Лента новостей
11 вещей, которые полезно иметь в рабочем гардеробе летом РБК Стиль и BOSS, 10:42 МИД подтвердил возможность встречи Путина и Трампа на G20 в Осаке Политика, 10:40 SpaceX запустила ракету с 24 спутниками Общество, 10:36 Самолет авиакомпании из Кувейта врезался в арку аэропорта Ниццы Общество, 10:34 Президент Ирана назвал Белый дом «умственно отсталым» Политика, 10:20 В казахстанском Арыси прекратились взрывы на военном складе Общество, 10:18 «Роскосмос» опроверг данные NASA о нештатной ситуации при посадке «Союза» Технологии и медиа, 10:13 Как сделать красивые фото для Instagram: 5 базовых правил Афродиты РБК Стиль и HUAWEI, 10:12 Почему цена Bitcoin продолжит расти Крипто, 10:09 В Башкирии женщина погибла от удара молнии Общество, 10:06 Вильфанд предупредил о приближении самых жарких дней лета Общество, 09:58 Гройсман назвал нарушением международного права возвращение России в ПАСЕ Политика, 09:53 Семь признаков успешной бизнес-идеи: чек-лист предпринимателя Pro, 09:49 Роскачество назвало лучшую детскую смесь Общество, 09:45
Мнение ,  
0 
Александр Королев Союз с неясными границами: с чем ЕАЭС пришел к своему пятилетию
Участники ЕАЭС пошли на создание наднациональных органов, но по-прежнему ставят национальный суверенитет и двусторонние отношения выше, чем проект евразийской интеграции

29 мая исполнилось пять лет с момента подписания Договора о Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС), а 25 лет назад появилась сама идея евразийской интеграции, предложенная президентом Казахстана Нурсултаном Назрабаевым. Даты дают повод проанализировать, чего смог добиться союз за «первую пятилетку», с какими проблемами сталкивается и чего ожидать дальше.

Степень свобод

Эффективность любого интеграционного проекта можно оценить по степени обеспечения «четырех свобод» — передвижения товаров, услуг, рабочей силы и капитала. В этом направлении, пусть и с рядом ограничений, союзу удалось сделать шаг вперед.

С 2015 года, с момента официального запуска ЕАЭС, объем взаимной торговли вырос почти в полтора раза — с $45,3 млрд до $59,7 млрд по итогам 2018 года. При этом важно отметить, что рост взаимной торговли сформировался за счет увеличения союзного экспорта по всем укрупненным товарным группам. Стоит отметить и постепенное снижение минеральной продукции во взаимном товарообороте, доля которой за пять лет упала с 33 до 28,7%.

Позитивный эффект для граждан стран ЕАЭС, особенно небольших, создает общий рынок труда. Равное налогообложение с гражданами страны трудоустройства, возможность получения социальных гарантий в полном объеме, другие меры уже привели к повышению среднемесячной номинальной заработной платы и размера минимальной зарплаты в ЕАЭС.

С 2017 года официально начал функционировать единый рынок лекарственных средств и медицинских изделий. С 2018-го вступил в силу новый Таможенный кодекс, который существенно ускорил процесс таможенного декларирования. А на юбилейном саммите в Нур-Султане были подписаны Договор о формировании общего рынка электроэнергии и Соглашение о механизме прослеживаемости товаров, ввезенных на таможенную территорию ЕАЭС.

Важно и участие ЕАЭС в международной интеграции. Довольно успешно реализуется зона свободной торговли (ЗСТ) с Вьетнамом, подписано временное соглашение, ведущее к образованию ЗСТ с Ираном, заключено торгово-экономическое соглашение с Китаем, готовится к подписанию ЗСТ с Сербией, на финишной прямой аналогичные сделки с Сингапуром и Израилем.

Кризис в отношениях с Западом и последующая «санкционная война» серьезно напугали многие страны и сделали Россию менее желанным партнером. В этих условиях роль ЕАЭС как нейтральной площадки, в рамках которой Москва может развивать свое торгово-экономическое сотрудничество с внешним миром, резко повышается. В случае остальных, в особенности малых стран, Киргизии и Армении, — это объективная возможность масштабировать свое влияние в переговорах с крупными странами.

Разногласия союзников

И все же нынешнее положение евразийской интеграции можно охарактеризовать как «ловушку суверенитетов». Еще 25 лет назад в своем знаменитом выступлении в МГУ Нурсултан Назарбаев отметил необходимость создания наднациональных органов для ускорения строительства евразийской интеграции, что впоследствии и было сделано. Появились Суд ЕврАзЭС (преобразован в Суд ЕАЭС), Евразийская экономическая комиссия, созданы финансовые институты — Евразийский фонд стабилизации и развития и Евразийский банк развития.

Но хотя члены союза и пошли на создание наднациональных органов, правящие элиты стран ЕАЭС по-прежнему придают сакральное значение национальному суверенитету и не готовы отказаться от монополии на принятие ключевых решений, о чем свидетельствуют сильно урезанные полномочия комиссии и Суда ЕАЭС. Суд не имеет права принуждать к выполнению обязательств и наказывать нарушителей, а комиссия не может подавать иски против государств и оспаривать решения суда.

Подрывают процессы интеграции и участившиеся конфликты между государствами, политическая природа которых часто маскируется под видом санитарных и фитосанитарных ограничений. Ярким примером является серия «продуктовых войн», когда Россия уже на регулярной основе ограничивает или вовсе запрещает поставки молочной и мясной продукции из Белоруссии. Здесь же можно отметить и периодические взаимные ограничения на поставки продовольственной продукции между Казахстаном и Киргизией.

Миной замедленного действия выступают и санкции в отношении России. Во-первых, учитывая доминирующие экономические позиции России в союзе (87% совокупного ВВП), антироссийские санкции и последующие зеркальные меры Москвы против стран Запада рикошетом бьют по странам ЕАЭС.

Во-вторых, введение Россией продовольственного эмбарго в отношении США и ЕС спровоцировало новую волну конфликтов внутри союза, в особенности с Белоруссией. Так, Россельхознадзор в апреле 2019 года приостановил импорт груш и яблок из Белоруссии, обвинив Минск в поставке подсанкционной продукции, за чем последовал незамедлительный выпад президента Александра Лукашенко.

Важно подчеркнуть, что позиция России в санкционном противостоянии с «коллективным Западом» не получила поддержки у остальных стран ЕАЭС. Их позиция по данному вопросу проста и понятна: «Москва не консультировалась с нами, когда портила отношения с Западом и вводила ответные меры. Почему мы должны становиться частью этого противостояния, ставя под угрозу выгоды от сотрудничества с Западом?» В связи с этим попытка переноса санкционной проблематики на уровень всего союза в будущем, вероятно, продолжит встречать серьезное сопротивление со стороны партнеров по ЕАЭС.

Наконец, стоит обратить внимание и на проблему имиджевой составляющей ЕАЭС. В первые годы запуска интеграционного объединения комиссия и национальные правительства сделали ставку на решение содержательных вопросов интеграции. Среди них — построение нормативно-правовой и институциональной базы союза, снятие барьеров для реализации «четырех свобод». Но пока не велась адекватная работа по информационной поддержке интеграции.

Как итог крайне низок уровень знаний граждан о деятельности ЕАЭС, а порой и о самом факте существования объединения. Интерес СМИ к вопросам евразийской интеграции также сильно ограничен и пока напрямую привязывается к яркому информационному поводу, зачастую негативному.

Задачей на ближайшие 5–10 лет должна стать работа над ошибками. Она предполагает прежде всего устранение институциональной инерции, последовательное снятие барьеров и ограничений на общих рынках, популяризацию бренда ЕАЭС за счет проведения активной информационной кампании. А главное — участники союза должны научиться не переносить проблемы двусторонних отношений на уровень всего союза, что пока является одной из ключевых помех для интеграции.

Об авторах
Александр Королев заместитель заведующего евразийского сектора ЦКЕМИ НИУ ВШЭ
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.