Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Песков заявил об отсутствии обсуждений нового карантина из-за COVID-19 Общество, 13:57 Жизненный цикл атомного ледокола от рождения до старости «РБК Стиль» и «Росатом», 13:53 Kia назвала стоимость нового рамного внедорожника Mohave для России Авто, 13:53 Коллтрекинг: как и зачем отслеживать звонки с сайта Pro, 13:46 Путин проведет встречу с членами РСПП. Прямая трансляция Политика, 13:46 В молодежной команде «Тамбова» выявили четыре случая заражения COVID-19 Спорт, 13:41 Минпросвещения исключило введение обязательного ношения масок школьниками Общество, 13:35 Лукашенко назвал сроки подготовки Всебелорусского собрания Политика, 13:25 Как и зачем рабочие мобильные приложения превращаются в супераппы Партнерский материал, 13:24 В Ростове заявили о проверке следствием данных о проблемах с ИВЛ Общество, 13:22 Глава UFC назвал бой Нурмагомедова и Гэтжи крупнейшим в истории Спорт, 13:19 МСП Банк предоставил высокотехнологичным компаниям более ₽8 млрд кредитов Пресс-релиз, 13:16 Олег Дерипаска заявил о влиянии ЦБ на низкую стоимость российских акций Инвестиции, 13:16 Что виноделы Николаевы продают в Лефкадии для среднего класса Партнерский материал, 13:15
Мнение ,  
0 
Александр Аузан

Мифы о России: есть ли у страны собственные средства на развитие?

Свои деньги на развитие в России есть. Проблема — как их использовать так, чтобы они не испарились моментально, не исчезли в офшорах, не ушли в валюту или не спрятались в кубышку под кроватью

В новом цикле статей для РБК декан экономического факультета МГУ Александр Аузан обсуждает самые распространенные мифы о российской и глобальной экономике и выясняет, что в этих мифах правда, а что — нет.

По расчетам Центра исследования экономической политики экономического факультета МГУ, нам нужно примерно 15 трлн руб. в год, чтобы восстановить докризисный уровень инвестиций. У российского частного бизнеса объем годовых прибылей — примерно 14 трлн руб. Хорошая цифра. Но, во-первых, не все это в ликвидной форме, во-вторых, непонятно, будет ли бизнес эту прибыль инвестировать. Деньги бизнеса можно попытаться привлечь структурными реформами и созданием привлекательного инвестиционного климата, о чем и думает правительство.

Но привлекательный инвестиционный климат не означает, что к вам сразу все побегут. Если дверь в комнате закрыта, то климат может быть сколько угодно хорошим, только все равно никто не может войти. Сейчас эта дверь — санкции. На восточные рынки особенно полагаться не стоит: у них другая емкость, очень жесткая структура и много лет требуется на извлечение этого ресурса, а европейские деньги перекрыты. Свои же деньги бизнес не отдаст: слишком велики политические риски, и угроза военных столкновений может в любой момент разрушить стабильность. Конечно, если не получается привлечь, можно изъять, как это было с «Башнефтью». Не хотите делиться прибылью, делитесь активами. Но это чревато большими неприятностями в будущем.

В руках правительства — 8 трлн руб. Это крайне мало, но можно попытаться вбросить эти деньги в экономику. Однако тогда велик риск, что они превратятся в валюту и уйдут из страны. Тогда надо вводить валютные ограничения. А вводить их означает, что к вам точно никто не придет еще долгое время.

Можно вручную выстраивать инвестиционные проекты — создавать закрытые акционерные общества под инфраструктурные проекты с государственной капитализацией и выпуском облигаций. Их бы мог покупать частный бизнес и, может быть, даже население — они все-таки вещь ликвидная, к тому же государственные гарантии. Но без доверия к регулятору это невозможно.

И в разной форме 27 трлн руб. находится в руках населения. Опять же, не все в ликвидной форме: что-то в депозитариях, ячейках и на счетах. Но это очень хорошие деньги. Только население у нас инвестициями не занимается. Два раза позанимались — и два раза прогорели. Первый раз играли с пирамидами 1993–1995 годов, второй — с народными IPO в начале 2000-х. Поэтому мы сталкиваемся с неразрешимым противоречием между населением и теми, кто хотел бы превратить эти деньги населения в инвестиции. Неслучайна поговорка инвестбанкиров, что инвестиция — это неудачно закончившаяся спекуляция. Хотели продать, но не вышло — будем считать себя инвесторами.

Получается, деньги в России есть. Проблема — как их использовать так, чтобы они не испарились моментально, не исчезли в офшорах, не ушли в валюту или не спрятались в кубышку под кроватью. Вопрос здесь прежде всего в уровне доверия к власти. При наличии доверия можно реализовать самые разные схемы, чтобы денег хватало для поддержания нормального уровня развития экономики. Тогда мы дотянем не только до конъюнктурных улучшений, а можем выйти и на варианты перехода от сырьевой ренты к экономике, основанной на человеческом капитале.

Читайте также другие тексты из серии:
«Чего мы не понимаем в отношениях с Китаем»
«Существует ли мировой заговор против России? »
«Можно ли избавиться от сырьевого проклятия? »
 

Об авторах
Александр Аузан Александр Аузан, Декан экономического факультета МГУ
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.