Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Врач допустил переход коронавируса в сезонное заболевание Общество, 06:10 Доля проблемных микрозаймов превысила 40% после месяца самоизоляции Финансы, 06:00 Отец в декрете: зачем мужчине нужен отпуск по уходу за ребенком РБК и STADA, 05:52 Голосование по Конституции предложили провести на открытом воздухе Политика, 05:45 Бутылку коньяка 1762 года продали на аукционе Sotheby's за $145, 2 тыс. Общество, 05:34 Минобрнауки разрешило творческим вузам проводить экзамены очно Общество, 04:56 Способное достроить «Северный поток-2» судно вернулось в немецкий порт Бизнес, 04:27 Липецкий губернатор обратился к оппонентам фразой про чемодан и вокзал Политика, 04:18 Как конфликты стимулируют творчество в работе РБК и Сколково, 04:15 В Миннесоте привлекли нацгвардию США для разгона протестующих Общество, 03:51 Один человек пострадал при взрыве газа в жилом доме в Амурске Общество, 03:17 Бостонский марафон впервые отменили за 124-летнюю историю Спорт, 02:42 Минэкономразвития оценило падение ВВП в апреле на 12% Экономика, 02:38 Пожар произошел в билетных кассах на ж/д платформе «Выхино» Общество, 02:02
Экономика ,  
0 

Число банкротств компаний приблизилось к историческому рекорду

Число банкротств в России почти достигло исторического рекорда, установленного в 2009 году, подсчитал Центр макроэкономического анализа и прогнозирования. Из-за падения доходов населения все чаще банкротятся строительные компании
Фото: Виктор Бартенев / ТАСС
Фото: Виктор Бартенев / ТАСС

Количество банкротств в России в третьем квартале вновь выросло, констатирует Центр макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП). По сравнению со вторым кварталом их стало больше на 3% (эксперты делают поправку на сезонность). В сопоставлении с июлем—сентябрем прошлого года число банкротств увеличилось на 12,4%, до 3227.

На рост банкротств влияют два фактора, полагают аналитики. Первый — слабый потребительский спрос: реальные располагаемые доходы населения падают 12 кварталов подряд. За первые девять месяцев этого года они снизились на 1,2%, по данным Росстата.

«У нас не было такого длительного периода падения реальных доходов населения. Весь бизнес, ориентированный на потребительский спрос, пострадал наиболее сильно в этот кризис, и тренд здесь пока негативный», — подчеркивает председатель совета Московской международной валютной ассоциации, экс-глава департамента макроэкономического прогнозирования Минэкономразвития Кирилл Тремасов.

Вторая причина — медленное снижение ключевой ставки, считает ЦМАКП. В начале года она находилась на уровне 10%, а к концу октября снизилась лишь до 8,25%, в то время как инфляция падала более быстрыми темпами: преодолев таргет Центробанка в 4% еще летом, к концу октября она в очередной раз обновила постсоветский рекорд и достигла 2,7%. Президент Владимир Путин говорил, что это должно стать фактором снижения ключевой ставки. Но директор департамента денежно-кредитной политики ЦБ Игорь Дмитриев в четверг на круглом столе во ВШЭ о снижении ставки рассуждал сдержанно: «Сама по себе разница между ставкой и инфляцией ни о чем не говорит. Важен баланс рисков. За ним и следим». В месячных темпах дефляции до конца года не будет, а инфляция в следующем году вернется к 4% год к году, уверен он.

При анализе масштаба банкротств ЦМАКП опирается на официальные объявления о дефолтах и сайт Единого федерального реестра сведений о банкротстве.

Запас прочности иссяк

С точки зрения бизнеса ставка снижается «непонятным образом», слишком медленно, говорит член президиума генерального совета «Деловой России» Михаил Левчук. И это ощутимо в условиях особенностей последнего кризиса. Если прошлые кризисы компенсировались тем, что за счет девальвации рубля с рынка уходили иностранные товары, уступая место отечественным компаниям, то теперь такого эффекта нет, напоминает он: «Механизм скачка национальной валюты не сработал». Впрочем, в последние несколько месяцев динамика «скорее положительная», признает Левчук.

«Достигнутый по итогам августа—сентября уровень банкротств даже немного превысил пиковое значение марта 2015 года», — указывает ЦМАКП. Он лишь на 2,1% ниже исторического максимума октября 2009 года.

Проблема в том, что у многих компаний, которые не обанкротились еще в 2015 году, уже «иссяк» запас прочности, пессимистично указывает макроаналитик Райффайзенбанка Станислав Мурашов. Экспортеры еще могли защититься слабым курсом, но по прошествии двух лет этот фактор, а также тенденция по сокращению издержек уже не оказывают столь значительный эффект, считает он.

В нынешних условиях политика ЦБ не так важна, полагает Мурашов. Ставка ЦБ не главная проблема, ведущая к банкротствам, говорит и Тремасов: «Если банк видит, что спрос на вашу продукцию слабеет, он не перекредитует вас ни при каких ставках». Банкротства обычно связаны с небольшими компаниями, а им кредиты выдают в лучшем случае под 15%, указывает Мурашов, ​ на этом фоне масштабы снижения ставки довольно незначительны. Тем более такие фирмы, как правило, берут «перехватывающие» кредиты — на финансирование текущей деятельности, а не для долгосрочных инвестиций.

Кто банкротится больше всех

Интенсивность банкротств в третьем квартале увеличилась почти во всех отраслях. Она вернулась к максимальным значениям в торговле (300 банкротств в сентябре), пищевой промышленности, машиностроении. Всего в сентябре обанкротилось 1127 предприятий. Незначительно (на несколько единиц) снизилось число банкротств лишь в сфере коммерческих услуг и металлургии.

Наиболее негативная динамика наблюдается в строительстве. Число обанкротившихся компаний в этом секторе больше года ежемесячно обновляет исторические максимумы (в сентября 242 банкротства), видно из данных ЦМАКП. Ипотечное кредитование, которое могло бы прервать этот тренд, хоть и растет, но раньше оно росло гораздо большими темпами, напоминает Станислав Мурашов, а от слабого потребительского спроса строительство страдает довольно сильно. Вряд ли ситуация в жилищном строительстве изменится, так как для этого у граждан должна появиться уверенность в экономических перспективах, считает он, в целом же эту отрасль тянут вверх проекты инфраструктурных компаний и государства, а им дефолты не грозят.

Михаил Левчук из «Деловой России», который занимает должность исполнительного директора в компании по разработке систем безопасности, также наблюдает негативные тенденции в строительстве: «Мы приходим за строителями. Соответственно, мы эту динамику [банкротств] видим. Коммерческое строительство полностью остановилось».

Однако стройка — «специфический сектор», замечает Кирилл Тремасов: «Тут банкротства могут быть частью схем участников».