Лента новостей
Израильская газета сообщила об обсуждении США авиаудара по Ирану Политика, 02:10 Xiaomi впервые представила смарт-телевизоры на российском рынке Технологии и медиа, 01:59 Россия сократила вложения в госбумаги США до минимума c мая 2007 года Экономика, 01:26 Появилось видео с места стрельбы на параде в Торонто Общество, 01:25 La Vanguardia узнала причину смерти 14-летней россиянки в Испании Общество, 01:12 Директор Фонда кино сообщил о нападении на него в Москве Общество, 00:46 Во время стрельбы на параде в Торонто оказался премьер-министр Канады Общество, 00:21 Росимущество ответило на претензии аудиторов по аренде земли в Москве Экономика, 00:15 В УЕФА заявили о переговорах с «Газпромом» о спонсорстве вопреки санкциям Спорт, 00:00 Во время чемпионского парада «Торонто Рэпторс» открыли стрельбу Общество, 17 июн, 23:55 Два немецких НПЗ начали получать чистую нефть по «Дружбе» Бизнес, 17 июн, 23:47 Суд на Кипре вновь заблокировал часть акций BelkaCar Бизнес, 17 июн, 23:37 «Медуза» сообщила о допросе сотрудников издания по делу Голунова Общество, 17 июн, 23:15 Власти предложили сделать исключение для Калининграда при изоляции Рунета Технологии и медиа, 17 июн, 22:57
Мнение ,  
0 
Андрей Яковлев Екатерина Ходжаева Антон Казун Спрос на право: кому нужны адвокаты в России
Несмотря на ужесточение законодательства, спрос на услуги адвокатов падает. И будет падать дальше, если адвокатура не начнет всерьез бороться за свою репутацию вместе с добросовестным бизнесом и гражданским обществом

Адвокаты «по назначению»

Справедливый суд невозможен без сильной и независимой адвокатской корпорации, представляющей законные интересы граждан. Но все ли в порядке на стороне защиты в России? Приведем два примера.

Адвокат Светлана Манукян дважды помешала правоохранителям приписать резонансное убийство подозреваемым, непричастным к этому преступлению. Но в результате сама столкнулась с обвинениями в фальсификации доказательств, и три уголовных дела, возбужденных против нее следователями, были прекращены только по решению Генпрокуратуры.

Альтернативный пример — недавнее громкое дело Светланы Давыдовой, арестованной по обвинению в госизмене за звонок в посольство Украины. Адвокат Стебенев, назначенный судом защищать ее интересы, утверждал, что Давыдова якобы просила не ходатайствовать об отмене ареста, а также не предоставил в суд документы о наличии у нее семерых несовершеннолетних детей и пропустил срок подачи жалобы на арест. В итоге на Всероссийском съезде адвокатов в конце апреля замминистра юстиции Елена Борисенко подняла вопрос об адвокатах «по назначению», которые ведут одновременно по 50–​​60 дел и подчас просто подписывают бумаги, принесенные следователем, не защищая интересы своих подзащитных. По словам Борисенко, претензии к работе таких адвокатов серьезно подрывают позиции тех, кто пытается повысить статус адвоката.

Нужно сказать, что в середине апреля Стебенев был лишен статуса адвоката за нарушение закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» и Кодекса этики адвоката. А Светлана Манукян стала лауреатом Национальной премии в области адвокатуры и адвокатской деятельности. Но очевидно, что сложившаяся ситуация ненормальна. И для ее изменения важно понимать, что происходило с адвокатской профессией в последние десятилетия.

Массовая профессия

Сегодня в России около 70 тысяч адвокатов. Будучи в советское время относительно закрытой и элитарной, в 1990-е годы эта профессия стала массовой. Однако тогда же на фоне откровенной слабости государственных институтов в правоохранительной и судебной системе расцвела коррупция, а в самой адвокатуре произошло серьезное размывание профессиональных стандартов. Исчезли барьеры для входа в профессию, которые в советское время поддерживались адвокатскими коллегиями: они предъявляли высокие требования к новым членам и объективно могли отбирать среди кандидатов «лучших из лучших». В 1990-е двери в профессию оказались открыты для тысяч новых юристов, многие из которых ранее работали в правоохранительных органах. И достаточно часто такие адвокаты, опираясь на старые связи, стали выступать как посредники по «решению проблем» на следствии, в судах и прокуратуре.

В начале 2000-х адвокатское сообщество пыталось решить эти проблемы путем введения базовых норм саморегулирования профессии на основе закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», которым вводилась система адвокатских палат, квалификационные требования и экзамены для адвокатов. Однако дискуссии о защищенности прав адвокатов, об их отношениях с представителями судов и правоохранительных органов, о качестве юридических услуг и профессиональных стандартах свидетельствуют, что адвокатское сообщество остается крайне неоднородным и сталкивается с серьезными вызовами.

Что происходит в адвокатуре

Исследование, проведенное Институтом анализа предприятий и рынков НИУ ВШЭ и Институтом проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге, впервые позволяет увидеть российскую адвокатуру в «зеркале цифр». В октябре—декабре 2014 года мы опросили 3317 адвокатов в 35 регионах России (это 4,7% всех действующих адвокатов). Среди них довольно много людей с опытом работы в органах адвокатского самоуправления, но 75% наших респондентов — обычные, «рядовые» адвокаты, благодаря ответам которых мы смогли оценить карьерные траектории адвокатов и спрос на их услуги, понять отношение адвокатов к правоохранительной системе и доминирующие у них ценностные установки. Наш опрос позволяет сделать несколько выводов.

1. Спрос на услуги адвокатов сокращается. Лишь 22% респондентов отметили повышение спроса на свои услуги в последние 5 лет, 41% говорили о его снижении. Это происходит на фоне бурного расширения регулирования и ужесточения законодательства, а также несмотря на то, что число адвокатов в России по-прежнему заметно меньше, чем в большинстве развитых стран и в переходных экономиках.

Руководители адвокатуры объясняют падение спроса в том числе недобросовестной конкуренцией со стороны частнопрактикующих юристов, которые не ограничены никакими нормами и правилами. Эту точку зрения разделяют и рядовые адвокаты. 83,5% из них хотели бы расширения адвокатской монополии, чтобы она распространялась не только на уголовное судопроизводство, но и на другие типы судебного процесса. Однако подобное ограничение для юристов, не входящих в корпорацию, не решит проблему спроса на адвокатские услуги: спрос будет расти, только если клиенты будут видеть эффект от работы адвоката.

2. Роль адвокатов в российской правовой системе маргинальна. В этом и состоит фундаментальная причина сокращения спроса на адвокатские услуги: адвокаты фактически не имеют возможности эффективно защищать интересы своих клиентов, что ведет к падению престижа адвокатуры. 48% опрошенных адвокатов согласились, что обычные граждане относятся к юристам с недоверием. Преодолеть это недоверие можно лишь в том случае, когда реальная роль адвокатов в судебном процессе изменится и на деле будет обеспечена его состязательность.

Предпосылкой для таких изменений является консолидация адвокатского сообщества и его взаимодействие с группами, заинтересованными в повышении независимости судов: с добросовестным бизнесом, организациями гражданского общества, с добросовестной частью чиновников. Движущей силой подобной консолидации способно стать «здоровое ядро», которое сохраняется в российской адвокатуре, несмотря на размывание профессиональных стандартов.

3. Спрос бизнеса как фактор независимости адвокатов. Из общей тенденции сокращения спроса есть исключение: в относительно небольшой — около 18% респондентов — группе самых востребованных адвокатов баланс оценок динамики спроса положителен. Эта группа чаще специализируется на гражданских делах и активно работает в арбитражных судах, представляя интересы бизнеса. В рядах российских предпринимателей есть и добросовестные, и те, кто уходит от налогов, занимается мошенничеством и рейдерством (как правило, в сговоре с недобросовестными правоохранителями). Но если последние предпочитают не афишировать свою деятельность, то добросовестные компании все чаще предпринимают коллективные действия по изменению системы правоприменения. И этот ориентированный на развитие бизнес — естественный союзник адвокатуры в продвижении независимости судов и повышении роли адвокатов.

4. Неоднородность правоохранительной системы. Данные нашего опроса подтверждают общественный скепсис в отношении качества правоприменения. 24% наших респондентов говорят, что представители правоохранительной и судебной системы часто нарушают права их клиентов, и еще 31% — что «права клиентов нарушаются иногда». Но есть существенные различия для разных ведомств и разных регионов. В частности, адвокаты заметно реже фиксируют нарушения со стороны судей и прокуроров и чаще — со стороны следователей СКР, а также следователей, дознавателей и оперативников МВД.

При этом в 10 из 35 обследованных регионов частые нарушения прав подзащитных отмечаются и на следствии, и в суде. Эти же десять регионов заметно выделяются по числу рейдерских атак на бизнес в 2011–2013 годах, а также по числу обращений предпринимателей в центр «Бизнес против коррупции». Такая оценка со стороны адвокатского сообщества дает возможность выявлять «болевые точки» в правоохранительной системе и может помочь добросовестным представителям государства в совершенствовании практик правоприменения.

К адвокату, как и к врачу, приходят тогда, когда возникает проблема. Но больной вряд ли пойдет к врачу, которому не доверяет. Юристы, действующие как посредники между клиентами и правоохранителями или же просто подписывающие документы обвинения, выступая в роли «адвокатов по назначению», подрывают репутацию и престиж адвокатской профессии. Взаимодействуя с институтами гражданского общества, с добросовестными представителями бизнеса и бюрократического аппарата, «здоровое ядро» адвокатского сообщества может решить эту проблему и добиться повышения статуса адвоката. Если эти возможности не будут реализованы, адвокатская корпорация рискует утратить как доверие общества, так и свою автономию.

Об авторах
Андрей Яковлев директор Института анализа предприятий и рынков ВШЭ Екатерина Ходжаева Научный сотрудник Института проблем правоприменения Европейского университета Антон Казун Научный сотрудник Института анализа предприятий и рынков НИУ ВШЭ
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.