Лента новостей
Абызов спросил у следователя о его целях из-за отказов видеться с родными Политика, 20:39 В Хакасии рассказали о спасении моногородов с помощью экскурсий в Провал Политика, 20:36 Абызов заявил о готовности возместить ущерб потерпевшим по его делу Общество, 20:33 Глава «Интер РАО» продал свою долю в компании Бизнес, 20:22 «Квартал 95» анонсировал шоу с критикой Зеленского Общество, 20:22 Президент Эстонии назвала позором восстановление России в ПАСЕ Политика, 20:19 Инстаграм богов Олимпа: как сделать незаурядную фотографию РБК Стиль и HUAWEI, 20:10 В Госдуме предложили способ снизить цены на золотые слитки для россиян Финансы, 20:09 МВД завело уголовное дело после отравления более 40 человек в Одинцово Общество, 19:59 МОК одобрил включение брейк-данса в программу Олимпиады-2024 Спорт, 19:50 Глава Бурятии решил проверить жалобу жителей Путину на «дочку» «Ростеха» Общество, 19:43 Британские СМИ назвали несмешным шоу с анимированным Путиным Общество, 19:43 СК начал проверку данных об отказе фельдшера помочь больному в Башкирии Общество, 19:37 Госкомпании дали совет брать в лизинг новые вагоны вместо покупки старых Бизнес, 19:29
Мнение ,  
0 
Евгений Чичваркин Прикрытые бумажками: почему в России нет частной собственности
Уничтожая чужое имущество, власть дает людям четкий сигнал — в России, как и в СССР, ничего не является твоим навсегда

Когда в сносе павильонов обвиняют персонально мэра Сергея Собянина, я вспоминаю, что на моей памяти было три волны сноса павильонов еще при Юрии Лужкове. Иногда нам удавалось отстаивать помещения, иногда приходилось уходить. С документами у владельцев было по-разному — где-то все идеально, у кого-то все на взятках и на коротких договорах. Но сути это не меняло — если решили снести, снесут.

Мы выигрывали, бомбя деньгами и не задумываясь о рентабельности. Последняя волна сносов в начале 2008 года обошлась нам в шесть недель напряженной работы и $1 млн. Понимая, что точки снесут, мы арендовали соседние и заново делали ремонт. Мы не могли потерять потоки людей у метро.

Но никогда снос не был таким масштабным и, прямо говоря, бандитским. Что происходит сейчас? Снижается конкуренция, ухудшается логистика людей, покупающих продукты домой. Самые бедные российские женщины, которые в руках тащат домой пакеты, теперь будут вынуждены наматывать лишние сотни метров.

Я не думаю, что это решение одного Сергея Собянина, несмотря на его риторику. Когда он был главой Тюмени, мы с ним сотрудничали. Городу нужны были инвестиции, стройки. И нам предложили перестроить остановочные комплексы за свой счет, отдать их городу, а затем арендовать. Под патронажем города мы делали простые, страшненькие, можно сказать, павильоны. Никто об эстетике с нами не говорил.

Первые лица страны поддержали решение мэра. Это их стиль. Вспомните инаугурацию Владимира Путина — пустые, стерильные улицы. Как в СССР конца 1970-х, когда город «зачищали» перед Олимпиадой. Вместо развития, буйства красок, ярмарок и торговли, пустота и стерильность. Это все не про жизнь.

Нет сомнений, что на месте снесенных павильонов построят уродство. Нет сомнений, что на этом власти не остановятся — будут сносить и сносить. Если такое возможно в центре Москвы, то в регионах и подавно. Это бандитизм и демонстрация известного тезиса, что в России, как в СССР, ничего не является твоим навсегда. Коммерсанты — просто смотрящие над бизнесом. А если потребуется, все заберет Родина. Нынешняя власть частную собственность презирает. Эта власть не умеет созидать и приумножать, умеет только вычитать и делить.

Есть известная история, как домик какой-то немецкой бабушки оказался на пути автобана. Все продали дома, а бабушка не захотела. Ей предложили космическую компенсацию, но она все равно отказалась переезжать. В итоге трассу построили в объезд. Рынок недвижимости в Лондоне зарегулирован так, что любую перестройку нужно согласовывать с миллионом инстанций. Но если строение, пускай «уродливое», на вкус властей, уже есть, то никто никогда его не снесет. Частная собственность — это святое.

Если московские власти так озаботились благоустройством, то они были обязаны договориться с каждым владельцем недвижимости, сделать такой оффер, чтобы никто не смог отказаться. И на крайний случай — пойти в суд и не сносить, пока нет решения.

Нельзя брать чужое, нельзя отдавать свое.

Об авторах
Евгений Чичваркин Предприниматель
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.