Чем грозит кризис 2015 года российским банкам: пять главных рисков
Плохих долгов все больше
Опубликованные Банком России показатели деятельности кредитных организаций на начало марта 2015 года свидетельствуют о разрастающихся в банковской системе рисках. Наибольшие опасения вызывает сейчас устойчивый рост просроченной задолженности — как нефинансовых корпораций, так и физических лиц. Только за два месяца 2015 года доля просроченной задолженности в общем объеме предоставленных займов выросла на 0,5 п.п. — с 3,8% до 4,3%.
Безусловно, нынешний уровень просроченной задолженности уступает параметрам кризисного 2009 года, когда доля таких долгов к концу года достигла максимального значения в 5,1%. И на этом фоне как накопленный объем просроченной задолженности, так и ее увеличение в первые месяцы 2015 года кажутся не столь критичными.
Однако тенденции, которые складываются в банковской системе, не дают оснований для оптимизма и требуют оперативной реакции ЦБ и правительства. Стоит обратить внимание на несколько принципиальных моментов, кардинально меняющих представление как о проблеме плохих долгов, так и об устойчивости российской банковской системы.
Главные сложности для банков еще впереди
Во-первых, необходимо учитывать, что российская экономика только погружается в полномасштабный и затяжной кризис. 2015 год будет весьма трудным, основные проблемы, в том числе и для банков, еще впереди, а значит, доля просроченной задолженности будет расти.
В преддверии кризиса 2009 года российская экономика и банковская система отличались гораздо большей устойчивостью, о чем свидетельствовал уровень достаточности капитала кредитных организаций, отражающий их способность за счет собственных средств покрывать обязательства перед вкладчиками и кредиторами. До минимального значения в 14,5% уровень достаточности капитала снизился к началу осени 2008 года, а уже в октябре банки получили от государства первые субординированные кредиты. В результате к началу 2009 года достаточность капитала возросла до 16,8%, а к концу года был достигнут максимум в 20,9%. Сейчас все хуже: на начало 2015 года уровень достаточности капитала составлял лишь 12,5%, а а концу января снизился уже до 12%.
Во-вторых, в кризисном 2009 году был реализован комплекс социальных мер, позволивших поддержать и даже ускорить прирост реальных располагаемых доходов населения до 3% (в 2008 году — 2,8%). В 2014 году они уже снизились на 0,8% к предыдущему периоду. Предотвратить их падение вряд ли удастся и в 2015 году, учитывая как предстоящую «оптимизацию» бюджетных расходов, так и усиление инфляционного давления. В этих условиях стоит ждать существенного роста долговой нагрузки: население будет стремиться сохранить достигнутый уровень потребления, и увеличение доли расходов на конечное потребление неизбежно будет способствовать росту просроченной задолженности по кредитам.
В-третьих, стремительное замедление российской экономики и затяжной инвестиционный спад, начавшийся задолго до обострения геополитической ситуации в 2014 году, спровоцировали ухудшение финансового состояния предприятий и их финансовых результатов. Растущие в этих условиях трудности — прежде всего со своевременным погашением задолженности по ранее полученным кредитам — лишь усугубят ситуацию в банковском секторе. На долю нефинансовых организаций-резидентов приходится более половины выданных банками кредитов.
В-четвертых, ситуацию в банковской системе в 2015 году осложнит и ожидаемое ускорение инфляции. За 2009 год потребительская инфляция замедлилась на 4,5 п.п., до 8,8%. В 2015 году, по оценкам Банка России, потребительские цены вырастут как минимум на 12% (после 11,4% в 2014 году из расчета декабрь к декабрю). Усиление инфляционного давления в 2015 году приведет не только к снижению платежеспособности заемщиков, но и к соответствующему повышению кредитных рисков и ухудшению финансового положения банков. Стоит ждать и сокращения банковской маржи из-за ослабления кредитной активности и платежеспособности потенциальных заемщиков.
И, наконец, весьма вероятно, что в 2015 году продолжится не только номинальное, но и реальное обесценение российского рубля относительно мировых валют. И хотя на долю валютных кредитов приходится чуть более 32% общего объема размещенных банками финансовых ресурсов, снижение курса рубля осложнит погашение валютной задолженности.
Больше кредитов — больше риска
Стремительный рост плохих долгов требует пристального внимания в том числе к активно обсуждаемым административным методам повышения доступности кредитов — прежде всего субсидированию процентных ставок. Сложившийся уровень процентных ставок по банковским кредитам отражает не только уже сформировавшиеся, но и формирующиеся в экономике риски. Повышение процентных ставок по кредитам — встроенный амортизатор, позволяющий поддержать устойчивость банковского сектора. В первую очередь это касается процентных ставок по ипотечным кредитам, спрос на которые в значительной степени отражает перспективы развития экономики. Истоки кризиса 2008–2009 годов лежали именно в сфере ипотечного кредитования США, а последствия чрезмерно оптимистичных оценок перспектив экономического развития в большей или меньшей степени затронули все интегрированные в мировую экономику страны.
На наш взгляд, искусственное стимулирование кредитования может лишь повредить экономике, погружающейся в затяжной кризис. Эта мера лишь приведет к переносу части кредитных и рыночных рисков с банков, выступающих в роли кредитора, и экономических агентов, выступающих в роли заемщика, на государство. В этих условиях принятие долгосрочных обязательств (таких как ипотечные кредиты) и гражданами, и бизнесом, и государством сопряжено с дополнительными рисками. И вряд ли кто-то может претендовать на то, чтобы точно оценить эти риски: суждения о вероятной продолжительности и глубине кризиса пока весьма и весьма противоречивы.
