Услышьте женщину

Фото: ИТАР-ТАСС

Затихшее в последнее время противостояние Генпрокуратуры и Следственного комитета России (СКР) на новый виток решила вывести ректор академии Генеральной прокуратуры Оксана Капинус. Девушка, ранее прославившаяся борьбой с эвтаназией, назвала реформу следствия, в ходе которой был создан СКР, непродуманной и призвала пересмотреть нынешние полномочия прокуроров. По мнению г-жи Капинус, прокурор должен иметь право при передаче дела в суд переквалифицировать обвинение, ранее предъявленное следователем, и принимать непосредственное участие при вынесении подследственным меры пресечения в виде ареста.

О недовольстве полномочиями подчиненных руководители Генпрокуратуры заявляли с самого момента создания СКР в сентябре 2007 года. В апреле 2011 года противостояние двух силовых ведомств по «игорному делу» достигло такого накала, что тогдашнему президенту Дмитрию Медведеву пришлось экстренно пригласить к себе Юрия Чайку и Александра Бастрыкина и насильно примирять их.

Вернуть в публичное русло дискуссию о несправедливо рас­пределенных полномочиях между прокуратурой и следст­вием в ведомственном журнале «Прокурор» решила 34-летняя ректор академии Генпрокуратуры Ок­сана Капинус, а официальный сайт Генпрокуратуры тут же разместил ее высказывания у себя на главной странице. Как пишет г-жа Капинус, «масштабные изменения уголовно-процессуального законодательства, произошедшие в 2007 и 2010 годах (создание СКП и СКР. — РБК daily), требуют объективного научного переосмысления». Она подробно описывает, как снижалась роль прокурора на этапе предварительного следствия и возвышалась роль следователя. При этом вину за утрату прокурором руководящей роли при осуществлении уголовного преследования она возлагает на законодателя, а не на президента Владимира Путина, инициировавшего реформу следствия.

К полномочиям прокурора, по мнению г-жи Капинус, следовало бы отнести «дачу согласия следователю на обращение в суд с ходатайством об избрании и применении мер процессуального принуждения подозреваемого, обвиняемого (в первую очередь в виде заключения под стражу); право прекращения уголовного дела; право исключить из обвинительного заключения при его утверждении отдельные пункты обвинения либо переквалифицировать обвинение на менее тяжкое». Более широкие полномочия прокурора по осуществлению уголовного преследования, резюмирует она, будут способствовать минимизации обвинительного уклона в работе следователя.

«Довольно забавный ход, чтобы возобновить дискуссию о функциональном ослаблении прокуроров после создания Следственного комитета, — считает гендиректор юридической компании ICN Максим Смирнов. — С одной стороны, генпрокурор всегда может сказать, что он ни при чем, поскольку это же люди от науки, а у них работа такая — рассуждать, как и что лучше в правоприменении. С другой — тема опять выводится в публичное поле. Ну а вывести на первый план симпатичную молодую даму — это вообще военная хитрость или тактическая уловка».

Оксана Капинус — самый молодой в России доктор юридических наук. В 2000 году она окончила Московскую государственную юридическую академию, в 2002-м — аспирантуру НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генпрокуратуре РФ (тема кандидатской диссертации — «Проблемы мотива и цели убийства в уголовном праве России»). В этом же НИИ, из которого в 2007 году и была образована ведомственная академия, Оксана Капинус и стала работать. Прославилась же она в 2006 году, когда подготовила и внесла в Мосгордуму законопроект об уголовной ответственности за эвтаназию. В том же, 2006 году она защитила докторскую диссертацию на тему: «Эвтаназия как социально-правовое явление (уголовно-правовые проблемы)». Законопроектом предлагалось карать врачей, помогающих больным уйти на тот свет, лишением свободы на срок до трех лет, а других граждан — от трех до семи лет заключения. Однако ее инициатива провалилась. «В российском законодательстве так и не закрепили понятие «эвтаназия», — пояснила РБК daily адвокат коллегии «Яковлев и партнеры» Ирина Барсукова. — В случае же совершения такого деяния граждан привлекают по действующим статьям «убий­ство» или «доведение до самоубийства».