Глава «Траста» назвал арест своего зама ударом для предпринимательства

Александр Соколов (Фото: Владислав Шатило / РБК)

Председатель правления банка непрофильных активов «Траст» Александр Соколов в интервью телеканалу РБК прокомментировал арест своего заместителя, главного исполнительного директора «Траста» Михаила Хабарова по обвинению в крупном мошенничестве.

«Это и сюрприз в негативной коннотации, и удар для всего коллектива и для меня персонально», — сказал Соколов. По его словам, на основании информации, которая есть сейчас, можно сделать вывод, что речь идет скорее о «споре хозяйствующих субъектов». Такие споры должны решаться в экономической, а не в уголовной плоскости. Такие прецеденты — удар и для инвестиционного климата страны, и для предпринимательства как такового, считает Соколов. «Если наши бизнесмены попадут в ситуацию, когда они в результате бизнес-конфликтов, неудачных экономических решений, не совершая преступлений, будут стоять перед риском уголовного преследования, то это крайне затруднит развитие предпринимательства», — подчеркнул топ-менеджер.

Соколов отметил, что Хабаров — одна из ключевых фигур «Траста». «Да и чисто по-человечески он нам близок», — сказал глава банка.

В «Трасте» Хабаров отвечает за управление промышленными активами, поступившими на баланс банка после санации трех крупных частных банковских групп — «ФК Открытие», Бинбанка и Промсвязьбанка. 9 октября Хабаров был помещен под арест до 30 ноября. 14 октября стало известно, что ему предъявили обвинения в мошенничестве в особо крупном размере (ч. 4 ст.159 УК РФ).

Дело против Хабарова было возбуждено по жалобе его бывшего делового партнера, владельца 43% логистического оператора «Деловые линии» Александра Богатикова. Он утверждает, что Хабаров в составе группы лиц похитил у него 900 млн руб., принудив заключить опцион на продажу 30% в «Деловых линиях».

Соколов рассказал, что на момент назначения Хабарова в «Траст» он слышал о корпоративном конфликте Хабарова в «Деловых линиях». «Мы понимали, что есть из прошлой жизни бизнес-спор, но мы не могли представить, что он перейдет в плоскость уголовного преследования», — сказал Соколов. В то же время он подчеркнул, что сам «Траст» никогда не переводил экономические споры в уголовную плоскость. Соколов признал, что во многих кейсах, которые ведет «Траст», есть составы уголовного преступления, о которых банк непрофильных активов сообщает правоохранителям. «Здесь важно не путать — это не перевод экономики в уголовку», — добавил он.

До 2014 года Хабаров руководил инвестиционной компанией А1 (входит в «Альфа-групп» Михаила Фридмана и партнеров). В 2014 году, по версии следствия, Хабаров, зная о проверках в «Деловых линиях», сообщил Богатикову, что проверки проводятся по его инициативе. Хабаров якобы пообещал Богатикову прекратить проверки и обеспечить покровительство за 30% от чистой прибыли компании ежемесячно (о версии следствия писал Forbes и подтверждал адвокат Хабарова). В случае отказа Хабаров пригрозил Богатикову привлечением к уголовной и налоговой ответственности, на самом деле не имея никакого влияния в правоохранительных и контролирующих органах, отмечают следователи.

После этого Хабаров якобы заставил Богатикова подписать договор об оказании услуг и опционное соглашение о продаже по фиксированной цене $60 млн 30% «Деловых линий». В итоге Богатиков, по версии следствия, с декабря 2014 по май 2017 года перечислил Хабарову 842 млн руб., которые Богатиков считает похищенными. В начале 2018 года Хабаров уведомил Богатикова о расторжении опциона и договора об оказании услуг, после чего обратился в Лондонский международный коммерческий арбитраж о взыскании с Богатикова $153 млн за убытки по опционному соглашению.

Расторжение опционного соглашения было связано с тем, что в 2018 году единственным владельцем «Деловых линий» стала компания «0578 Холдинг», в которой 43% принадлежали Богатикову, а 57% — нескольким физлицам, в том числе 12,5% — Татьяне Башмаковой, экс-гендиректору «Нафта Москва» Сулеймана Керимова. Переход 57% «Деловых линий» третьим лицам сделал де-факто невозможным выполнением заключенного в 2015 году опционного соглашения между Богатиковым и компанией Хабарова Caledor Consulting, указывал представитель последней.

Суд в Лондоне решил взыскать $58 млн с Богатикова. По мнению адвоката Хабарова Владимира Слащева, возбуждение дела — попытка «заставить Хабарова отказаться от взыскания с Богатикова этого долга.