Лента новостей
Голикова поддержала повышение возраста продажи алкоголя до 20 лет 04:24, Общество В хабаровском избиркоме назвали срок вступления в должность Фургала 04:07, Политика Голикова допустила продление программы маткапитала после 2021 года 03:44, Общество Владимирский избирком признал сбой в работе ГАС «Выборы» 03:23, Политика В «Роскосмосе» допустили создание научной станции на Луне вместе с США 03:16, Технологии и медиа Вслед за Хабаровским краем кандидат ЕР проиграл во Владимирской области 03:09, Политика В Чехии сильный ветер обесточил 140 тыс. домов 02:40, Общество «Газпром» лишился первого места в списке крупнейших энергокомпаний мира 02:23, Бизнес СМИ опубликовали новое видео прохода кораблей Украины под Крымским мостом 02:05, Политика Постпред США при ООН назвала вопросом времени уход Асада 01:22, Политика Кандидат от ЛДПР вышел вперед на выборах во Владимирской области 01:20, Политика Берлускони сообщил о планах участвовать в выборах в Европарламент 00:59, Политика ВМС Украины обвинили Россию в «опасных инцидентах» в Керченском проливе 00:48, Политика Владимирский избирком объяснил сбой работы онлайн-табло подсчета голосов 00:30, Политика ЛДПР отозвала наблюдателей во Владимирской области 00:07, Политика В Венесуэле задержали одного из главных организаторов покушения на Мадуро 23 сен, 23:28, Общество Патриарх Варфоломей заявил о праве Украины на автокефалию 23 сен, 23:16, Общество Генпрокурор Украины Луценко анонсировал свою отставку 23 сен, 22:52, Политика Во Флоренции гражданин Чехии напал на художницу Марину Абрамович 23 сен, 22:25, Общество CEO Porsche заявил об отказе от дизельных двигателей 23 сен, 21:44, Бизнес ЦИК назвала первые итоги выборов губернатора во Владимирской области 23 сен, 21:24, Политика В ОПЕК предсказали отставание России по добыче нефти от США в 2018 году 23 сен, 21:15, Экономика В Петербурге неизвестный открыл стрельбу и ранил мужчину 23 сен, 21:06, Общество «Спартак» и ЦСКА впервые за пять лет сыграли вничью в чемпионате России 23 сен, 21:03, Спорт Во Владимирской области завершился второй тур выборов губернатора 23 сен, 20:54, Политика Суд арестовал замглавы правительства Дагестана за превышение полномочий 23 сен, 20:18, Общество Как развивалась Windows: эволюция операционной системы 23 сен, 19:56, РБК и Microsoft В США отвергли обвинения президента Ирана в причастности к теракту 23 сен, 19:55, Политика
Марафон для хакеров: сколько приносит организация хакатонов
Свое дело, 21 июн, 11:00
0
Марафон для хакеров: сколько приносит организация хакатонов
Крупным компаниям нужны свежие идеи, а начинающим разработчикам — шанс получить большие заказы. Олег Мансуров зарабатывает на том, что помогает им встретиться
Олег Мансуров (Фото: Владислав Шатило / РБК)

«Не все хотят вечер пятницы проводить в баре», — утверждает основатель компании «Актум» Олег Мансуров. В конце почти каждой рабочей недели он устраивает хакатоны — конкурсы по программированию, где в борьбе за денежный приз молодые разработчики решают технологические задачи: придумывают сервисы и предлагают новые продукты. Для программистов это способ заработать и показать себя, а компании быстро и относительно дешево получают прототип продукта либо нанимают дефицитных сотрудников в штат.

«Актум» появился в конце 2017 года, а уже в мае 2018-го привлек 200 млн руб. инвестиций от «Лаборатории институционального проектного инжиниринга». Деньги пойдут на создание онлайн-платформы, позволяющей проводить технологические соревнования в интернете.

Что такое хакатон

Хакатон (англ. hackathon, сочетание слов «хакер» и «марафон») — это технологический конкурс для разработчиков, во время которого ИТ-специалисты сообща работают над решением какой-либо задачи.

Термин появился в 1999 году, а широкое распространение хакатоны получили в Кремниевой долине в середине 2000-х. Тогда компании и инвесторы начали использовать конкурсы по программированию для разработки мобильных приложений, сайтов, сервисов. Обычно конкурс длится от 8 до 72 часов, нередко программисты приходят со спальниками и ночуют прямо на площадке. «У людей при непрерывной командной работе открывается латеральное мышление (нестандартное. — РБК), они готовы выдавать необычные решения», — объясняет Мансуров. В конце участники презентуют результаты, авторы лучшего получают денежный приз — в России от нескольких сотен тысяч до миллионов рублей. За рубежом — до нескольких сотен тысяч долларов.

В США масштабные хакатоны проводят практически все лидеры индустрии. Их организуют Facebook, Google и TechCrunch. Созданное в 2010 году в рамках одного из хакатонов TechCrunch приложение GroupMe было затем продано Skype за $85 млн. По данным Google Trends, количество запросов слова hackathon за последние пять лет выросло в 4,3 раза. У одного из крупнейших организаторов хакатонов AngelHack 150 тыс. членов, которые реализовали более 10 тыс. проектов.

В России хакатоны появились около шести лет назад: изначально как конкурсы для сотрудников компаний, затем как соревнования независимых разработчиков. Сейчас компании редко проводят такие мероприятия сами, обычно привлекают посредников-организаторов, имеющих выходы на аудиторию программистов. Средний бюджет хакатона составляет 2–3 млн руб., опрошенные РБК участники рынка оценивают его объем в 2017 году в 1 млрд руб., в 2018 году ожидается рост в полтора раза. Основные игроки-организаторы: «Актум», Spinon, Zucker Studio, Science Guide, Russian hackers, BlockchainHack и др.

Студенты и корпорации

27-летний Олег Мансуров родом из Кишинева, его семья переехала в Москву, когда он учился в школе. Будущий предприниматель получил образование на кафедре материаловедения цветных металлов МИСиС, а со второго курса параллельно учился в колледже на огранщика алмазов. Во время учебы запустил стартап по изготовлению искусственных бриллиантов SkyDiamond, но технология оказалась сложной и дорогой, поэтому проект закрыл.

Зато Мансуров нашел способ находить «бриллианты» среди собственных однокурсников. В 2013 году он попал на стажировку в Министерство экономического развития. Там он искал студенческие научно-исследовательские разработки, которые могли бы пригодиться корпорациям, — общался с представителями АЛРОСА, «Роснефти», «Росатома». «В корпорациях ни у кого не доходили руки до работы со студентами, и мои предложения были довольно интересные для руководства», — уверяет Мансуров.

В итоге он создал в МИСиС проект, который помогал группам студентов-разработчиков находить общий язык с корпорациями: приглашал экспертов, проводил образовательные курсы по предпринимательству, проектные сессии, где помогали создавать инновационные проекты, — к 2014 году в вузе появилось около 20 таких компаний.

«В МИСиС нам стало тесно», — вспоминает предприниматель. Переломный момент случился, когда в 2016 году ему предложил встретиться Оскар Хартман (основатель KupiVIP.ru, Carprice, Aktivo, CarFix), который тогда был президентом «Рыбаков Фонда». Фонд собирался создать всероссийскую программу по развитию студенческого предпринимательства и предложил Мансурову ее возглавить.

Проект назвали «Преактум» — он популяризировал предпринимательство в 83 вузах, устраивал конкурсы для стартаперов, где разыгрывались гранты на развитие проектов, и хакатоны для корпораций. За финансирование отвечал «Рыбаков Фонд» — общий бюджет проектов за 2017 год Мансуров оценивает в 40 млн руб.

Олег Мансуров (Фото: Владислав Шатило / РБК)

Сила хакатона

Роль наемного менеджера Мансурова не привлекала, а спрос на хакатоны со стороны бизнеса был высок. Осенью 2017 году он решился пуститься в свободное плавание — в декабре зарегистрировал юрлицо «Актум» (от лат. «действие»), а в январе получил заказы на хакатоны — первыми были группа компаний VRTech и Внешэкономбанк. «Рыбаков Фонд» сменил роль работодателя на заказчика — теперь фирма Мансурова организует хакатоны и для него. Представители фонда подтвердили это РБК, но обсуждать детали отказались. Если «Преактум» работал в основном со студенческой аудиторией 19–20 лет, то «Актум» — с технарями и гиками 25–27 лет.

На старт ушло около 1 млн руб. на создание сайта, расходные материалы и сувениры, зарплату трех сотрудников и оплату услуг подрядчиков. «Основная проблема хакатонов не в организации их как мероприятий — не в кейтеринге, столах, стульях и так далее, а в постановке задачи, в подключении сообщества: поиске экспертов и участников, привлечении программистов, формировании команд», — рассказывает Мансуров.

Зачем хакатоны нужны корпорациям? Как правило, они помогают решать нестандартные задачи. Так, «Газпром нефти» нужен был софт, чтобы проверять историю использования бурового оборудования и предотвращать искажение данных. Ключевой вопрос был, подходит ли для этой задачи технология блокчейн. «Мы увидели ценные идеи для реализации задачи. После хакатона взяли на заметку команды и людей, компетентных в области блокчейна», — рассказывает Максим Шадура, начальник управления информационных технологий, автоматизации и телекоммуникаций «Газпром нефти».

А, например, компания VRTech провела в Москве хакатон VRGame, где победила команда из Московского политехнического университета. Разработчики создали прототип многопользовательской игры для павильона виртуальной реальности VRTech. Сейчас проект дорабатывается. По прогнозам организаторов, ежемесячный доход победителей после запуска игры составит от 40 тыс. руб.

На хакатоне в Казани, который компания организовала по заказу Казанского государственного энергетического университета, компаний QIWI Blockchain Technologies и EnergyNet, участники разрабатывали блокчейн-технологии для энергетики. А в Москве по заказу Роспатента придумывали, как блокчейн применить для федеральной службы. «Мы им дали два достаточно сложных, но интересных кейса — применение блокчейна для регистрации разработок, изобретений и создание блокчейн-платформы для трансфера технологий. Лучшие из команд получили от нас и наших партнеров денежный сертификат на 200 тыс руб. и приглашение поработать в Роспатенте над внедрением этих технологий. Сейчас мы с ребятами-разработчиками на связи, прорабатываем возможность использования предложенных ими технологий», — рассказал заместитель директора Федерального института промышленной собственности (структура Роспатента) Александр Горбунов.

По словам Мансурова, 70% клиентов хотят с помощью хакатонов привлечь кадры, 20% ищут новые технологические решения, остальные следуют моде. Помимо корпораций соревнования программистов нередко заказывают университеты и региональные власти.

Экономика хакатона

Как правило, заказчики хакатонов — это крупные корпорации, поэтому компания часто проходит через процедуру тендеров. На подготовку к каждому уходит до месяца. Мансурову пришлось нанять сотрудника, который отвечает за подготовку документов. При этом деньги компания получает только через несколько месяцев после мероприятия. В начале года предпринимателю пришлось отказаться от ряда перспективных проектов, чтобы избежать кассового разрыва.

В «Актуме» 70% клиентов приходят через сарафанное радио. Сейчас в месяц компания организует от двух до четырех конкурсов, бюджет каждого составляет до 2,5 млн руб., прибыль организаторов — около 18%. В основную статью расходов входит фонд оплаты труда команды, которая отвечает за определение целей заказчиков, составление программы, работу с участниками и экспертами. В среднем подготовка занимает от трех недель до полутора месяцев.

Аренда площадки и оборудования в среднем съедает около 200 тыс. руб., еще 250 тыс. уходит на кейтеринг. «Люди хорошо работают, когда они сытые», — объясняет Мансуров. Призовой фонд компании определяют сами, рекомендуемый уровень для столицы составляет 600 тыс. руб. для трех призовых мест (в одной команде обычно четыре-пять человек). Самый крупный призовой фонд «Актума» составил 1,5 млн руб. в апреле на хакатоне AplaBlockchainHack, который заказали «Газпром нефть», Роспатент, компания Apla и «Рыбаков Фонд».

У щедрых призовых есть обратная сторона. По словам Мансурова и других участников рынка, они породили класс разработчиков, для которых призовые стали основным источником доходов. Эти люди относятся к хакатонам как к спорту, хорошо справляются с задачами, но за время конкурса они успевают только создать прототип, а потом получают призовые и бросают проект. «Для молодежи это своеобразный фан, они собираются на два-три дня, объединяются в команды, решают задачу или не решают, пробуют свои силы. Затем команды так же легко распадаются. Это снижает пользу для корпораций», — объясняет Максим Шадура. По его мнению, более эффективны мероприятия, где участвуют команды не только стартаперов, но и уже действующих компаний, а в качестве приза победитель получает контракт на разработку готового продукта. ​

Онлайн-масштаб

Выручка компании «Актум» в апреле 2018 года составила 5 млн руб.: 4 млн руб. принесла организация хакатонов, 1 млн — дополнительные услуги (например, рекрутинг), прибыль составила 600 тыс. руб. Компания уже договорилась о выходе на международный рынок — в июле 2018 года проведет хакатон в Праге по заказу компании Apla.

Организация офлайн-хакатонов — бизнес сродни проведению концертов, его сложно масштабировать. Поэтому Мансуров делает ставку на создание цифровой платформы для проведения технологических конкурсов Actum.Online. Живые встречи обходятся дорого, а интернет позволяет снизить издержки и, таким образом, поможет привлечь компании из малого и среднего бизнеса, уверен предприниматель. На мировом рынке уже есть серьезные конкуренты — например, это платформа Kaggle, которую выкупила в прошлом году Google. И проект Alibaba Group — Tianchi, одним из направлений которого является организация онлайн-хакатонов. На платформе зарегистрированы более 150 тыс. разработчиков из 80 стран. Первым партнером этого проекта в России стал МГУ.

Работать Actum.Online будет так. На сайте размещается информация об участниках-разработчиках: профиль, история успехов на мероприятиях, профессиональные достижения. Заказчики могут выбирать специалистов под свои задачи и собирать из готовых модулей программу.

Олег Мансуров (Фото: Владислав Шатило / РБК)

Над созданием онлайн-площадки команда работает полгода, это уже обошлось Мансурову в 3 млн руб. Тестирование платформы начнется в июле 2018 года, а прототип обещают запустить до конца года. Площадка замышляется как международная — у нее будут английская, немецкая, французская, арабская, индийская и китайская версии.

В идею онлайн-хакатонов поверил председатель правления консалтинговой компании «Лаборатория институционального проектного инжиниринга» Артур Пахомов — он согласился инвестировать в проект 200 млн руб. до конца 2019 года (по расчетам РБК, инвестор получит 25% «Актума»). «Болевые точки нашего рынка — низкая квалификация молодых специалистов и несоответствие системы образования практическим навыкам, которые требуются корпорациям, — объяснил РБК Пахомов. — Без раскачки и развития предпринимательских навыков у молодых специалистов проблему не решить».

Взгляд со стороны​

«Часто желание сыграть на хайповой теме становится главной целью»

Александр Ильченко, начальник отдела корпоративных коммуникаций в компании «Сбербанк-Технологии»

«ИТ-компании проводят хакатоны ради поиска новых идей или разработки прототипов будущих продуктов. Поначалу это хорошо работало. Но я уже давно не слышал о действительно прорывных технологиях и продуктах, открытых миру на хакатонах и получивших дальнейшее развитие. На ум приходит только пример из 2011 года, когда два бразильских программиста придумали сервис для визуального отслеживания машин такси на карте, а сейчас это привычный всем функционал.

Компании, особенно не связанные с ИТ, нередко используют хакатоны просто для привлечения внимания к своим брендам. Часто желание получить PR-эффект и сыграть на хайповой теме становится главной целью, а идея соревнования по решению какой-то задачи уходит на второй план.

Мы рассматриваем хакатоны как площадку для поиска потенциальных кандидатов на работу. Задачи, с которыми сталкиваются большие компании, часто оказываются слишком сложными, чтобы команда из двух-трех разработчиков могла решить их за несколько дней или даже недель.

В то же время на ИТ-рынке сохраняется дефицит квалифицированных специалистов, игроки заинтересованы в привлечении талантливых сотрудников. Именно поэтому новые хакатоны будут проводиться, будут появляться новые гибридные форматы».

«Через год-полтора все наиграются»

Мария Подлеснова, партнер организатора хакатонов Spinon

«Сейчас бум хакатонов, любая компания хочет его провести: неважно, нужен он ей на самом деле или нет. Но это время скоро закончится, через год-полтора все наиграются. Все большую популярность набирают такие форматы, как чемпионаты по анализу данных, а хакатоны, скорее всего, изживут себя. Я не очень верю в автоматизацию ручных процессов, которую предлагает сервис Мансурова. Хакатоны настраиваются очень индивидуально. Это работа с людьми: заказчиками, командами — очень важен человеческий фактор».

«Инструмент для тестирования и поиска конкретных людей»

Ольга Туржанская, директор венчурного направления QIWI Venture

«Наша компания начала проводить хакатоны для сотрудников в 2012–2013 годах. Первый публичный провели в 2014 году — искали проекты для нашего акселератора. Цели хакатона могут быть различными: тестирование гипотез, привлечение команд, поиск разработок и подрядчиков. Все это можно сделать очень быстро.

Основная проблема хакатона в том, что люди, которые ходят на конкурсы, любят быстро начинать делать продукт, но доводить до совершенства — нет. Это не совсем эффективный инструмент для запуска продуктов. Хакатон — инструмент для тестирования и поиска конкретных людей».