Эксперты оценили публикацию The National Interest о крахе гегемонии США

Фото: Alex Brandon / AP

Соединенные Штаты в последние годы возвращаются к идее изоляционизма, которые были популярны в стране до Первой мировой войны и администрации президента Вудро Вильсона, сказала в комментарии РБК старший научный сотрудник Института США и Канады Александра Филиппенко.

«В последние годы можно наблюдать откат к изоляционизму. Это мы видели даже в период президентства Обамы и, конечно, [экс-президента США Дональда] Трампа. Трамп считал, что прежде всего нужно заниматься внутренними делами и соответствовать национальным интересам», — сказала Филиппенко.

Изоляционизм — концепция в американской политической мысли, доминировавшая в стране до Первой мировой войны и в период между двумя мировыми войнами. Ее теоретики и сторонники полагали, что Соединенные Штаты не должны вмешиваться в европейские дела.

По словам Филиппенко, в пользу возрождения изоляционизма в США говорит отход Вашингтона от дела в Азиатско-Тихоокеанском регионе и Европе, вывод войск из Афганистана и Ирака, начавшийся еще при предыдущей американской администрации. Эксперт рекомендует не забывать о том, что, несмотря на победу на последних президентских выборах демократа Джо Байдена, Трампа поддержали примерно 70 млн американцев, а Белый дом «всегда учитывает мнение меньшинства».

«США по-прежнему остаются сильной державой, но это не страна-полицейский, это не однополярный мир, это не государство, которое обязано контролировать все остальные государства», — считает Филиппенко. По ее словам, многие американские эксперты полагают, что такой контроль стал причиной негативного отношения к Вашингтону в других странах, поэтому правительству лучше отказаться от этой политики.

Но, по словам Филиппенко, такой подход касается международных отношений, но не экономики.

«В экономике США хотели бы остаться лидером, и им очень важно, чтобы Китай не становился экономическим центром, чтобы юань не становился слишком сильным», — заключает эксперт.

Политолог Сергей Михеев в комментарии РБК высказывает мнение, что апогей американской силы, который пришелся на 1990-е годы, уже прошел. По его словам, Вашингтон теряет влияние в мире и экономическую силу.

«Фактически у них остается два рычага: финансовая власть (доллар — мировая валюта) и власть массовой культуры. Даже военная сила США уже давно не является однозначной», — считает Михеев.

Он добавил, что «деградация влияния» Соединенных Штатов «может произойти быстро, а может растянуться на сто лет». По словам эксперта, переживает упадок и американская мечта, поскольку многие американцы считают, что жить в стране стало плохо.

«Кроме того, они, как мне кажется, серьезно прокалываются, исповедуя некие двойные стандарты», — добавляет Михеев, поясняя, что, по его мнению, США давно перестали быть образцом демократии. «Период с Трампом и Байденом это очень хорошо показал», — заключает эксперт.

Ранее, 7 августа, в журнале The National Interest вышла статья под заголовком «Столкновение великих держав изменит Америку» за авторством профессора политологии и госуправления Университета Джорджа Мейсона Марка Каца. В ней автор делает вывод о постепенном уходе однополярного мира во главе с США, который возник после окончания холодной войны.

К такому заключению Кац приходит на основе нескольких аргументов:

• неспособность Вашингтона вести длительные военные кампании, например в Ираке и Афганистане;
• неэффективный ответ США на получение при поддержке Москвы независимости Абхазией и Южной Осетией в 2008 году, а также на присоединение Крыма к России в 2014-м;
• Соединенные Штаты уступают инициативу на Ближнем Востоке России, Ирану и Турции;
• неудачные попытки американских властей разрядить напряженность с противниками, в частности Ираном и КНДР, равно как и отговорить своих союзников от сотрудничества с этими странами.

Кац говорит о том, что Китай сам стремится к однополярности с Пекином во главе, в то время как Москва пытается создать третий полюс силы.

«С таким количеством разных государств, преследующих столько разных целей, то, что сейчас существует, — это скорее не многополярный мировой порядок, а многополярный мировой беспорядок», — полагает автор.

При этом он уточняет, что в этом нет ничего необычного, поскольку и предыдущие системы международных отношений были нестабильными, а их участники всегда стремились сформировать баланс сил в свою пользу.