Прямой эфир
Ошибка воспроизведения видео. Пожалуйста, обновите ваш браузер.
Лента новостей
«Первый канал» сообщил о сдаче замкомандира «Азова» Калины Политика, 20:22
ЦСКА выкупил экс-игрока львовских «Карпат» и объявил об уходе исландца Спорт, 20:14
Военная операция на Украине. Главное Политика, 20:09
Альфа-пак: пять видеоигр, в которые играют современные дети Совместный проект, 20:02
Порошенко призвал Европу перекрыть нефтепровод «Дружба» Экономика, 19:59
Как можно наказать страховщика, если он не продает электронное ОСАГО Авто, 19:45
ЦСКА объявил о продлении контракта с 35-летним защитником Спорт, 19:43
В России приостановили производство «КовиВака» и «ЭпиВакКороны» Общество, 19:33
Петр Фрадков выступил на конференции «Лидерство на гражданских рынках» Пресс-релиз, 19:33
Путин поддержал кандидатуру Куйвашева на выборах в сентябре Политика, 19:29
«Будильник» для водителя: решение проблемы усталости за рулем Партнерский проект, 19:29
Максим Галкин объяснил закрытие рекламного агентства Бизнес, 19:19
Бах ответил на вопрос об участии России в Олимпиаде-2024 Спорт, 19:17
Terra проверят на мошенничество и майнинг в Китае. Главные новости недели Крипто, 19:15
Мнение ,  
0 
Мария Шклярук и Даниил Цыганков

Перезагрузка матрицы: как избавить бизнес и общество от ненужных правил

Ключевым шагом при введении необходимых для общества реформ должно стать создание специального органа — «регуляторной гильотины», способной быстро отменять мешающие бизнесу и гражданам нормы

Недавно был опубликован рейтинг качества регулирования (Regulatory Quality Ranking) за 2016 год — один из шести индикаторов государственного управления, ежегодно рассчитываемых Всемирным банком. Последние десять лет Россия раз за разом попадала в группу стран с неблагоприятным климатом для осуществления и развития предпринимательства, а по итогам прошлого года не достигла даже своего уровня 2002 года, когда отечественные реформаторы впервые подняли на знамя лозунг борьбы с административными барьерами.

Регуляторная политика (regulatory policy), попросту говоря, это то, каким образом государство формирует и меняет правила работы бизнеса, общественных организаций, бюджетного сектора. Эксперты ОЭСР отмечают, что современная регуляторная политика наряду с налоговой и денежно-кредитной — один из трех основных рычагов, находящихся в распоряжении правительств, чтобы управлять экономикой и способствовать благосостоянию граждан. Любому обществу необходимы гарантии и правила, однако когда эти правила плохо продуманы, они могут помешать запуску и ведению нового бизнеса, торговле с другими странами или получению нужного документа. Что еще хуже, эти правила могут быть неэффективными при достижении заявленных целей — мало того что не защищать безопасность и здоровье граждан, но и ограничивать рост экономики и в конечном итоге уровень жизни. Как результат, граждане и бизнес теряют доверие к институтам, а издержки следования избыточным требованиям ложатся тяжелым грузом на бизнес, НКО и само государство.

В России после десяти не слишком успешных лет борьбы с административными барьерами была сделана ставка на оценку регулирующего воздействия (ОРВ). С конца 2010 года ОРВ укрепилась сначала на центральном уровне (исполнительная власть и минимально — в Госдуме и Центробанке), затем проникла как на региональный и муниципальный уровни (с небесспорной эффективностью), так и на наднациональный (Комиссия Евразийского экономического союза, где Россия является наиболее мощной экономикой). Более того, практически не осталось ни одной из «лучших практик» стран ОЭСР, которые не были бы обсуждены в России экспертами и чиновниками, а часть из них даже была внедрена к концу 2016 года. И тем не менее ситуация с качеством регулирования скорее ухудшилась.

Сегодня российская регуляторная среда все больше напоминает причудливую матрицу: списанные эпохой, но действующие нормативно-правовые акты; вышедшие из-под контроля и живущие своей жизнью регуляторные нормы; машинный зуд регуляторов, клонирующих акты, которые не достигают цели и непосильно обременяют бизнес и население. «Архитекторы» матрицы вроде бы осознают аномалии и направляют «агентов перемен», но абсурд законодательства зачастую лишь умножается.

Предлагаемые нами решения направлены на отказ от строительства бумажных пароходов: пора разбудить разум и решительно продвинуться по трем стратегическим направлениям. Во-первых, определить специальный механизм устранения избыточного и неэффективного нормативного правового регулирования. Во-вторых, систематизировать действующие нормативные правовые акты, внедрить передовые инструменты регуляторной политики и перейти к полному циклу оценки регулирования. В-третьих, обеспечить поддержку — методическую, организационную и экспертно-аналитическую — доказательному, опирающемуся на эмпирические факты регулированию.

Отсечь лишнее​

Прежде всего потребуется определить приоритетные сферы, критически значимые для экономического роста и затрагивающие наибольшее количество отраслей (это, в частности, охрана окружающей среды, промышленная безопасность, обращение с отходами производства, санитарно-эпидемиологическое благополучие, градостроительство, информационные технологии и системы и др.) — для проведения первоочередных мер по дерегулированию.

Pro
Фото: Carl Court / Getty Images Компания переезжает на новое место, а сотрудник отказывается. Что делать
Pro
Фото: Mario Tama / Getty Images Иллюзия контроля: что нужно знать о вреде тайм-менеджмента
Pro
Неторопливый миллиард: как россиянину успешно выйти на рынок Индии
Pro
Фото: Kimberly White / Stringer На США надвигается рецессия. Как действуют Джордж Сорос и Рэй Далио
Pro
Фото: Shutterstock Alibaba торгуется по рекордно низкой цене. Стоит ли покупать
Pro
Фото: Александр Артеменков / ТАСС Как не ошибиться, создавая собственную торговую марку
Pro
Фото: Andrew Burton / Getty Images Сильнейшее падение: почему «бигтехи» не оправдали надежд. Дайджест
Pro
Фото: Pexels Потолок выше 700 тыс. руб. в месяц: cколько получают No-code разработчики

Ключевым шагом должно стать создание надведомственного органа по дерегулированию (deregulation unit) для реализации быстрой процедуры отмены избыточного неэффективного регулирования. Главный принцип работы такой «регуляторной гильотины» — ликвидация различных точек торможения в законодательстве на основе доказательного регулирования, в соответствии с которыми он признает нецелесообразной и подлежащей отмене (совершенствованию) как конкретную норму, так и соответствующий правовой институт в целом. В состав этого органа должны войти девять-десять человек, а их решения стать обязательными к исполнению для правительства и федеральных органов исполнительной власти.

Это не потребует дополнительных бюджетных расходов, так как сокращение контрольно-надзорных органов высвободит ресурсы. Но нужно будет сформировать консультативно-представительный орган, который поддержит деятельность deregulation unit в части представления интересов адресатов регулирования и выражения позиций экспертного сообщества.

К другим предполагаемым мерам по дерегулированию можно отнести мораторий на акты, ухудшающие ведение бизнеса, отмену или приостановку действия всех НПА, принятых до 1 января 1992 года (за исключением актов, ратифицирующих международные обязательства СССР, правопреемником которых является Россия), а также отказ от привязки KPI чиновников к количеству и срокам разработки актов.

Систематизировать нормы

Параллельно начавшейся расчистке корпуса устаревших НПА надо разработать концепцию систематизации и алгоритмизации законодательства с участием ведущих научных и аналитических центров, представителей общественности и предпринимателей. К 2019 году у России должен появиться закон о нормативных правовых актах, принятие которого блокируется уже четверть века. Он должен определить общую систему нормативных правовых актов, их иерархию, способы разрешения коллизий, внедрить в правотворчество инструменты дерегулирования.

Важным нововведением станет внедрение стандарта доказывания необходимости введения регулирования с точки зрения современных подходов «умного» регулирования. В соответствии с этим стандартом новые нормы можно будет ввести только после предоставления доказательств успешности правовых экспериментов по этим новеллам и факта неухудшения условий ведения предпринимательской и инвестиционной деятельности. Так мы предполагаем подтолкнуть все три стороны процесса оценки регулирующего воздействия — регуляторов, адресатов регулирования и головного подразделения по ОРВ — к взаимодействию, отчасти аналогичному гражданскому судопроизводству (с предъявлением фактических доказательств сторонами), ​ и отказу от административного торга. Отдельной целью будет ясность языка нормотворчества.

Для расширения сферы применения и повышения эффективности правовых экспериментов можно использовать механизм «регуляторных песочниц» — режим, который позволяет компаниям, занимающимся разработкой и реализацией продуктов и услуг, протестировать их в контролируемой среде без риска нарушить законодательство, причем как в финансовом секторе, так и для компаний, разрабатывающих, реализующих и применяющих инновационные и высокие (прорывные) технологии и продукты. Полноценная оценка воздействия (прогнозная и ретроспективная) должна стать частью работы и Государственной думы, и Банка России, после чего контур оценки окажется наконец-то замкнутым, способным не пропустить любое неразумное регулирование.

Опираться на данные​​

Третий, завершающий, компонент перехода к новой регуляторной политике заключается во внедрении доказательного регулирования. Для этого нужно разработать и внедрить методические рекомендации по расчету возмещений затрат бизнесу и гражданам от неправомерных действий или бездействия органов власти и подведомственных им организаций; модель стоимостных оценок жизни для корректного сравнения эффектов регулирования, затрагивающего безопасность и здоровье граждан, с одной стороны, и условия ведения бизнеса, с другой. Принятую сегодня модель стандартных издержек бизнеса необходимо распространить на измерение административных издержек органов государственной власти, подведомственных бюджетных организаций и граждан.

Наконец, потребуется начать внедрять инструменты поведенческого регулирования (подталкивания частных лиц и бизнеса к общественно приемлемому поведению посредством «мягкой силы», а не запретов и ограничений).

Освободить пространство

ЦСР готовил подраздел по регуляторике в максимальном контакте с бизнесом и экспертным сообществом — еще с осени 2016 года информация собиралась в ходе проекта «Россия будущего: позитивная повестка» в регионах; с декабря 2016 года стартовали семинары, посвященные отдельным аспектам регуляторной политики; готовые материалы обсуждались в 2017 году — на Красноярском экономическом форуме, на Апрельской международной конференции во ВШЭ, в ходе Петербургского международного экономического форума. Недавно ЦСР и «Гарант» запустили специальный проект по сбору предложений о том, какие точки торможения следует отменить.

Освобождая пространство для инициативы, мы дадим возможность не только крупному бизнесу, но микрофирмам и самозанятому населению переключить свои усилия на экономический рост и процветание, а чиновникам — сфокусироваться на решении практических задач нового государственного управления.

Об авторах
Мария Шклярук Мария Шклярук вице-президент ЦСР Даниил Цыганков Даниил Цыганков доцент департамента политики и управления факультета социальных наук НИУ ВШЭ
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.
Материалы к статье
Теги