, не резкого, но стабильного, консервативного роста в ближайшие три года. Но я не думаю, что в этот период цена достигнет $70 за баррель.

— Какой курс рубля при такой цене нефти был бы для вас оптимальным? 

— Мы не влияем ни на цену на нефть (на нее влияет мировое потребление), ни на курс рубля. Но для нас сегодня очень важна стабильность курса, его предсказуемость: инвестиционный цикл в нефтяной отрасли значительный, так что эти факторы ключевые. Я считаю, что тот коридор, в котором курс находится сегодня, — 50–57 руб. за доллар — он, наверное, сбалансирован. Цена $60–65 ограничила активные инвестиции в шельфовую нефть на территории США. Страны ОПЕК уже продекларировали, что уровень поддержки цен $60–65 за баррель их удовлетворяет. Все эти факторы говорят нам о том, что эта цена будет стабильной.

— То есть явный проигравший в противостоянии с ОПЕК — США?

— Никакого противостояния, по сути, не было. Надо учитывать, что страны ОПЕК добывают 30% от мировой добычи нефти, контролируют более 80% рынка сырой нефти, их влияние на нефтяные цены огромно. Скорее всего, предсказуемость действий стран ОПЕК будет влиять на нефтяные цены и в будущем. Участники ОПЕК смогли остановить огромный поток инвестиций в развитие нефтяных проектов в Соединенных Штатах: мы сейчас наблюдаем сокращение числа буровых установок, а шельфовая нефть без бурения быстро истощается. В то же время США — крупный потребитель и импортер нефти, поэтому здесь для страны уже положительный эффект проявляется.

— Вы давно и активно лоббируете доступ на шельф для независимых компаний и, кажется, близки к успеху. Будет ли ЛУКОЙЛ инвестировать в шельфовые проекты при нынешнем уровне цен и сколько готов в них вложить?

— Я буду уверен в том, что это решение принято, только когда оно пройдет все законодательные процедуры. Конечно, это нелогично — ограничивать собственные компании в возможности инвестировать в собственной стране. Должны быть равные условия для всех, особенно в такой тяжелый период, который мы сейчас наблюдаем. Но пока есть ограничения по инвестициям. Мы также понимаем, что в ближайшее время наши иностранные партнеры не смогут работать в Арктике. Нужно, конечно, привлекать национальный капитал, национальные компании для того, чтобы активно начать разрабатывать месторождения, которые могут быть открыты в Арктике.

— И все-таки когда и сколько? 

— Шельфовые проекты сами по себе имеют большой инвестиционный цикл. Допустим, мы на Каспии сделали первое открытие в 1995 году, а первую нефть получили в 2008 году, то есть инвестиционный цикл на шельфе составляет 7–15 лет от начала поиска до первой разработки. На разведку, если нам дадут такую возможность, мы готовы выйти очень оперативно. Сложно сказать, сколько денег потребуется. На каждом месторождении до начала разработки нужно пробурить как минимум три разведочные скважины. Это минимум $1 млрд. Компания готова эти деньги выделить на поиск месторождений. Мы готовы за счет того, что оптимизирует свои затраты за пределами Российской Федерации.

— Где будете брать деньги, с учетом того что влияние санкций чувствуют на себе все компании, даже те, которые непосредственно под них не попали? 

— Конечно, мы чувствуем сдержанность банков в выдаче кредитов. Но ЛУКОЙЛ всегда имел и сегодня имеет инвестиционный рейтинг. Мы два дня назад погасили свои еврооблигации на $1,5 млрд. Нам необходимы длинные деньги для нашего цикла. И сегодня эти сложности, конечно, могут ограничить возможности наших инвестиций. Мы чувствуем санкции: к примеру, наш партнер Total не стал реализовывать с нами проект по разработке нефти в Западной Сибири. Потихоньку это все, конечно, сказывается.

— Собираетесь ли возвращаться в Иран или участвовать, к примеру, в продаже иранской нефти? 

— В продаже иранской нефти мы точно не участвуем. Нам не предлагали, да мы и не заинтересованы вести торговые операции. Наш офис на территории Ирана работает, есть планы по изучению ряда провинций там, мы работаем активно с министерством нефти Ирана и с национальной нефтяной компанией. Мы уверены, что при снятии ограничений на территории Ирана у нашей компании будет конкурентное преимущество.

— Как вам кажется, при нынешней цене на нефть будет ли увеличиваться в нефтянке присутствие государства? Вы чувствуете для ЛУКОЙЛа такую угрозу? 

— Я считаю, присутствие государства в нашей отрасли и так чрезмерно. Особенно после того, как «Башнефть» стала государственной компанией. Я уверен, что сохранение конкурентной среды в России — это единственная реальная возможность для государства оценивать и затраты, и отдачу от отрасли, которая определяет и социальное развитие, и наполнение бюджета.

— Германа Грефа часто спрашивают, сколько банков должно быть в стране? А сколько нефтяных компаний? 

— Чем больше, тем лучше.

— Если «Башнефть» выставят на продажу, вы будете заинтересованы в этом активе? 

— Мы не рассматривали возможность покупки компании на территории России и не рассматриваем возможность того, чтобы нас кто-то приобрел. Таких сценариев нет. Мы развиваемся динамично как частная вертикально интегрированная компания, для нас сегодня открыт весь мир, компания ЛУКОЙЛ присутствует в 52 странах. Сейчас готовимся к инвестициям в Мексике, которая открывается после 60 с лишним лет, с тех пор как была национализирована местная нефтяная промышленность. Мы активно работаем в Западной Африке. Компания инвестирует в проекты, которые приносят наибольшую выгоду. Но мы все-таки считаем, что инвестиции на территории России наиболее приемлемы для ЛУКОЙЛа. Мы — российская национальная компания, мы знаем геологию, мы успешны в разведке. ЛУКОЙЛ — одна из немногих, которая каждый год компенсирует тот объем добычи, который производит

12 января цены на нефтяные марки WTI и Brent опустились ниже $31 — до $30,68 и $30,73 соответственно. Согласно прогнозам трех крупных инвестиционных банков — Morgan Stanley, Goldman Sachs и Citigroup — нефть пробьет уровень $30 и в ближайшей перспективе опустится в район $20. Утром во вторник торги на лондонской бирже ICE идут вокруг отметки $31 за баррель.

Как ранее писал РБК, к концу года аналитики ждут восстановления рынка. Консенсус-прогноз Bloomberg, составленный на основе мнения 42 экономистов, показывает, что эксперты прогнозируют роста цен на нефть до $47 за баррель в первом квартале 2016 года. К концу года цены вырастут до $59,95 за баррель, считают участники опроса.

Магазин исследований Аналитика по теме "Нефть"