Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
За сутки в России от COVID-19 умерли 147 человек Общество, 10:37 В России за сутки выявили 6760 случаев заражения коронавирусом Общество, 10:34 Как выстроить надежную киберзащиту для сотрудников на удаленке РБК и #CloudMTS, 10:33 VR — ближайшее будущее или фантастика Индустрия 4.0, 10:30  ЦИК не зафиксировала серьезных атак на свой сайт в ночь после голосования Общество, 10:28 Амазонки бизнеса: как гендерный баланс влияет на эффективность компании Партнерский материал, 10:23 В Кремле посчитали «триумфом» результаты голосования по Конституции Политика, 10:23 Классические автомобили подорожали на фоне пандемии коронавируса Авто, 10:21 Трамп сравнил себя в медицинской маске с персонажем вестерна Общество, 10:19 МВД не обнаружило способных повлиять на итоги голосования нарушений Общество, 10:15 Каким будет рынок элитной недвижимости Москвы после пандемии Недвижимость, 10:13 В Москве от COVID-19 вылечились более 153 тыс. человек Общество, 10:11 Как проходило голосование по поправкам в Конституцию. Главное Политика, 10:08 Дмитрий Корчагов — РБК: «Рынок лизинга восстановится быстро» Партнерский материал, 10:07
Антикризисные меры ,  
0 
Софья Донец

Помощь в дефиците: что показало сравнение антикризисных программ

Вопреки расхожему мнению объемы антикризисных пакетов в России, странах СНГ и некоторых развитых экономиках отличаются не слишком сильно
Фото: Сергей Савостьянов / ТАСС
Фото: Сергей Савостьянов / ТАСС

Правительства разных стран сейчас словно соревнуются, анонсируя масштабные антикризисные программы, измеряемые десятками процентов ВВП. Но действительно ли они готовы тратить государственные бюджеты на преодоление последствий пандемии, в том числе в России и странах СНГ, и насколько реалистичны оценки программ поддержки экономики в развитых странах, например 12% ВВП в США или 16% в Великобритании?

Оценка масштаба

На первый взгляд может показаться, что чем больше объявленный пакет мер, тем лучше. Однако важны и структура антикризисной программы, и то, каким образом она будет финансироваться, ведь если вы наращиваете одни расходы, отказываясь от других, или просто засчитываете в антикризисные меры расходы, которые и так закладывались в бюджет, то расширения совокупного стимула для экономики фактически не происходит. Чтобы понять точный масштаб антикризисных вливаний, надо проследить динамику первичного бюджетного дефицита. Рост этого показателя объективно показывает, сколько государство готово «добавить» в экономику из-за пандемии.

Мы проанализировали заявленные меры и прогнозируемые изменения в бюджетной позиции в регионе СНГ+ (страны СНГ плюс Грузия и Украина), в государствах с аналогичным суверенным кредитным рейтингом (ВВВ/ВВ/В) и в наиболее развитых экономиках. В качестве основы для анализа мы использовали обзоры МВФ «Перспективы развития мировой экономики», содержащие оценки фонда по бюджетным балансам стран в октябре 2019-го и в апреле 2020 года. Также мы воспользовались еженедельно обновляемой базой МВФ по внедренным в отдельных странах мерам поддержки населения и бизнеса и данными об их финансировании, представленными национальными министерствами финансов.

Сравнение основных бюджетных показателей, прогнозируемых на 2020 год, привело нас к трем значимым выводам.

Во-первых, не всегда реальные бюджетные стимулы пропорциональны анонсируемым мерам поддержки. Например, в СНГ+ увеличение первичного дефицита составит от 3 до 6 п.п. ВВП. На верхней границе этого диапазона находятся Россия, Казахстан, Грузия и Украина, что делает их программы сопоставимыми с действиями крупнейших развитых экономик, таких как германская и британская. Но даже и те страны, которые располагаются ближе к нижней границе (Узбекистан и Армения), опережают страны-аналоги с рейтингом ВВ/В, например Мексику, Бразилию, Гану, Нигерию, Пакистан.

Во-вторых, поддерживающий эффект для экономики от фискального стимула вполне сопоставим в развитых и развивающихся странах, несмотря на существенные различия в том, как доводятся антикризисные меры до общества.

Третий, весьма интересный вывод: при прочих равных изменение бюджетного баланса, прогнозируемое МВФ, оказывается ниже там, где меньше прибегали к мерам изоляции населения (например, в Белоруссии), либо ожидаются более высокие темпы роста экономики в 2020 году (например, в Узбекистане и Армении).

Большинство стран региона СНГ+, за исключением Таджикистана и Белоруссии, реализуют целый набор мер, среди которых социальные выплаты, поддержка занятости, отсрочки в уплате или освобождение от налогов для пострадавших секторов, а также поддержка системно значимых компаний, субсидирование кредитов и дополнительные госинвестиции. Помимо очевидного фокуса на противодействие эпидемии, государственная поддержка прежде всего концентрируется на социальной стабильности и поддержке занятости. Прямая поддержка бизнеса, на первый взгляд, оказывается заметно меньше, чем в таких странах, как Германия. Однако стоит отметить, что в то же время во многих экономиках региона, включая Россию, Казахстан, Грузию, правительства сохраняют или даже расширяют инвестиционные планы на этот год, что в итоге должно поддержать деловую активность на этапе восстановления экономики.

Адекватны ли российские меры

Когда мы говорим о России, важно оценивать не только расширение совокупного бюджетного баланса, но и изменение ненефтегазового дефицита бюджета. По этому показателю расширение менее масштабное, чем по совокупному балансу, — около 3% ВВП, но все же сопоставимое с аналогичными показателями других крупных сырьевых экспортеров (Бразилия, Мексика), а также стран Южной и Восточной Европы (Венгрия, Болгария). Стоит также отметить, что 1,5 трлн руб. будет добавлено к доходам 2020 года для финансирования дополнительных расходов за счет поступлений от покупки правительством у ЦБ Сбербанка. Без учета этих средств скорректированное увеличение ненефтяного дефицита можно оценить уже в 4,5% ВВП.

Марсель Салихов Цена карантина: почему антикризисные меры придется расширять
Мнение
Фото: Сергей Ведяшкин / АГН «Москва»

Важно, что нынешнее смягчение существенно отличает ситуацию от предыдущего кризиса 2014–2015 годов, когда бюджетная политика фактически ужесточалась, хотя нынешние бюджетные стимулы пока еще и уступают по объему реализованным во время кризиса 2008–2009 годов.

Мы предполагаем, что в ближайшие месяцы российские власти продолжат расширение антикризисного пакета с усилением фокуса на поддержку бизнеса, который в настоящий момент принял на себя основной удар кризиса. Однако даже уже объявленное бюджетное стимулирование, по нашим оценкам, может достичь 3,5 трлн руб. — с учетом объявленных 11 мая президентом мер поддержки домохозяйств и бизнеса. Все это может добавить к росту экономики России в 2020 году 2–2,5 п.п. Именно с учетом такого прогноза мы ожидаем спад российского ВВП на 0,8–2,5% в 2020 году (в зависимости от длительности эпидемии) с последующим восстановлением экономического роста до 3% в 2021 году.

Коронавирус
Россия Москва Мир
0 (за сутки)
Выздоровели
0
0 (за сутки)
Заразились
0
0 (за сутки)
Умерли
0 (за сутки)
Выздоровели
0
0 (за сутки)
Заразились
0
0 (за сутки)
Умерли
0 (за сутки)
Выздоровели
0
0 (за сутки)
Заразились
0
0 (за сутки)
Умерли
Источник: JHU,
федеральный и региональные
оперштабы по борьбе с вирусом
Источник: JHU, федеральный и региональные оперштабы по борьбе с вирусом

Об авторах
Софья Донец Софья Донец, экономист по России и СНГ ИК «Ренессанс Капитал»
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.