Миллиарды на крови: как сколотила состояние одна из самых юных миллиардерш

Фото: theranos.com

Пластырь с чипом

Будучи студенткой факультета химического инжиниринга Стэнфорда, юная Элизабет больше всего интересовалась лабораторными исследованиями. «Мой отец сделал много для оказания чрезвычайной помощи, и он всегда был в местах, где было много боли... Когда я думала о том, что оказало наибольшее влияние на мою жизнь, я думала о том, как во все времена люди теряли близких, потому что заболевания не были обнаружены достаточно рано. Я решила, что могу как-то бороться с этим», — объясняет она USA Today свой выбор.

Ее отец побывал на правительственной службе в странах Африки и в Китае. Кроме того, еще в школьные годы Элизабет прочитала биографию своего прапрадеда, известного врача, в честь которого даже назвали больницу Университета Цинциннати в Огайо. Сперва она подумывала тоже стать врачом, но потом поняла, что не выносит вида крови, поэтому предпочла диагностику.

Благодаря знанию китайского языка, который она изучала, когда вместе с родителями жила в Китае, Элизабет удалось пройти летнюю стажировку в сингапурском Институте генома, занимавшемся разработкой системы обнаружения вируса атипичной пневмонии в крови. Вернувшись осенью 2003 года в Пало-Альто (город в Калифорнии, где находится Университет имени Леланда Стэнфорда), 19-летняя студентка решительным шагом вошла в кабинет своего преподавателя, профессора Ченнинга Робертсона, и заявила: «Давайте создадим компанию».

Как пишет Fortune, Робертсон был знаком с Холмс более года, она посещала его семинар: «Я знал, что она была другой. Новый взгляд, которым она смотрела на сложную техническую проблему, — это было уникально в моей практике». Элизабет Холмс показала Робертсону патентную заявку на изобретение, которое, по его признанию, стало для него и очевидным, и неожиданным одновременно. Это пластырь, который, находясь на теле больного, не только позволял бы вводить препарат, но и мог бы контролировать параметры крови пациента. Врач мог бы убедиться, что терапия дает необходимый эффект, и корректировать при необходимости дозировку.

«Я помню, как она говорила: «Мы могли бы поставить на него чип мобильного телефона, и это устройство передавало бы врачу или пациенту данные о том, что происходит», — вспоминает Робертсон в интервью Fortune. Профессор уже 30 лет специализировался на исследованиях крови, но ему в голову не приходило простое решение объединить две функции в одном устройстве.

Сначала Робертсон попытался уговорить одержимую своей идеей второкурсницу подождать до окончания колледжа, но ей удалось заразить его своей идеей. Он сдался, потому что «увидел в ее глазах то, что можно было бы увидеть в глазах Стива Джобса или Билла Гейтса». Так, с благословения профессора, и родилась новая компания Theranos (название происходит от сокращенных слов «терапия» и «диагноз»).

Джобс в юбке

Примечательно, что Элизабет Холмс часто сравнивают с Джобсом, причем не только из-за ее страсти создавать нечто революционное. Эта хрупкая блондинка даже одевается, как легендарный основатель Apple: в простые черные водолазки. Изначально она вложила в Theranos, производящую инновационные тесты для крови, средства, сэкономленные от учебы (Элизабет бросила колледж). Но постепенно ее бизнес-идея привлекла таких серьезных инвесторов, как Draper Fisher Jurvetson, ATA Ventures, а также основателя Oracle Ларри Эллисона, вложивших в акции Theranos $400 млн.

По опубликованным в июне данным Fortune, инвесторы оценили компанию, не раскрывающую свои финансовые показатели, более чем в 9 млрд долл. Таким образом, состояние самой 30-летней основательницы фирмы, владеющей более 50% акций, превышает $4,5 млрд.

В идеи Холмс поверили не только инвесторы. В совет директоров компании входят бывшие госсекретари США Генри Киссинджер и Джордж Шульц, бывший глава Минобороны США Уильям Перри. «Ее железный настрой и большие интеллектуальные способности превратили меня из умеренного скептика в энтузиаста, — рассказал USA Today Киссинджер. — Мы не из тех, кто легко тратит свое время. Но нас впечатлило ее желание снизить расходы на здравоохранение и помочь таким образом развивающимся странам».

Холмс удалось сделать анализы действительно недорогими: по данным Fortune, стоимость тестов Theranos в 2—4 раза ниже цен в независимых лабораториях и в 4—10 раз — в лабораториях больниц.

Пациенты также рассказывают о том, что они не испытывают никаких болезненных ощущений благодаря запатентованной системе забора крови. Элизабет гордится этой системой не только потому, что она, как и многие, боится уколов и иголок, а также вида крови. Для страдающих от тяжелых заболеваний (например, онкологических больных), детей и ряда других пациентов очень важно отсутствие боли, а также та особенность тестов Theranos, что для них нужно во много раз меньше крови, чем для стандартных тестов.

Единственное, в чем уступает Theranos, обошедшая по текущей оценке ведущих игроков рынка, таких как Quest and LabCorp, — это скорость исследования: инфраструктура конкурентов позволяет делать экспресс-тесты, тогда как пациенты, воспользовавшиеся тестами Theranos, узнают результаты анализов только через несколько часов. Пока что результаты тестов Theranos обрабатываются лишь в двух собственных центрах в США и в 21 центре компании-партнера Walgreens.

Впрочем, экспансия Theranos не за горами: Walgreens намерена расположить центры обработки в значительной части аптек своей сети (всего их 8200 в 50 штатах). Это будет первым шагом амбициозного плана Холмс, согласно которому каждому американцу придется добираться до центра Theranos не дальше 5 миль.

Татьяна Глазкова