Самостоятельная «дочка»

Фото: ТАСС

В Официальном журнале ЕС опубликованы доводы «Газпром нефти», на которые она будет ссылаться в ЕСПЧ, оспаривая санкции Брюсселя. Подконтрольная «Газпрому» компания утверждает, что ее связи с правительством недостаточны для внесения ее в санкционные списки.

В своем иске «Газпром нефть» требует аннулировать статьи постановлений Совета ЕС, ограничивающих экспорт оборудования для российского ТЭК. Это ст. 4 решения Европейского совета от 31 июля и ст. 3 и параграфы 3 и 4 ст. 4 постановления о санкциях №833/2014 от 31 июля.

Компания приводит три довода против ограничительных мер. Так, Евросоюз якобы недостаточно обосновал введение санкций против российских нефтяных компаний. Кроме того, цели, которыми руководствовался Брюссель, вводя отраслевые санкции, весьма расплывчаты, а ущерб, который компания рискует понести из-за ограничительных мер, нарушает ее право на свободное ведение бизнеса и «в очень значительной мере превышает любые потенциальные выгоды» для ЕС.

Наконец, «Газпром нефть» полагает, что санкции введены на «некорректных юридических основаниях». По утверждению компании, Совет ЕС неправомерно наказал ее за действия российских властей, хотя связи между «Газпром нефтью» и правительством недостаточно для этого.

«Газпром нефть», «Газпром» и правительство

Хотя «Газпром нефть» входит в группу «Газпрома», у нее операционная автономия и собственный менеджмент, отмечает рейтинговое агентство Fitch. Компания публикует собственную консолидированную отчетность по МСФО. Fitch рейтингует ее на основании ее кредитоспособности, а не показателей «Газпрома».

В то же время «Газпром нефть» не скрывает, что правительство существенно влияет на ее работу. Об этом говорится в том числе в проспекте еврооблигаций компании от сентября 2013 года. Поскольку ее контролирующий акционер – «Газпром», она «потенциально выигрывает от финансовой поддержки со стороны российских госбанков, а также от доступа к новым лицензиям на разведку и добычу на шельфовых участках», говорится в документе.

В нем же отмечается, что некоторые директора компании одновременно входят в совет директоров «Газпрома», куда были выдвинуты государством.

Партнер юридической фирмы Herbert Smith Freehills Сюзанна Когман, указанная в Официальном журнале ЕС как один из представителей «Газпром нефти» в суде, в октябре говорила РБК, что в случае с секторальными санкциями компании наверняка будут основывать свои аргументы на несовершенстве соответствующих законодательных актов ЕС. «На основании неточностей в постановлениях ЕС могут быть построены очень мощные аргументы как по поводу того, что они подрывают фундаментальные права компаний [попавших под санкции], так и потому, что они просто плохо разработаны и очень неясны в некоторых аспектах», – поясняла юрист, комментируя вопрос, не связанный с «Газпром нефтью».

15 декабря РБК попросил Когман прокомментировать иск компании, но она ответила, что не знает, вправе ли обсуждать дело клиента.

ЕС вводил санкции против российского ТЭК в два раунда – в августе и сентябре. Постановления от 31 июля, к которым обращается «Газпром нефть» в иске, с 1 августа ограничивали экспорт некоторого оборудования в Россию.

Второй раунд от 12 сентября расширил эмбарго на специализированные нефтесервисные услуги. Тогда же «Газпром нефти», «Роснефти» и «Транснефти» запретили привлекать финансирование со сроком более 30 дней.

5 декабря «Газпром нефть» подала второе заявление в суд ЕС. В компании РБК подтвердили, что второй иск не пересекается с первым, но отказались комментировать его по существу.