Лента новостей
ФСБ провела обыск у организатора мусорных протестов в Подмосковье 19:26, Политика В результате взрыва на шахте в Ростовской области погиб человек 19:03, Общество Глобальные тенденции развития ретейла в 2018 году 19:01, Потребрынок  Лукашенко наградил Кадырова орденом Дружбы народов 18:57, Общество Гражданина Германии задержали в Турции за критику власти в соцсети 18:53, Общество В Турции после заявления Эрдогана прекратили принимать заказы на iPhone 18:47, Политика Акции Tesla упали после сообщений о расследовании из-за твита Маска 18:46, Бизнес Как создать социальный бизнес с постоянным платежеспособным спросом 18:41, РБК и Сбербанк Трамп ответил выступившим против него сотням американских СМИ 18:35, Политика Покупать или продавать: Ethereum подорожал до $300 18:33, Крипто Военторг перестроят под штаб-квартиру ВЭБа более чем за 1 млрд руб. 18:16, Бизнес Авиакомпания «Россия» впервые начала набор иностранных пилотов 18:13, Бизнес В Италии произошел взрыв у отделения партии «Лига» 18:10, Общество Бизнес без опасности: как изменились атаки хакеров и кто стал мишенью 18:03, РБК и Microsoft Суд отпустил из-под стражи обвиняемую по «делу «Нового величия» Павликову 18:00, Общество Агент подтвердил переход игрока «Зенита» в итальянский клуб 17:50, Спорт Экс-президент Армении Роберт Кочарян заявил о возвращении в политику 17:42, Политика Машина для Маяковского: как поэт выбрал первый автомобиль 17:37, РБК и Renault Падение Германии и подъем России: новый рейтинг сборных ФИФА 17:30, Фотогалерея  Суд арестовал обвиняемого в получении взятки мэра Оренбурга 17:26, Общество В Нидерландах отказались признать пастафарианство религией 17:20, Общество В США умерла певица Арета Франклин 17:09, Общество Андреас Антонопулос: я против биткоин-ETF, это ужасная идея 17:05, Крипто СК начал проверку после самоубийства заключенного в колонии Рыбинска 17:01, Общество ЦИК прокомментировала сбор сведений о поездках россиян в день выборов 16:58, Политика Свежая волна оптимизма: почему подорожали акции американских компаний 16:54, Quote В Москве задержали телеведущего за стрельбу из травмата 16:45, Общество Белоусов предложил обсудить изъятие сверхдоходов с главами 14 компаний 16:44, Бизнес
Цена жизни: почему теракт во Франции расколол российское общество
Общество, 16 ноя 2015, 17:17
0
Кирилл Мартынов Цена жизни: почему теракт во Франции расколол российское общество
Почему теракт во Франции обсуждает больше людей, чем трагедию в Кении? Что важнее — безопасность или свобода? Взрывы в Париже заставляют людей задавать вопросы, на которые нет простых ответов

Свобода в обмен на безопасность

Атака террористов на Париж — событие неудобное для всех участников общественной дискуссии в России. Превратить его в сильный аргумент в поддержку своих политических взглядов не получается ни у кого.

Для условных западников теракты означают, что на земле больше нет безопасного места — а ведь мы так надеялись в этом вопросе именно на Европу. Теперь западникам приходится отвечать на неприятные для себя вопросы, связанные с пределами толерантности. При этом обозначилась вполне реальная угроза прихода к власти в странах Евросоюза правых партий и всеобщий разворот к «государству безопасности» — и что тогда будет со свободой? Частным случаем тут выступает кризис Шенгенского соглашения, которое для многих в России за последнее десятилетие стало примером разумного устройства мира.

Условным патриотам и почвенникам в России сейчас приходится не легче, даже если они пытаются делать хорошую мину. Их аргумент, уже озвученный российским телевизором, понятен — в мире, охваченном войной, за свободу приходится платить безопасностью. Свобода мешала Франции ловить террористов, а в перспективе и вовсе уничтожит европейцев.

Чтобы использовать такую аргументацию, почвенникам требуется обладать некоторой долей забывчивости. Накануне над Синаем рухнул российский самолет. И хотя выводов официального расследования все еще нет, реакция официальной Москвы и эвакуация туристов вполне красноречиво говорят о том, что катастрофа лайнера — следствие теракта. То есть мы с французами оказались в одной лодке, даже если считаем, что все еще плывем в разных. У нас, может, и нет свободы, но террористы атакуют все равно. Для запрещенного в России «Исламского государства» мы такой же Запад, как французы. И если военная операция РФ в Сирии изначально выглядела тактической авантюрой, то после гибели А321 и парижских атак мы обнаружили себя в строю западных комбатантов против новых варваров.

Главная проблема наших почвенников в этом контексте связана с тем, чтобы как-то определить теперь, чем, собственно, они отличаются от «Исламского государства» в сфере идеологии. Исламисты против западного общества потребления, и наши патриоты тоже. Исламисты готовы вести войну на уничтожение с Западом, и в России есть такие горячие головы.

Словом, предсказуемый раскол российского общества по поводу парижской трагедии отягощен кризисом мировоззрения. Западники догадываются, что Европа неидеальна, почвенники опасаются найти в зеркале отдельные черты, характерные для шейхов-головорезов.

Серия терактов в Париже. Фоторепортаж Еще 11 фото
Фотогалерея

«Война аватарок»

Расколу в обществе способствуют еще два важных вопроса — о нашем отношении к исламу и о границах эмпатии.

Очевидно, что война с исламом — это худший выбор, который сейчас может сделать западный мир, включая Россию. Вместо войны речь должна идти об ассимиляции — на идею «всемирного халифата» Запад может ответить только идеей свободы для всех, включая мусульман. Если Запад поможет мусульманам стать европейцами, то ставки в этом идеологическом сражении уравняются. Если объявит врагами — ряды террористов пополнятся.

Вопрос об эмпатии, то есть о том, почему мы сочувствуем одним бедам больше, а другим меньше, активно дискутируется в России после Парижа. Особенно его любят патриоты — дескать, детям Донбасса вы не сочувствовали, а вот по поводу Парижа всполошились.

Теракт в Бейруте на прошлой неделе, когда от рук исламистов погибли 43 человека, остался почти незамеченным. А еще была атака исламистов на христианский колледж в Кении в апреле, когда погибли 217 человек. К югу от Сахары наша эмпатия почти никогда не добирается. И, как ни странно, даже после гибели лайнера А321 никто не перекрашивал аватарки в Facebook в цвета российского флага (включая самих россиян).

Кажется, происходит так вовсе не потому, что те, кто сочувствуют парижанам, в целом бесчувственные и циничные люди. Сошлось несколько факторов, почему Парижу сочувствовать легко. Во-первых, люди, к сожалению, всегда ассоциируют себя не с абстрактным человечеством, но со «своими», а парижане, сидящие в кафе или развлекающиеся на рок-концерте, скорее всего, «свои».

Во-вторых, в отличие от конфликта на Донбассе, где тоже были «свои», в случае с Парижем очень легко понять, кто прав, а кто виноват, зло настолько карикатурное, что отождествить себя с ним никак нельзя. Наконец, в случае с российским самолетом эмпатия была сдержана тем, что катастрофу до сих пор пытаются представить не как атаку зла на наших граждан, а как техническую неполадку. В последнем случае возможные политические риски версии с терактом и отсутствие достоверной информации лишили нас, россиян, шанса получить сочувствие мира.

Было бы очень хорошо сочувствовать в равной степени всем, но если уж приходится выбирать, то наш выбор посольства, к которому нести цветы, не оставляет сомнений — мы европейцы.

Об авторах
Кирилл Мартынов доцент ВШЭ, редактор отдела политики «Новой газеты»
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.