Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Власти признали мертвой и прекратили поиски внучки Роберта Кеннеди Общество, 03:45 В воскресенье в Москве проведут масштабную дезинфекцию общественных мест Общество, 03:10 СМИ сообщили о расстреле пятерых человек под Рязанью Общество, 02:57 Трамп допустил прекращение внутренних полетов в очаги коронавируса Общество, 02:53 Врачи Нью-Йорка заявили о готовности носить мусорные мешки вместо халатов Общество, 02:23 Трамп назвал ОПЕК незаконной структурой Политика, 01:53 МЧС завершило аварийно-спасательные работы в Орехово-Зуево Общество, 01:43 Суд Петербурга арестовал обвиняемого в растрате экс-главу «Метростроя» Общество, 01:25 Кир Стармер стал новым главой Лейбористской партии Британии Политика, 01:14 Трамп предупредил о большом количестве смертей от коронавируса Общество, 01:03 Центробанк разъяснил порядок начисления процентов в кредитные каникулы Финансы, 00:38 Воробьев сообщил о состоянии пострадавших при взрыве в Орехово-Зуево Общество, 00:17 WP сообщила об утечке в сеть тысячи записей видеозвонков Zoom Технологии и медиа, 04 апр, 23:56 Пандемия коронавируса. Самое актуальное на 4 апреля Общество, 04 апр, 23:53
Война санкций ,  
0 
Ярослав Городецкий

Клоны вместо инноваций: как построить русский Huawei

Российское государство постаралось и засеяло рынок новыми технологическими проектами. Оно старается поддерживать уникальные разработки, которых больше нигде нет. Но после введения санкций система резко устарела: инновации эти продавать некому

Уже несколько инвесторов из числа госкомпаний спрашивали у нас, можем ли мы быстро сделать IT-решение на смену импортному. Вообще-то мы занимаемся CDN (сервера для ускорения загрузки данных через интернет), но инвесторы интересовались SDN (прогрессивный формат сетей передачи данных). То ли потому, что они считают, что мы разбираемся в телекоммуникациях вообще, то ли потому, что CDN и SDN звучит похоже.

Мы с интересом выслушиваем такие предложения, но понимаем, что собственные деньги вкладывать в такие проекты рискованно – потеряем синицу в руках в погоне за журавлем в небе. По идее само государство должно помогать в решении таких задач, в которых само заинтересовано, но сейчас работающих механизмов для этого нет. Господдержка IT-компаний в России заточена совсем под другие нужды.

Система поддержки IT-бизнеса помогла встать на ноги сотням небольших перспективных компаний. Некоторые из них стали лидерами на российском и даже на мировом рынке (правда, добились этого лишь в узких нишах). Однако сейчас текущая потребность страны – не поддержка инноваций, а импортозамещение, и эту потребность система господдержки уже не может удовлетворить, особенно в тех областях, где российские компании давно вытеснены иностранными.

О системе поддержки IT-компаний мы знаем не понаслышке: мы получали помощь от государства несколько раз. Когда в нашей компании было всего несколько сотрудников, нам выделили офис в государственном технопарке «Строгино». Это было очень удобно: там нам сразу дали все для старта бизнеса – компьютеры, телефоны, переговорную и льготную аренду. Попасть в «Строгино» было совсем несложно: я зашел на сайт, убедился, что мы подходим по формальным признакам, потом мы скачали с сайта документы, заполнили их и сдали на комиссию.

После этого мы получили субсидию правительства Москвы. Это снова оказалось хоть и долго, но достаточно легко, если ты действительно занимаешься инновациями и можешь это доказать. Нужно было составить грамотное технико-экономическое обоснование проекта и собрать кучу документов. Этим занималась студентка вуза, где я на тот момент читал лекции. Мы заплатили ей за четыре месяца работы 24 тыс. руб. и в итоге получили 2,5 млн руб. от государства, на которые мы закупили около 30 серверов. Мы установили их в разных городах России и повысили пропускную способность своей сети и качество услуг. В тот момент эти деньги сильно помогли нам в развитии.

В третий раз мы получили от государства статус резидента «Сколково». Он позволяет нам сэкономить: НДС у резидентов «Сколково» равен нулю, отчисления в пенсионный фонд – 14%. Помимо этого в Сколково частично переедет наш офис, что позволит немного сократить затраты на аренду. Ну и, наконец, мы можем участвовать в тусовках, которые «Сколково» организует для своих резидентов.

Что нужно было сделать, чтобы попасть в «Сколково»? Конечно, заполнить анкету и соответствовать нескольким требованиям, перечисленным на сайте, главное из которых опять-таки инновационность – она подтверждается комиссией из нескольких анонимных экспертов. На этот раз правила были сложнее, и у нас получилось лишь с третьей попытки. В первый раз нам отказали в «Сколково», потому что одним из требований было формальное наличие интеллектуальной собственности, а у нас не было ни одного патента – пришлось получать. Во второй раз отказали, потому что про научную деятельность не было написано в уставе компании – пришлось написать. Но в третий раз все прошло гладко, и мы снова получили доказательство того, что господдержка стартапов работает.

Впрочем, работала она до тех пор, пока мы стремились делать инновационные продукты. Как только мы решили сделать важное для рынка, но имеющее аналоги решение, случилась осечка. Мы хотели получить грант «Сколково» на развитие одного из своих продуктов – программной платформы для хранения и обработки онлайн-видеоконтента в облаке, поскольку собственных средств для развития этой платформы нам не хватало. Как и раньше, мы аккуратно заполнили и подали заявку, но в «Сколково» нам сказали, что проект недостаточно инновационный, на Западе такие уже есть. Сейчас государство стремится поддерживать уникальные разработки, которых нигде в мире больше нет.

С помощью венчурных фондов РВК и «Сколково» государство инвестирует деньги в стартапы, но пока не слишком заботится о том, чтобы на них нашлись покупатели. Очевидно, разработчики модели копировали опыт Израиля, предполагающий скупку местных стартапов большими игроками с других рынков. Расчет, наверное, был на то, что большие западные компании откроют в Сколково центры R&D и станут интегрировать в них скупаемые стартапы. В итоге наша «кремниевая долина» наполнена множеством передовых, но маленьких фирм. Когда CDNvideo, небольшая компания со штатом в четыре десятка человек, стала резидентом «Сколково», мы сразу же оказались в первой десятке по доходу среди нескольких сот компаний – резидентов сколковского IT-кластера.

Государство хорошо постаралось и засеяло рынок технологичными проектами. Но геополитическая ситуация изменилась, и теперь об интеграции стартапов с западными компаниями, похоже, надо забыть. Многие стартапы повисли в воздухе – западные покупатели ушли с рынка, а российских явно не хватает. Если исходить из того, что это надолго, то нужно отказываться от израильской модели разработки стартапов на продажу и пытаться создавать конкурентов большим зарубежным компаниям. Например, самые успешные стартапы могли бы стать ядром крупных компаний, скупив стартапы из смежных областей и создав заметные российские IT-бренды. Но на собственные деньги они этого не сделают – именно для этого сейчас и нужна господдержка. С ее помощью IT-компании могли бы воспользоваться наличием в России достаточно большого внутреннего рынка и для начала состояться хотя бы на нем, а затем выйти на зарубежные рынки. 

Но государство хоть и заказывает само аналоги западным продуктам (русская навигационная система и так далее), при этом не спешит поддерживать частную инициативу по укрупнению стартапов. Поставщиков IT-решений для госкомпаний по-прежнему ищут за границей, только уже не на Западе, а на Востоке. На форуме «Открытые инновации» один высокопоставленный чиновник приглашал всех посетить стенд китайского IT-гиганта Huawei прямо во время своего выступления. При этом как поведут себя в дальнейшем китайские компании – никто не знает: сейчас мы активно дружим, но что будет через десять лет – неизвестно.

Кстати, упомянутый Huawei – отличный пример государственной политики импортозамещения. Я хорошо помню, как в 2000 году впервые увидел продукцию теперь уже мирового гиганта, а в то время – никому в России неизвестной китайской компании. Так вот, продукцией Huawei была чуть ли не полная копия линейки продуктов Cisco, только ухудшенная. Вероятно, с точки патентного права там не все было чисто, а инновациями и не пахло. Однако китайское государство поддерживало эту компанию, и сейчас она является крупнейшим в мире поставщиком телеком и IT-оборудования с долей мирового рынка в 25%. Конечно, пока Huawei не конкурирует с американскими и европейскими компаниями на их домашних рынках, но вполне успешно вытесняет их на развивающихся рынках, в том числе и в России.

Если мы хотим сохранить информационный суверенитет, нам нужен свой собственный Huawei, и не один. И он может родиться только благодаря частной инициативе и государственной поддержке.

Об авторах
Ярослав Городецкий, генеральный директор CDNvideo
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.