Перейти к основному контенту
Бизнес ,  
0 

Агаларов — РБК: «Строительство стадионов было очень рискованной историей»

Глава Crocus Group Араз Агаларов в интервью РБК рассказал, сколько компания потратила на строительство стадионов к чемпионату мира, почему не хочет брать их в управление и зачем участвует в крупных господрядах, не сулящих прибыль
Араз Агаларов
Араз Агаларов (Фото: Владислав Шатило / РБК)

«Я попадаю в такие ситуации только по каким-то поручениям»

— Вы уже девять лет участвуете в проектах на основе принципов государственно-частного партнерства. Можете ли вы оценить, насколько это выгодно в России, стоит ли этим продолжать заниматься?

— У нас есть основной бизнес, и он достаточно большой. Каждый раз, когда нам поручают что-то такое неподъемное, начиная с острова Русский, приятно, что поручают именно нам. Если мы вспомним остров Русский, там не было никаких коммуникаций. Практически на полуобитаемом острове надо было создать кусок цивилизации, причем в очень ограниченный срок, меньше трех лет с учетом проектирования. С точки зрения нормального строительства это невыполнимая задача ни для какой компании. Но невозможное стало возможным.

— Удалось ли вам заработать на этом проекте?

— Могу сразу сказать, что никакой финансовой выгоды мы от этого не получили. У нас задача была не заработать на этой стройке, а сделать так, чтобы стройка произвела впечатление, потому что университет открывался саммитом, в котором принимало участие более 20 государств, которые туда приехали в составе президентов, премьер-министров, полностью кабмины. Мы это выполнили очень достойно. После этого мы получили крупные проекты — два стадиона в Ростове-на-Дону и Калининграде.

Crocus и государство

«Дочка» Crocus Group «Крокус Интернэшнл» выступила генеральным подрядчиком строительства Дальневосточного федерального университета (ДВФУ) на острове Русский (Владивосток). Строительство началось в июле 2009 года, в 2012 году к саммиту АТЭС объект был сдан. На университет было потрачено 70 млрд руб.: 1 кв. м обошелся в 74,155 тыс. руб. ($2260). Как сообщал в интервью РБК в 2016 году Араз Агаларов, на этом проекте компания ничего не заработала. На строительство дороги и благоустройство территории она дополнительно потратила 3,6 млрд руб. собственных средств, из которых Минфин вернул компании 1,1 млрд руб., говорил он.

Территории Дальневосточного федерального университета на острове Русский. 2 сентября 2017 года
Территории Дальневосточного федерального университета на острове Русский. 2 сентября 2017 года

В 2014 году компания получила подряды на строительство двух стадионов к чемпионату мира по футболу-2018 в Калининграде и Ростове-на-Дону стоимостью 17,3 млрд и 18,7 млрд руб. соответственно. Объекты были введены в эксплуатацию в марте 2018 года.

В 2015 году «Крокус Интернэшнл» был передан контракт на строительство первого участка ЦКАД, от которого отказался «Стройгазконсалтинг». Стоимость проекта составляет 48,9 млрд руб. Сдача дороги запланирована на конец 2018 года.

— Строительство стадионов — это тоже поручение?

— Естественно. Это было просто распоряжение правительства (от 28 марта 2014 года № 469. — РБК). Когда нам дали проект ростовского стадиона, он мне очень не понравился. Нам пришлось полностью этот проект перелопатить и сделать совсем другой, который мы реализовали. Там были неоднократно представители FIFA, им все нравится.

— Сколько всего было потрачено на стадионы, как менялся бюджет?

— На стадион в Ростове-на-Дону было выделено 18,7 млрд руб., на калининградский — 17,3 млрд руб. Когда мы зашли на площадку в Калининграде, там были определенные проблемы: были заведены уголовные дела, была недосыпана территория (подготовкой территории по контракту на 850 млн руб. занималась компания «Глобалэлектросервис», которая входит в группу «Сумма» Зиявудина Магомедова. Ненадлежащее выполнение работ по этому контракту стало одним из эпизодов уголовного дела против Магомедова. Агаларов отказался комментировать это уголовное дело. — РБК). Нам пришлось поднять отметку стадиона на 1,7 м, чтобы не ковыряться в воде. Общая стоимость свайного основания под полем и вокруг стадиона составляет больше 1 млрд руб. И вот вся эта свайная история привела к удорожанию в 550 млн руб. в Калининграде — до 17,85 млрд руб.

Как прошел арест братьев Магомедовых. Фоторепортаж
Фотогалерея 
Зиявудин Магомедов

— Требуется ли какая-то доделка на этих объектах, дополнительное финансирование?

— По требованиям МВД и ФСБ в связи с тем, что такая антитеррористическая обстановка, на стадионах добавилось к первоначально запланированным 300–400 камерам еще более 1 тыс. для ростовского стадиона и более 800 для калининградского. Причем это не просто камеры, а техника высокого разрешения с программным обеспечением для идентификации преступников. Также необходимы системы доступа, очень высокоскоростной Wi-Fi, чтобы 45 тыс. человек могли пользоваться на высочайшей скорости. Огромное количество дополнительных ресурсов, которые сегодня появились по требованиям МВД, ФСБ, FIFA и оргкомитета. Сейчас как раз и обсуждается, на каком уровне все это будет происходить. Потребуется несколько сотен миллионов рублей.

— «Спорт-инжиниринг», заказчик, полностью оплатил работы?

— Нет. У нас есть 2-процентное удержание по каждому стадиону, которое выплачивается после полного приема-передачи стадиона заказчику, чего еще не произошло. Сметная документация сейчас находится в экспертизе на повторной проверке. Чтобы все сдать заказчику и получить деньги, нам необходимо подтвердить цены.

— В результате вы заработаете что-то на этих двух объектах?

— Я бы сказал, что точно не потеряем. Все сейчас в процессе обсуждения: заплатят нам за эти дополнительные работы, которые я перечислил, или скажут выполнять это все в виде «ленинского субботника». Мы надеемся, что все затраты будут компенсированы.

— А сколько можете заработать?

— Если вот эти все слаботочные «хотелки» (системы видеонаблюдения, Wi-Fi и т.д. — РБК), которые возникли за последнее полугодие, нам оплатят, то как раз удержанные 2% останутся в виде прибыли. А если нам не оплатят, то это все сожрет оставшиеся деньги. В лучшем случае мы заработаем 2% с небольшим с 36,5 млрд руб. Мы надеемся, что нам заплатят.

Cтадион «Ростов Арена». 2 марта 2018 года
Cтадион «Ростов Арена». 2 марта 2018 года

— В начале февраля Минспорт подал иск на 385,6 млн руб. к «Крокус Интернэшнл». С чем связаны претензии заказчика?

— Если вы помните, иски были поданы не только к «Крокусу», но и к другим подрядчикам. Я думаю, что это часть претензионной работы, которую должен вести заказчик. Если говорить начистоту, то мы могли к ним предъявить встречные претензии: какие-то проекты не выдавались в установленные контрактом сроки, были огромные проблемы с выдачей или подписанием проектной и рабочей документации, работы оплачивались с задержкой. В общем, обычная работа заказчика — подрядчика, к которой мы уже привыкли. Поэтому, когда они нам выставили претензии, мы им показали, какие будут встречные, и решили полюбовно договориться.

— Ростовские власти говорили, что стадион будет введен в эксплуатацию еще до конца 2017 года, но в итоге сдача произошла в середине марта 2018 года. Почему произошла такая задержка?

— На самом деле он и был готов еще в 2017 году, но сдача идет очень сложно. Сдача выставочного центра или стоянки, условно говоря, проходит гораздо быстрее. Там была огромнейшая процедура, которой занимались я, губернатор и Ростехнадзор. То, что стадион готов, видно давно было: отопление и кондиционирование работают, поле поливается, трава зеленая, скамейки стоят.

— Непросто работать с государством. А в будущем вы планируете соглашаться на такие же проекты?

— Я попадаю в такие ситуации только по каким-то поручениям. В государственных тендерах я не участвую.

— А если вас попросят что-нибудь построить в Крыму, пойдете?

— Я уже всем сказал, если в Крыму и надо что-то делать, мы можем помочь мощностями.

— Насколько затратно содержание стадионов?

— Мы поинтересовались, сколько стоит содержание стадиона «Спартак». Они тратят 250 млн руб. в год, то есть это порядка 20,8 млн руб. в месяц. Это не такие большие деньги для такого проекта.

— А вы задумывались, как могут использоваться стадионы после ЧМ?

— Я считаю, что стадион должен быть центром спортивной жизни, для торговли надо делать специализированные помещения. На стадионе могут быть фитнес-клубы, какие-то тренировочные залы для борцов и боксеров, можно построить бассейны. Это может быть неплохой спортивный центр для Ростовской области, который будет легко отбивать 20 млн руб. в месяц. Если бы это было мое решение, я бы так и сделал, и не только этот стадион, но и все стадионы, которые находятся в центре города.

— Вам же могут предоставить стадионы в управление как бонус за проведенные работы?

— Это не бонус. Это как раз субботник очередной. Потому что на спорте, вы знаете, особых денег не заработаешь, кроме головной боли, а заниматься всем, что не приносит деньги, — не очень хочется. Там можно все организовать для того, чтобы отбивать содержание стадиона, но заработать на этом невозможно.

Араз Агаларов
Араз Агаларов

— Если подводить итог теме стадионов, то это для вас больше имиджевый проект?

— Вы же знаете, что всего семь стадионов [построено с нуля]: один был в Екатеринбурге, которым [Дмитрий] Пумпянский занимался, два стадиона строила компания, возглавляемая [Геннадием] Тимченко, за два отвечал [Рустам] Минниханов, [за] два — Агаларов. Я думаю, что поэтому эти проекты поручили не просто каким-то там людям, а именно тем, которые могли это сделать. Вы должны понимать, что это был 2014 год, курс доллара был 80 руб. Было непонятно, куда этот курс мог уйти, а на стадионе есть огромное количество импортного оборудования. Это была очень рискованная история.

Араз Агаларов родился в 1955 году в Баку. Окончил Азербайджанский политехнический институт, а затем аспирантуру Высшей школы профсоюзного движения ВЦСПС им. Н.М. Шверника в Москве. После окончания аспирантуры был назначен инструктором в Бакинский городской комитет профсоюза работников агропромышленного комплекса, а затем был переведен на должность младшего научного сотрудника в Научный центр ВЦСПС. В 1989 году основал совместное советско-американское предприятие «Крокус Интернэшнл» (в 1992 году преобразовано в ЗАО «Крокус», или Crocus Group), где стал гендиректором, а с 1993 года — президентом. В рейтинге The World's Billionaires-2018 журнала Forbes состояние Араза Агаларова было оценено в $1,8 млрд.

«В бедной стране человек будет лучше два часа сидеть в пробке, чем заплатит 100 руб. и объедет ее»

— Насколько выгодный бизнес — дорожное строительство? Как вы попали в проект по строительству участка ЦКАД?

— В этом тендере, признаюсь честно, я принимал участие, но проиграл его. Но те, кто выиграл («Стройгазконсалтинг». — РБК), год с лишним занимались этим проектом и потом от него отказались в мою пользу. Потом я понял почему. Там было огромное количество отягощений: на 49 км дороги — 41 мост и восемь пешеходных переходов. По сути, на 49 км надо строить 49 мостов.

— С какими сложностями в реализации проекта вы столкнулись помимо такого числа мостов?

— Строительство осложнено и тем, что очень много коммуникаций: порядка 350 пересечений инженерных коммуникаций, которые надо выносить [с участка строительства дороги], и еще 75, которые появились дополнительно в процессе изысканий. Но ведь, для того чтобы коммуникации вынести, надо иметь землю, но ее не было. Получается, что мы бросились в атаку, и вот тут у нас стройка остановилась, когда мы уперлись в газ, электричество, водопровод и канализацию, связь и т.д.

— Получается, это чья недоработка?

— Я считаю, что вообще строительство дорог у нас в стране процедурно не урегулировано, потому что если принимается решение о строительстве какой-то дороги, то все остальные структуры должны под это не то что подстраиваться, но должна быть какая-то обязанность предоставлять благоприятные условия и соглашаться с принятым решением. Мы, как всегда, решим эту проблему, но непонятно, какими средствами и какими силами. Ведь сроки сдачи — конец этого года.

— Готовы ли вы дальше участвовать в дорожном строительстве? Либо это совершенно неприбыльный бизнес и сейчас нет интересных проектов для вас?

— Понимаете, наша неопытность в дорожном строительстве заключалась в том, что мы очень хорошо себе представляем, как [технологически] строить дороги и мосты, но какие [административные] сложности при строительстве дорог могут возникнуть, мы это себе плохо представляли. Если в следующий раз в руки к нам попадет какой-то проект, сначала мы изучим ситуацию. После этого можно принимать решение.

— Участок ЦКАД, который вы строите, будет платным, но платные трассы сейчас не очень хорошо окупаются...

— В связи с ростом курса доллара, с минимальными зарплатами, с позицией Центробанка, направленной на борьбу с инфляцией и т.д., у нас достаточно бедная страна в целом. А в бедной стране человек будет лучше два часа сидеть в пробке, чем заплатит 100 руб. и объедет ее за 15 минут.

— В таком случае есть ли перспективы у платных дорог?

— Есть. Я считаю, что Россия — одна из самых богатых стран в мире и она не может все время прозябать. Понятно, что она раскрутится. В экономике описаны три основных вида ресурсов — природные, финансовые и трудовые. У нас все эти три ресурса в избытке. Значит, чего-то не хватает. Я придумал четвертый ресурс — законодательство. Вот пример от обратного: где нет ничего, но есть только законодательство? Дубай, Сингапур, Гонконг, Тайвань. Ничего нет, только законодательство. И, оказывается, все остальное появляется. Если у нас ВВП $1,3 трлн, в маленькой Японии с полным отсутствием сырьевых ресурсов — под $4,5 трлн. Отсутствие хорошего бизнес-климата в стране — это свод законов, которые не позволяют стране развиваться.

С западными банками мы не работаем

Несмотря на непростые условия, ваш основной бизнес — коммерческая недвижимость — неплохо развивается: по данным журнала Forbes, в 2017 году выручка Crocus от сдачи недвижимости в аренду выросла на 40% — с $265 млн до $370 млн. За счет чего такой рост?

— Рост произошел за счет того, что мы открыли еще несколько объектов. Чтобы не потерять арендаторов, мы дали скидки, и в 2015–2016 годах у нас была маленькая выручка, а в 2017 году она чуть-чуть восстановилась. Мы все равно не дошли до докризисного уровня [2014 года]: тогда у нас один Vegas собирал $100 млн, а после кризиса — три Vegas собирали $110 млн. Вот и вся арифметика.

ТРК Vegas Крокус Сити
ТРК Vegas Крокус Сити

— Какие новые девелоперские проекты вы планируете запустить в ближайшее время?

— В ближайшее время ничего мы не запустим. А через два года, возможно, мы построим четвертый Vegas, который обойдется в 20 млрд руб. Мы очень долго работали над темой Лондона: у нас в четвертом Vegas должен был быть мост Ватерлоо, а кровля — напоминать кровлю Британского музея. Сейчас не знаю, как это все срастется с реальной действительностью, с учетом ненависти к Лондону.

— А другие новые проекты?

— Нет. У нас здесь [в Красногорске] — миллион квадратных метров, такой «Крокус Сити». Мы первую башню «Сити» начали [строить] и встали из-за ситуации в Москве с арендой площадей, которых переизбыток. Два года назад мы ее законсервировали. Сейчас пока смысла нет продолжать.

— Здесь должна была появиться Trump Tower Дональда Трампа?

— Да, была договоренность, что мы построим «Трамп Тауэр» здесь. Ему [Трампу] площадка понравилась как перспективная. Но началась президентская кампания [в США], и проект отменился.

— И с тех пор у вас нет никаких проектов с компанией Дональда Трампа, которой теперь управляет его сын?

— Нет.

— Как попадание в «кремлевский доклад» Минфина США отразилось на вашем бизнесе?

— С западными банками мы не работаем. Единственный вопрос возник: у меня самолет, который был закредитован в американском банке Stonebriar Commercial Finance. Они тут же сказали, что либо мы у вас конфискуем самолет, либо закрывайте долги. Мы закрыли, $20 млн вынуждены были закрыть своими деньгами.

— То есть это такая эмоциональная реакция пока со стороны банка? «Кремлевский доклад» не предполагает каких-то прямых ограничений.

— Я думаю, нет. Я думаю, пришла указка такая.

— Известно, что основной кредитор Crocus Group — Сбербанк. Какова сейчас кредитная нагрузка компании?

— $1,85 млрд. У нас часть [долга] в долларах, часть в рублях, часть даже перевели сейчас в евро: 1,3 млрд было в долларах, стало 1,1 млрд в евро. Еще $550 млн — в рублях.

— А почему перевели в евро?

— В евро ставка ниже. Средняя ставка по кредитам сейчас ниже, чем была.

«В России самые строгие требования к противопожарной безопасности»

— Около года назад вы обещали передать построенную вами в 2009 году станцию метро «Мякинино», из вестибюля которой можно попасть в «Крокус Сити», на баланс города. Процесс завершен?

— Нет еще, потому что сейчас идет процесс согласования переходов: противопожарная безопасность, экспертиза. В общем, там очень длинная процедура.

Фото: Николай Галкин / ТАСС

— Но условия по безопасности ведь единые для частного бизнеса и для государства?

— Смотрите, у нас была построена станция метро, которая была сдана в эксплуатацию. Потом мы сделали проект и достроили переходы из метро: один в «Крокус Сити Холл», а второй — во второй корпус «Крокус Экспо». Приняли решение, что надо заново пройти экспертизу со всей станцией вместе с переходами. И вот сейчас мы прошли этот круг, инвестировали еще 30 млн руб., «Метрогипротранс» разработал проект, мы его сдали в экспертизу, сейчас мы ждем результатов.

— После трагедии в Кемерово возможны ужесточения требований пожарной безопасности в торговых центрах?

— В России самые строгие требования к противопожарной безопасности. Когда вы делаете проект, в нем есть раздел «Противопожарная безопасность», он стоит в районе 5–7% от стоимости всего проекта. Если вы его не сделаете, то вы никогда не получите ЗОС (заключение о соответствии. — РБК). Не получите ЗОС — не сдадите здание в эксплуатацию.

Конечно, [после пожара в Кемерово] будут проверять все торговые центры. Пусть проверяют, главное, чтобы не приняли каких-то идиотских решений. Скажут, что нельзя строить торговые центры больше одного этажа или кинотеатр должен быть на первом этаже. Тогда фактически торговый центр построить будет невозможно.

Последствия пожара в кемеровском ТЦ «Зимняя вишня». Фоторепортаж
Фотогалерея 
Пожар в торговом центре «Зимняя вишня» в Кемерово произошел в воскресенье, 25 марта, около полудня по московскому времени. Спустя несколько часов в здании рухнула кровля на площади 1,5 тыс. кв. м.

— Как вы считаете, кто должен нести ответственность за такую трагедию? Владелец здания, управляющая компания, арендатор, субарендатор?

— Естественно, надо разобраться, кто в чем виноват. Если проектировщик неправильно запроектировал здание с точки зрения противопожарной безопасности, экспертиза это пропустила и Ростехнадзор это подписал, то при чем тут владелец здания? Он выполнял проект. Либо наоборот: они все сделали правильно, вы здание получили и в процессе его эксплуатации все взяли и переделали, то в этом случае вы виноваты.

— В послании Федеральному собранию президент Владимир Путин назвал одной из основных задач на ближайшие шесть лет развитие транспортной системы и инфраструктуры. Много ли бизнесменов вашего уровня, и вы в том числе, будут в этом участвовать — с учетом всех тех проблем, которые вы называли?

— Как ни странно, сегодня все это упирается в ключевую ставку ЦБ: экономика, зарплата и т.д. Есть же страны, где процентная ставка 1,5–2%. Бизнес приходит, получает деньги. Представьте себе, что у «Крокуса» процентная ставка была бы не 6–7, а 1,5%. Тогда бы у меня кредиторская задолженность была не $1,8 млрд, а в четыре раза больше. «Крокус Сити» был бы не один, а четыре. Работали бы не 35 тыс. человек, а 140 тыс. человек. Я бы налогов платил не 3,5 млрд руб., а ровно в четыре раза больше.

СберПро Медиа Интересное

Меры государственной поддержки бизнеса: подборка за I квартал 2024 года

СберПро Медиа Финансы

Как новое поколение недропользователей меняет золотодобычу: кейс «Золото Дельмачик»

СберПро Медиа Интересное

Кто такой CSM? И зачем бизнесу менеджер по успеху

СберПро Медиа Туризм

Отдохнуть и полечиться. Какие туристические проекты запускались
в 2023 году в России

СберПро Медиа Интересное

На диджитал-рельсы: как правильно организовать цифровизацию в компании

СберПро Медиа Недвижимость

Барометр отрасли: рынок строительного подряда

СберПро Медиа ТМТ

В каждом смартфоне. 9 трендов в разработке мобильных приложений

СберПро Медиа Лесопромышленный комплекс

Барометр отрасли: лесопромышленный комплекс

СберПро Медиа Интересное

Как российские компании переходят на отечественные АБС-пластики

СберПро Медиа Интересное

Нейросетевой мозг
для кобота. Ключевые тренды российской робототехники

Авторы
Теги
Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.

  

Лента новостей
Курс евро на 20 апреля
EUR ЦБ: 99,58 (-0,95)
Инвестиции, 19 апр, 16:51
Курс доллара на 20 апреля
USD ЦБ: 93,44 (-0,65)
Инвестиции, 19 апр, 16:51
Захарова заявила, что военная помощь США усугубит мировые кризисы Политика, 22:54
Семья Варданяна сообщила о первом звонке после объявления голодовки Политика, 22:30
Глава Минюста Украины предупредил о мерах по «стимулированию» уклонистов Политика, 22:17
Байден призвал сенат «быстро отправить ему на стол» проект о помощи Киеву Политика, 22:14
Лучший новичок НХЛ сыграет за сборную Канады на чемпионате мира Спорт, 21:46
ЦСКА пропустил два гола в концовке и проиграл «Ахмату» Спорт, 21:26
Суд отложил арест дяди и брата подозреваемого в убийстве из-за парковки Общество, 21:21
Тайм-менеджмент: как больше успевать
За 5 дней вы пересмотрите свой подход к планированию и научитесь разным инструментам тайм-менеджмента
Подробнее
Зеленский после продления помощи США пообещал «достичь мира силой» Политика, 21:17
«Манчестер Сити» обыграл «Челси» и вышел в финал Кубка Англии Спорт, 21:14
Кремль оценил последствия продления военной помощи США Украине Политика, 21:12
Палата представителей США одобрила продолжение финансирования Украины Политика, 20:47
В аэропорту Калуги ввели план «Ковер» Политика, 20:32
Над Московской и Тульской областями сбили украинские воздушные шары Политика, 20:26
Палата представителей одобрила изъятие активов России в пользу Украины Политика, 20:25