«Great total disruption»
Уходящий 2022 год останется в истории как год начала новой эпохи и в России, и в мире. Для России это уже третья по счету серьезная трансформация за последние 35 лет.
После перестройки 1985–1991 годов мы перешли от социализма к рыночной экономике, вначале немного дикой, но потом даже умудрились построить какую-то почти рыночную институциональную систему, выстроить отношения со своим основным партнером — Европой, и это привело нас к пику экономики накануне кризиса в 2008 году.
Однако затем, в период 2008–2012 годов, под предлогом преодоления кризиса мы оформили переход к госкапитализму, когда «газмяс» стал пожирать бессмысленное количество ресурсов и в итоге привел к практически полному отказу от достижений 2000-х годов.
И вот теперь, с затуханием пандемии и началом системной конфронтации с НАТО, нам, видимо, придется еще раз сделать выбор и четко определиться со своим дальнейшим путем. Мне бы хотелось, чтобы мы на этой развилке вновь выбрали свободную, рыночную экономику, с превалирующей в стране частной собственностью и свободными предпринимателями, права которых будут на законодательном уровне уравнены со всеми остальными социальными группами.
Изменения в мире, происходящие с 2019 года, которые во многих иностранных СМИ характеризуют как great total disruption (с англ. «великое потрясение». — РБК), затрагивают практически все сферы деятельности — экономику, мировую политику, безопасность, мобильность человеческих ресурсов, здравоохранение, технический прогресс, реальную заботу о неизменении климата. Мы видим введение ограничений на транзакции, видим проявление примата вопросов сиюминутных национальных интересов, формулируемых узким кругом бюрократов (из deep state) над глобальными соглашениями типа ВТО и противоречащих принципам, заложенным в уставе ООН. И очевидно, что происходящие изменения являются не какими-то временными трудностями, которые связаны, например, с высокой ценой на газ и энергоносителями в Европе или военным конфликтом с НАТО. Эти изменения носят уже фундаментальный, долгосрочный характер.
Нужно исходить из принципиальной невозможности восстановления прежней модели мировой экономики на основе глобализации в ближайшие четверть века. На ее месте уже формируется новый порядок с новыми институтами международной безопасности, с новыми принципами международной кооперации, адекватной новой реальности. Мир реально становится двуполярным: есть США со своими сторонниками, есть Китай и те, кого санкции и другие конфликтные действия со стороны Запада заставляют искать альтернативные пути в виде выстраивания отношений с дружественными странами и теми, кто осмысленно стремится к прагматичным связям, лишенным идеологической нетерпимости.
Россия, надо сказать, достаточно успешно строила западную систему институтов. И особенно уверенно чувствовала себя на европейском рынке. Это хорошо видно на примере 2021 года — по показателям внешней торговли, по участию в логистических цепочках, по использованию западных платежных систем. На сегодняшний же день доступ России к западным логистическим цепочкам, платежным системам, технологическим решениям, производственной кооперации в целом отсутствует. И России придется заново выстраивать все эти типы связей, но уже с новым набором стран.
Возможно ли это? Да, возможно. Здесь требуется умелое и умное сочетание двух базовых подходов к регулированию экономики: поощрение «невидимой руки» рынка при помощи «видимой руки» государства! Государство должно энергично компенсировать провалы рынка в сфере логистических цепочек новой географии внешнеэкономической деятельности и всячески поощрять доступом к финансовым ресурсам представителей частного бизнеса, нуждающихся в новой логистике производства, инвестиции и сбыта. Если государство устранится от этого вызова, то мы потеряем 10–12 лет. Если осознает специфику момента, то через пять-шесть лет можно выйти на новый пик развития.
Но как бы ни развивались процессы в рамках урегулирования конфликта, да и в целом в рамках урегулирования разногласий с НАТО и США, с Евросоюзом, теперь России уже точно нужно придерживаться предельно прагматичных подходов во взаимоотношениях с другими странами. Это относится и к тому, как и кого считать союзниками, кого партнерами, кого просто дружественной страной.
Основой взаимодействия должен стать взаимовыгодный, долгосрочный и безопасный характер экономических отношений.
2022 год стремительно ускорил разворот России не только на Восток, но и на Юг. Китай, Вьетнам, Малайзия, Индонезия, Таиланд, Индия, Пакистан, Иран, страны Ближнего Востока, Турция, Египет и другие страны Северной Африки, Южная Африка, да и вся Африка, страны Латинской Америки, Мексика — вот новые направления, экономически доступные для российских предприятий и предпринимателей. Однако это должно быть не очередное «перенаправление трубы», а изменение характера внешних связей. Нужно привлекать новые иностранные инвестиции в переработку сырья на нашей территории, создавать привлекательные условия для зарубежных инвесторов, привозящих технологии и интеллектуальную собственность, обеспечивать логистические возможности для расширения экспорта.
Но основным вопросом для нас является вопрос внутренний — как при стабилизации внешнеполитической обстановки найти в себе силы и ускоренным путем, отказавшись от всех химер вредного госкапитализма, начать двигаться к настоящей открытой рыночной, конкурентной экономике, опирающейся на частную собственность и свободных предпринимателей как основных субъектов, несущих прогресс и развитие во всех отраслях экономики и жизни нашей страны.
До тех пор, пока мы не уравняем свободных и частных предпринимателей в правах со всеми остальными социальными группами — артистами, патриотически настроенными журналистами, спортсменами, силовиками, представителями правоохранительных органов, ветеранами, они так и останутся «слабовиками» вместе с отошедшей от дел интеллигенцией. А только от предпринимателей зависит, как быстро теперь придут положительные перемены. Уравнять их в правах нужно прежде всего посредством полной тотальной декриминализации бизнеса, отменой этих уже набивших оскомину 159, 160 («Мошенничество» и «Присвоение или растрата». — РБК) и ряда других статей УК РФ, по которым бизнес третируют, доят, по которым ломают судьбы предпринимателей, удерживая их годами в тюрьмах, лишают их собственности и так далее. И, наверное, нужно пойти дальше — убрать гласные и негласные запреты на занятие ими государственных и муниципальных должностей, дать им права избираться в муниципальные органы и органы власти субъектов, в Совет Федерации и Государственную думу. Это основной вопрос, который будет непросто решаться в следующие пять лет.
