Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Медведев подписал постановление о создании ТОР в Тулуне Общество, 17:03 От Apple, Google и Tesla потребовали денег для детей-шахтеров в Конго Общество, 16:57 Путин утвердил появление в России электронных трудовых книжек Общество, 16:51 Обама назвал женщин лучшими политиками и раскритиковал пожилых лидеров Политика, 16:44 Таллин, Вена, Прага и далее: на авто по рождественским ярмаркам Европы РБК Стиль и Volkswagen Multivan, 16:43 Путин подписал отменяющий «банковский роуминг» закон Финансы, 16:35 Численность самолетов «Победы» вырастет на 180%: чего ждать инвесторам Quote, 16:27 Новая «пылевая атака»: пользователи Litecoin оказались под угрозой Крипто, 16:26 На старт: о чем нельзя забывать при открытии бизнеса с нуля Pro, 16:25 Русский музей перестал подавать в кафе шоколадки с портретом Сталина Политика, 16:21 Интеллектуальный кроссовер Haval F7X: передовые технологии, смелый нрав РБК Стиль и Haval, 16:13 Медведев утвердил порядок пересмотра цен на жизненно важные лекарства Общество, 16:13 Путин и Меркель обсудили вопросы реализации «Северного потока-2» Политика, 16:12 Путин поручил принять «дорожную карту» по реализации стратегии ВТС Политика, 16:08
Мнение ,  
0 
Исаак Беккер Как заработать на эпидемии Эбола?
Западные фармацевтические компании бросились создавать лекарство от лихорадки, вспыхнувшей в Африке и распространяющейся на другие страны мира. О том, кто участвует в этой борьбе и стоит ли присмотреться к их акциям, рассказывает международный финансовый консультант Исаак Беккер

Либерия, Сьерра-Леоне, Гвинея – эти страны Западной Африки больше всего пострадали от самой крупной за всю историю вспышки геморрагической лихорадки, вызванной вирусом Эбола. До этого вирус, открытый еще в 1976 году, не приводил к серьезным эпидемиям. Максимальное число погибших от лихорадки не превышало в каждом из случаев 300 человек. На этот раз масштабы куда серьезнее.
 
По данным Всемирной организации здравоохранения, на 15 октября число погибших от вируса составляло 4484 человека, или 50% заболевших. Лекарства от этой лихорадки до сих пор не разработано – слишком узок был круг его потенциальных потребителей. Теперь же фармацевтические фирмы активно взялись за его создание в стремлении заработать.
 
Среди потенциальных бенефициаров борьбы с вирусом Эбола в настоящее время на слуху крошечная американская биотехнологическая компания Chimerix с выручкой в 2013 году около $4,4 млн, чистыми убытками (затраты на исследования) в $36 млн и штатом в 60 человек. Зато она предложила для лечения от вируса Эбола препарат, который носит название Brincidofovir. Этот препарат, созданный изначально для лечения ДНК-содержащих вирусов (аденовирус и цитомегаловирус), проходит клинические испытания в США. Его пытаются применять и для лечения лихорадки Эбола.
 
На днях Управление по санитарному контролю США (FDA) приняло решение о его использовании в экстренных ситуациях и об ускоренной процедуре его утверждения, что дало акциям компании возможность вырасти: на этой новости их стоимость увеличилась на 6%. Акции Chimerix котируются на бирже NASDAQ (тиккер – CMRX). Капитализация компании составляет $1,1 млрд, а с начала года ее акции выросли на 105,6% (здесь и далее приведены данные на 13 октября 2014 года).
 
Конечно, частных инвесторов больше всего интересует вопрос, есть ли у этой компании дальнейший потенциал роста. Большинство аналитиков, которые отслеживают Chimerix, рекомендовали покупать ее акции. С одной стороны, основные дивиденды компании, вероятнее всего, еще впереди, если ее лекарство окажется действенным и будет утверждено FDA. С другой – в медицинском сообществе пока нет уверенности в том, что препарат Brincidofovir – именно то лекарство, которое решит все проблемы с лечением Эбола. Так, например, новость о смерти в США больного, которого лечили от этого вируса этим препаратом, уронила акции компании на 10%.
 
Не стоит забывать и о существующих конкурентах в этой области. В их числе чаще всего называют две биотехнологические компании: Tekmira Pharmaceuticals (TKMR, выручка в 2013 году – $15,5 млн, убытки – $14 млн) и BioCryst Pharmaceuticals (BCRX, выручка в 2013 году – $17,3 млн, убытки – $30,7 млн). 
 
Tekmira занимается разработкой лекарства от Эбола с 2010 года по контракту с Министерством обороны США (максимальная сумма финансирования – $140 млн). А BioCryst занимается тем же самым по договору с Национальным институтом аллергии и инфекционных заболеваний США (сумма финансирования – $22 млн). В марте 2014 года компания объявила о результатах исследований на животных препарата BCX4430, созданного специально для лечения Эбола. Введение препарата на 100% защищало зараженных вирусом обезьян. Компания готовится к клиническим испытаниям.
 
Об интересе инвесторов к этим компаниям говорит рост стоимости их акций за последнее время. Так, с начала года бумаги Tekmira Pharmaceuticals выросли на 197,3%, а BioCryst Pharmaceuticals – на 49,9%. Кстати, когда 8 октября появилась новость об упомянутой выше неудаче Chimerix в борьбе с вирусом Эбола, акции этих компаний резко пошли вверх. Так что ситуация здесь пока весьма шаткая и открыта для исключительно агрессивных инвесторов, которые понимают всю степень риска, на который они идут.
 
Работа над противоядием от опасного вируса ведется не только в США. Например, определенные надежды подает и лекарство JK-05 китайской компании Sihuan Pharmaceutical (0460.HK). По оценке аналитиков Deutsche Bank, оно имеет все шансы быть одобренным для использования в чрезвычайной ситуации в случае появления вируса Эбола в Китае. В отличие от своих американских конкурентов, компания Sihuan Pharmaceutical – достаточно крупная, в ней работают более 2,7 тыс. человек. Она способна не только предложить новое лекарство, но и организовать его производство, что делает ее акции, которые котируются на Гонконгской бирже, еще более привлекательными. 
 
Все перечисленные выше компании работают над терапевтическими средствами лечения от вируса Эбола, но есть и такие, которые исследуют возможности разработки специальной вакцины, которая поможет здоровым людям не заразиться опасной болезнью. Компания NewLink Genetics Corporation (NLNK) – одна из них. Она известна своими изысканиями в области использования иммунотерапии для борьбы с онкологическими заболеваниями. Пока фирма не может похвастаться ростом своих акций – с начала года они даже опустились на 5,8%. Но мне кажется, что эта бумага весьма перспективна и в настоящее время сильно недооценена. В конце концов, именно эффективная вакцина должна сыграть важную роль в борьбе с вирусом Эбола.
  
Следует иметь в виду, что история с поиском новых лекарственных средств находится только в самом начале своего пути. Ни один из имеющихся претендентов еще не прошел полный курс клинических испытаний и не был одобрен «надзирающими» органами для массового применения. Это делает перспективы участия в этой «идее» денег частных инвесторов очень рискованными, но в то же время заманчивыми и сулящими большие доходы. На этом пути их могут ждать большие неожиданности, например связанные с появлением нового лидера в гонке за лучшее лекарство или поглощением компании-победителя крупным фармацевтическим гигантом и т.д.
 
К примеру, осельтамивир, действующее вещество препарата Tamiflu (один из двух, рекомендованных Всемирной организацией здравоохранения для лечения птичьего гриппа) был разработан американской биофармацевтической компанией Gilead Sciences, которая в 1996 году передала права на это лекарство Roche Holding A.G., одной из крупнейших в мире фармацевтических компаний.
 
Вероятно, что и в случае утверждения для массового использования в США и Европе лекарства (вакцины), предложенного небольшой биотехнологической компанией, например такой, как Chimerix, может развернуться нешуточная борьба и по вопросу о том, кто будет производить его. Так что серьезному инвестору я бы рекомендовал не только внимательно отнестись к новым возможностям, но и тщательно отслеживать этот процесс. 

Об авторах
Исаак Беккер международный финансовый консультант, FCP (Financial Management) Ltd
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.