Лента новостей
Как уральские розы стали соперничать с голландскими РБК и ВТБ, 20:50 Минкультуры опровергло связь переноса фильма о священнике с Пасхой Общество, 20:48 Moscow Times назвала фальшивым удостоверение у убитого при стрельбе Общество, 20:44 Чемпионат России по футболу. «Арсенал» — «Спартак». Онлайн Спорт, 20:30 Власти Шри-Ланки назвали завышенным на 100 человек число жертв теракта Общество, 20:11 В Минпромторге вспомнили Жванецкого после идеи о запрете на ввоз хамона Общество, 20:06 Какой модный тренд весны создан для вас. Тест РБК и KUPIVIP.RU, 19:59 СМИ узнали детали контракта Эдена Азара с «Реалом» Спорт, 19:57 В Екатеринбурге эвакуировали Ельцин-центр из-за сообщения о минировании Общество, 19:52 ЦИК ответила на обвинения Зеленского в затягивании признания его победы Политика, 19:52 Минпромторг обратится в прокуратуру из-за дефицита бутылок в Крыму Бизнес, 19:49 МИД счел встречу Путина и Ким Чен Ына исправлением ошибок дипломатии США Политика, 19:43 Стрелявшего в кредитора из подводного ружья петербуржца осудили на 10 лет Общество, 19:34 Продажи автомобилей Rolls-Royce в России выросли на 85% Бизнес, 19:32
Мнение ,  
0 
Антон Мардасов Ротация союзников: почему Башару Асаду пришлось договариваться с курдами
В Африне сторонники Асада пришли на помощь недавним врагам — курдам. Но союз может оказаться временным, если реализуется другая сделка, фактически поддержанная Москвой, — о разделе контроля над Африном между Анкарой и Дамаском

С самого начала турецкой военной операции «Оливковая ветвь» на северо-западе Сирии было ясно, что она создаст напряжение в альянсе Россия — Турция — Иран. Действия турецкой армии и ее союзников из рядов сирийской оппозиции направлены против курдов в районе Африн, но и официальный Дамаск хочет вернуть эту территорию под свой контроль. Отсюда и попытка курдов договориться с сирийскими властями о совместной защите от турецкого наступления. Москва пока предпочитает дистанцироваться от ситуации, как в случае с сирийско-израильскими перестрелками или обстрелом колонны в Дейр-эз-Зоре.

Под видом ополчения

20 февраля официальные сирийские СМИ сообщили о вводе проправительственных сил в город Африн, центр одноименного района. Однако рассчитанная на громкий пропагандистский эффект операция через несколько часов провалилась. Под ударами турецкой артиллерии и беспилотников основная часть сирийского ополчения вынуждена была отступить.

«К сожалению, некоторые террористические группы иногда сами принимают неправильные решения, это неприемлемо, и они полностью за это ответят», — прокомментировал события президент Турции Эрдоган, при этом он подчеркнул, что накануне обсуждал ситуацию с президентом России Владимиром Путиным и главой Ирана Хасаном Роухани и «тема исчерпана». Получается, Эрдоган прямо говорит о том, что страны-гаранты сделку Дамаска с курдами не поддерживают, а Москва и Тегеран этот факт не опровергают.

Как и в случае с печально известными событиями в Дейр-эз-Зоре, стоит обратить внимание на группировку, направленную в Африн. В ее составе не представители «номерных» частей сирийской армии, от которых в случае чего нельзя дистанцироваться, а бойцы Национальных сил обороны. Эта структура создавалась иранцами в Сирии по образцу их ополчения «Басидж» и проиранской шиитской бригады «Лива аль-Бакир», названной в честь пятого шиитского имама и, кстати, пострадавшей от ударов американцев в Дейр-эз-Зоре во время боев с проамериканскими «Демократическими силами Сирии» (ДСС). Правда, не 7 февраля, когда погибли россияне, а уже в ходе новых столкновений, не вызвавших такого резонанса.

Ставка на ополченцев показывает, что и власти в Дамаске, и курды в Африне не исключали ударов Турции. Иранские прокси-силы не раз за последний год подвергались безответным атакам со стороны как Турции, так и США. Если режим Асада не отказался от идеи войти в город Африн, расчет, скорее всего, будет сделан на «ползучее» проникновение ополченцев в этот район, которое теоретически не должно привести к прямому столкновению Анкары и Дамаска.

Обсуждение сделки

Скорее всего, информация о переговорах между курдами и Дамаском должна была воздействовать на планы Турции. Это заметно по высказываниям курдских представителей — некоторые из них с уверенностью говорят о достигнутом соглашении, другие отмечали, что «соглашение военное, а не политическое» и конкретным содержанием пока не наполнено. Влиятельная  панарабская газета Asharq Al-Awsat со ссылкой на свои источники сообщила, что курды в обмен на ввод проправительственного контингента для защиты от Турции даже готовы передать режиму завод «Коноко» на восточном берегу Дейр-эз-Зора — тот самый объект, который якобы шла отбирать у ДСС колонна, состоящая из шиитского интернационала и россиян.

Неизвестно, как такое предложение было воспринято в Москве и Вашингтоне, но, по информации той же Asharq Al-Awsat, на встрече сирийских и российских военных, а также курдов накануне попытки ввода проправительственных сил в Африн российский военный представитель говорил об «отсутствии каких-либо указаний со стороны Москвы». Но, если верить источникам издания, он при этом заметил, что, если бы российское военные не отошли из Африна за пару дней до начала турецкой операции, они вряд ли поддержали бы соглашение Дамаска и курдов.

Заместитель министра иностранных дел Михаил Богданов в интервью курдскому каналу K24 заявил, что Россия готова играть роль посредника между сторонами конфликта в анклаве, при этом умело дистанцировался от всех договоренностей курдов и Дамаска фразой: «Москва может знать о сделке, но я — нет». Глава внешнеполитического ведомства Сергей Лавров выразил убеждение, что «законные интересы обеспечения безопасности Турции вполне могут быть реализованы и удовлетворены через прямой диалог с правительством САР». Заявление содержит прозрачный намек на то, что Африн может стать темой официального восстановления рабочих отношений между Дамаском и Анкарой и фактическим признанием Эрдоганом легитимности президента Асада, которую он, по мнению многих международных игроков, потерял, воюя против собственного населения.

Судьба Африна

Дистанцирование Москвы от сложившейся запутанной ситуации объясняется многими причинами: нежеланием увязнуть в разборках, опасением испортить отношения с тактическими союзниками и потерять минимальное, но все же взаимодействие со стратегическими противниками.

При этом Москве может быть выгодна роль миротворца. Еще до начала турецкой операции было ясно, что Анкара сможет взять весь район Африн только с помощью крупных армейских сил с соответствующими издержками и потерями. Возможно, в Москве, понимая сложность задачи, изначально рассчитывали подтолкнуть Турцию к передаче территории правительственным силам, раз уж курдские отряды национальной самообороны — прямая угроза для Анкары. Кроме того, усиление напряженности вокруг Африна провоцирует усиление турецкого давления на другие курдские территории, находящиеся под контролем ДСС. А это, в свою очередь, вынуждает ДСС вести переговоры с Дамаском, тем самым подрывая усилия США по выстраиванию «альтернативной Сирии» на востоке страны. Это выгодно России.

Турецкая военная кампания продолжается уже пять недель. Военные могут отчитаться о формировании буфера вдоль сирийско-турецкой границы, однако пока он слишком мал, чтобы серьезно ослабить курдов и чтобы ориентирующаяся на Анкару сирийская оппозиция чувствовала себя в безопасности. Поэтому задача расширения подконтрольной территории пока сохраняется.

Шанс Дамаска в том, ​​чтобы как можно быстрее усилить контингент своих сторонников в Африне до масштабов, которые не позволят турецким военным пойти на прямое столкновение. После этого можно будет договориться о разделе с турками курдского анклава. У России при этом появится хороший шанс стать посредником.

Об авторах
Антон Мардасов эксперт Российского совета по международным делам
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.