Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
В Москве побит столетний температурный рекорд Общество, 22:31 10% налога: как Катар привлекает финансовый бизнес РБК и посольство Катара, 22:19 Уволенный из ЦСКА Олич присоединился к сборной Хорватии Спорт, 22:19 Бастрыкин предложил перевести на удаленку непривившихся сотрудников СК Общество, 22:00 Чехия – Англия. Онлайн матча Евро Спорт, 22:00 Москалькова предложила принимать заявления о преступлениях онлайн Политика, 21:59 Число пострадавших в Ялте в результате наводнения превысило 50 человек Общество, 21:53 История инвестора: недвижимость vs фондовый рынок. Что выгоднее РБК и СберПервый, 21:50 Обвиненный в домогательствах экс-учитель школы МГУ подал иск к «Проекту» Общество, 21:45 Что происходит на Евро. День 12-й Спорт, 21:41 Путин созвонился с президентом Кубы в 80-ю годовщину начала ВОВ Политика, 21:35 Зобнин заявил о готовности взять на себя удар после вылета с Евро Спорт, 21:33 Зобнин рассказал о разговоре с Черчесовым после вылета с Евро Спорт, 21:31 Как отвлечься и снять напряжение РБК и «Галс», 21:21
Война санкций ,  
0 

Total сделала ставку на отмену санкций через три года

Один из крупнейших иностранных инвесторов в российскую нефтегазовую отрасль Total рассчитывает, что западные санкции в отношении России будут отменены в течение трех лет. Это зафиксировано в соглашении Total с ЛУКОЙЛом

​​​В конце июня стало известно, что французская Total выходит из совместного проекта с ЛУКОЙЛом по разработке Баженовской свиты в Ханты-Мансийском автономном округе​​ из-за западных санкций. Санкции запрещают европейским и американским компаниям работать на шельфе и добывать трудноизвлекаемую нефть в России. Но соглашение с ЛУКОЙЛом предполагает, что Total может выкупить свою долю (49%) в СП на Баженовской свите «на определенных условиях» в течение трех лет, если санкции перестанут этому препятствовать, рассказал журналистам генеральный представитель Total в России Жак де Буассезон.

СП ЛУКОЙЛа и Total было создано в мае 2014 года, французы внесли в него три лицензионных участка в ХМАО — Ташинский, Восточно-Ковенский и Ляминский-3, а ЛУКОЙЛ — Галяновский участок. Общая площадь этих участков составляет 2700 кв. км, а предварительные запасы оценивались в 70 млн т нефти. В геологоразведку стороны за два года собирались вложить $120–150 млн.

Представитель ЛУКОЙЛа подтвердил РБК, что компания договорилась с французами о трехлетнем периоде для возобновления партнерства. Впрочем, он может быть продлен, говорят два источника РБК, близкие к участникам переговоров. В конце июня, накануне собрания акционеров ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов говорил, что готов ждать возвращения партнеров столько времени, сколько потребуется.

ЛУКОЙЛ компенсирует Total стоимость ее лицензий, внесенных в СП, также заявил Алекперов. Буассезон это подтвердил, но сумму компенсации не раскрыл.

СП на Баженовской свите — второй российский проект, из которого пришлось выйти Total в 2015 году. Ранее сообщалось, что компания выходит из капитала Shtokman Development (ей принадлежало 25%), созданной для освоения Штокманского газоконденсатного месторождения. В 2012 году «Газпром», контролирующий Shtokman Development, решил заморозить проект, оставив его «для будущих поколений». Но до последнего времени французские партнеры работали над поиском рентабельной бизнес-модели. При возобновлении реализации этого проекта «Газпром» пригласит Total первой участвовать в нем, сказал тогда предправления «Газпрома» Алексей Миллер.

Несмотря на санкции, Total остается одним из крупнейших инвесторов в российский топливно-энергетический комплекс, ей принадлежит 18% НОВАТЭКа, 20% в ее главном проекте «Ямал СПГ» (бюджет проекта оцениваетcя в $27 млрд) и 49% в совместном проекте по разработке Термокарстового месторождения в Ямало-Ненецком автономном округе. Total также выступает оператором Харьягинского СРП в Ненецком автономном округе.

«Я верю, что санкции — это не тот путь, которым должна отрабатываться дипломатия, — заявил на Петербургском экономическом форуме президент Total Патрик Пуянне. Он выразил надежду, что санкции против России не будут такими долгосрочными, как против Кубы и Ирана — 20 и 25 лет соответственно.