Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
Рогозин, Эрнст и режиссер «Холопа» снимут первое кино в космосе Общество, 21:00 Путин назвал первоочередным вопросом продление договора СНВ-3 Политика, 20:59 Теннисист Хачанов отыгрался в концовке и победил немца Штруффа в Гамбурге Спорт, 20:58 Путин заявил о долгом восстановлении экономики после пандемии COVID-19 Экономика, 20:51 Против санкций и пандемии: главные выступления на Генассамблее ООН Общество, 20:50  Гендиректор «Зенита» оценил решение РФС о неверно засчитанном голе Дзюбы Спорт, 20:39 Футболистам «Ромы» заменили ничью на поражение из-за ошибки в заявке Спорт, 20:32 Адвокат объяснил прощение Ефремова матерью Захарова Общество, 20:26 Путин внес в Думу законы о правительстве, силовиках и судах Политика, 20:24 Пенсионные фонды и страховые фирмы объяснили интерес к криптовалюте Крипто, 20:15 Договор «Яндекса» и Тинькова, Путин о вакцине в ООН. Главные новости РБК Общество, 20:14 Итальянцы решили сократить парламент на треть Политика, 19:59 Акции «Яндекса» подорожали на фоне возможной покупки Тинькофф Банка Инвестиции, 19:56 Убийца Джона Леннона извинился через 40 лет после смерти музыканта Общество, 19:42
С.-Петербург ,  
0 

Эксперты назвали главную угрозу экономике Петербурга

Фото:Интерпресс / PhotoXPress.ru
Фото: Интерпресс / PhotoXPress.ru

Общее падение экономики России из-за коронакризиса завершилось. Об этом свидетельствуют августовские данные ЦБ. Из них следует, что отраслевые денежные потоки практически вышли на докризисный уровень, а в 43 из 86 основных отраслей даже оказались выше среднестатистической нормы. Говорить о полном восстановлении экономики пока не приходится, считают эксперты, однако предварительные итоги подвести можно. Главный позитивный итог для Петербурга заключается в том, что пандемия, хотя и сильно повлияла на отдельные отрасли, пока не вызвала серьезного провала. Впрочем, все еще может измениться к худшему, предупреждают специалисты и подчеркивают, что фактор неопределенности может оказаться более разрушительным для городской экономики, чем реальный ущерб от «коронакризиса».

Разрушающая обработка

Судя по цифрам, самый большой урон ВРП Петербурга (общий оборот организаций за январь—июль сократился на 12,2% от уровня прошлого года) «нанесла» обрабатывающая промышленность. При довольно значительном вкладе в ВРП (17,2%) и в общий оборот организаций (22,9%) спад в этой отрасли наибольший — ее оборот за отчетный период сократился на 21,1%. Это в 4 — 5 раз превышает падение в сфере торговли, у которой сопоставимая (17,7%) доля в ВРП.

На первый взгляд, такой результат не вполне коррелирует с информацией Смольного о том, что большая часть промышленных предприятий города продолжала работать (иногда, впрочем, с короткими перерывами) в период коронавирусных ограничений, в то время как значительная часть торговли (непродовольственными товарами) в это время не работала вовсе.

Объясняя полученную статистику, эксперты указывают на то, что оборот организаций включает их прибыль от реализации продукции, а прибыль в обрабатывающих отраслях упала очень сильно — на 33,4% (за январь—июнь). При этом объем произведенной продукции, который отражается в ИПП и косвенно — в потреблении электроэнергии, газа и пара, сократился гораздо меньше. Так, ИПП в обработке снизился всего на 3,5% — это в 6 раз меньше, чем оборот. Таким образом, цифры свидетельствуют о том, что продукция производилась, но прибыли не было.

«Административное» падение

Обрабатывающую промышленность «уронили» две ее ведущие отрасли — производство кокса и нефтепродуктов (доля в обработке 34%, падение оборота на 34,4%), а также производство автотранспортных средств, прицепов и полуприцепов (доля 14,5%, падение на 21,7%). Первая из них (в Петербурге она присутствует лишь административно) почти исключительно представлена «Газпром нефтью», чьи показатели обрушило соглашение в рамках ОПЕК+. От этого сегмента зависит бизнес многих инженерных и сервисных компаний, проектных, строительных организаций, которые в результате тоже пострадали. Это, в свою очередь, привело к ухудшению показателей важной для ВРП отрасли «Деятельность профессиональная, научная и техническая» и в меньшей степени строительной отрасли, ориентированной в основном на жилье.

Что касается падения в сегменте автопроизводства, оно было вызвано ухудшением рыночной конъюнктуры и запретом на работу автосалонов в период коронавирусных ограничений. Пищевая промышленность (также относится к сегменту обработки), включая напитки и табак (их совокупная доля 13%), в целом пострадала заметно меньше лидеров. Сокращение оборота в ней составило примерно 10%.

Мелкие неприятности

Данные по отгрузке говорят о том, что рост наблюдался всего в четырех важных отраслях: химические продукты, бумага и бумажные изделия, лекарства (включая материалы, применяемые в медицинских целях) и табачные изделия. А металлургия из-за остановки автокластера упала на целых 38%.

Промышленность, не имея сбыта в период обострения экономического кризиса, работала в значительной мере вхолостую — на склад. Отчасти это произошло из-за коронавирусных ограничений — нарушений поставок комплектующих из Китая и сокращения заказов от торговли, главным образом, непродовольственной. Об этом свидетельствуют данные по отгрузке промышленной продукции, где сокращения в некоторых сегментах достигали 30% (одежда), считает профессор кафедры экономики и управления предприятиями и производственными комплексами СПбГЭУ Елена Ткаченко.

В торговле наибольший спад оборотов был зафиксирован в рознице (-7,7%). Однако доля ретейла в общем обороте торговли невелика (около 16%). Оборот оптовой торговли (включая экспорт и торговлю между юрлицами), чей вклад в общий торговый оборот в 5 раз больше, чем у розницы (84%), упал всего на 4,1%.

Убытки выросли

Доля убыточных организаций во всех отраслях составила 28,9%. «Это довольно много, — считает Елена Ткаченко, — потому что до кризиса их было гораздо меньше». Особенно велика доля убыточных фирм в сфере культуры, спорта, досуга (64,9%), а также в сегменте гостиниц и общепита (60,6%).

Что касается важнейших отраслей (по вкладу в ВРП), убыточных предприятий оказалось много в сфере здравоохранения и социальных услуг (43,7%), в области транспортировки и хранения (32,5%), а также в сфере научной и технической профессиональной деятельности (36,1%). В области обработки таких компаний меньше — 26,2%. Общая сумма убытков в январе-июне выросла на 46,6%.

Правда, общий сальдированный финансовый результат (общая прибыль минус общий убыток) остается положительным (хотя и упал на 35,3%). Как поясняют эксперты, на общий результат повлияли организации, сумевшие получить большие прибыли, в том числе в наиболее значимых (по вкладу в ВРП) отраслях.

Некоторых кризис обогатил

Так на 47,9% выросла прибыль в строительстве. Директор Аналитического центра НИУ ВШЭ — Санкт-Петербург Анна Федюнина связывает это со специальной федеральной программой льготной ипотеки, принятой в мае, в период обострения коронакризиса, и оказавшей, как показывают данные, существенное влияние на объемы продаж.

Даже по явно неполным данным Петростата, на 16,9% увеличилась прибыль у предприятий информации и связи, на 16,4% — в торговле, на 13,6% — в сфере здравоохранения и социальных услуг. Больше всех нарастили прибыль (в 1,9 раза) предприятия сферы водоснабжения, водоотведения, а также организации, занимающиеся сбором и утилизацией отходов.

На 48,1% выросла прибыль в сфере образования, где сальдированный финансовый результат вырос в рекордные 3,8 раза (сильно сократились убытки). Эксперты объясняют это резким повышением спроса на дополнительное онлайн-образование в период карантина. «Многие люди использовали период вынужденного отстранения от работы для повышения своей квалификации или освоение другой профессии, или изучения иностранного языка, — полагает Анна Федюнина. — От этого вероятно больше всего выиграли небольшие образовательные организации, которые легко смогли переориентироваться на онлайн-обучение».

Структурные сдвиги

Директор Фонда «ЦСР «Северо-Запад» Марина Липецкая отмечает заметные структурные изменения спроса и производственных технологических цепочек, вызванные кризисом. «Нарушенные из-за коронавируса технологические цепочки начали восстанавливаться — но не в исходном виде. Они меняются. Некоторые секторы испытывают сейчас даже большее сжатие спроса, чем в период коронавирусных ограничений. Это более серьезный вызов для промышленных секторов, чем остановка в период обострения пандемии. Потому что период сжатия довольно долгосрочный», — поясняет Марина Липецкая.

По ее словам, на многих рынках объемы заказов восстанавливаются, но заказчики начали перестраивать технологические цепочки под новых поставщиков, в том числе, расположенных географически ближе, предлагающих более низкие цены и др. Коронавирус «ускорил» модернизацию многих предприятий, в связи с чем изменилась структура поставок для производства. Некоторые компании даже начали пересматривать свои стратегии. «Отрасли пришли в движение и это движение далеко от завершения. Реструктуризация, по сути, только начинается», — говорит Марина Липецкая.

Эти структурные изменения уже проявляются в ряде регионов, включая Ленобласть, где растет число экспортеров в категории МСБ и увеличивается объем несырьевого экспорта. Однако в Петербурге подобные тенденции пока не наблюдаются, отмечает Анна Федюнина. «Петербург не использовал свой потенциал в несырьевом экспорте средними компаниями, хотя в некоторых регионах он вырос на 7 — 10%, преимущественно в сфере продуктов питания», — говорит эксперт. Вероятно, это объясняется скромными масштабами пищевой промышленности Петербурга, которой для сбыта продукции хватает городского рынка.

Этап восстановления

Сейчас экономика Петербурга начала восстанавливаться, причем этот процесс стартовал уже в июле. ИПП как в обработке, так и во всей промышленности замедлил в июле падение по сравнению с июнем (на 3 и 2 процентных пункта соответственно). Снижается и итоговое (за период с января) сокращение оборотов — в обработке также на 3 п/п.

Рост финансовых показателей происходит еще активнее. Он начался даже раньше. Так, за январь-май падение сальдированного финансового результата (прибыль минус убыток) в обрабатывающей промышленности составило рекордные 78,9% (то есть, почти в 5 раз), прибыли — 72,1% (в 3,6 раза). Это сопоставимо с уровнем спада в гостиничном бизнесе и сфере общепита, где прибыль упала на 76,8%. Но за июнь падение в обработке сократилось более чем вдвое по обоим показателям — до 36,3% в финансовом результате и до 33,4% — в прибыли.

Главный враг

Однако стремительное, на первый взгляд, восстановление не вызывает особого энтузиазма у экспертов. «Это несомненно эффект низкой базы мая, — считает Анна Федюнина. — Поддерживать такие темпы восстановления обрабатывающая промышленность скорее всего не сможет и вскоре темпы заметно упадут. Больше всего, на мой взгляд, этому будет способствовать высокая неопределенность в экономике. Она обусловлена коронавирусными ограничениями, сохраняющимися в регионах, с которыми тесно связана наша промышленность, появляющимися новыми пакетами господдержки отдельных отраслей и вероятностью второй волны эпидемии. Так что такого быстрого восстановления, как после кризиса 2008 года, сейчас скорее всего не будет. Экономисты пока существенно не меняют свои прогнозы на нынешний и на 2021 годы».

Неопределенность, считает Анна Федюнина, замедлит восстановление и других отраслей, например, строительной. «Нынешняя динамика роста прибыли в строительстве (+47,9%) не сохранится в дальнейшем, — уверена эксперт. — С одной стороны, заканчивается та часть населения, которое способно взять даже нынешнюю, сверхльготную, ипотеку. А доходы граждан по-прежнему сокращаются. С другой стороны, застройщики, ввиду неопределенности, вряд ли будут инициировать новые крупные проекты. Так что рост продаж и прибыли остановится».

Повтор публикации от 10.09.2020