Плановые цены: что означают договоренности правительства и нефтяников
Розничные цены на рынке моторного топлива регулировались и раньше, в противном случае литр АИ-92 стоил бы больше 50 руб. До 2017 года сдерживание роста цен на АЗС в пределах инфляции было комфортно и переработчикам, и заправкам, но с увеличением рублевых цен на нефть из-за девальвации устоявшаяся модель дала сбой. Заводы покупают подорожавшее сырье — соответственно, для сохранения рентабельности цены на нефтепродукты также требуется поднимать. В результате оптовые цены на топливо резко пошли вверх и в конце мая 2018 года превысили розничные, что несвойственно рыночной экономике.
Ручное регулирование
Для урегулирования ситуации правительству пришлось не только снизить акцизы с 1 июня 2018 года, но и оказать дополнительное давление на компании, чтобы они опустили оптовые цены. Так, в августе 2018 года НПЗ теряли 9 руб./л при поставке АИ-92 на внутренний рынок, из-за чего маржа многих заводов была отрицательной. Устойчиво работать длительное время в убыток не может ни один бизнес, поэтому оптовые цены медленно, но верно поползли вверх. В результате к концу октября для АЗС вновь сложилась противоестественная ситуация: цены закупки были выше отпускных. Особенно остро проблема встала с дизтопливом, при реализации которого заправки теряли 2 руб./л. Розничные цены вновь стали расти, что стало причиной для очередных «разбирательств» с нефтяниками.
В ходе последних переговоров правительство использовало новый инструмент давление на компании — обещание ввести заградительные пошлины на экспорт топлива. При их росте до максимального уровня (90% от цены нефти) среднероссийская маржа НПЗ упадет на минус $3/барр., поэтому меньшим злом для компаний является сдерживание внутренних цен.
Сложная ситуация сохранится до начала 2019 года, пока не будет введен демпфирующий механизм в виде обратного акциза, который возвратят переработчикам. Он компенсирует НПЗ от 95% потерь от продажи топлива по заниженной стоимости на внутреннем рынке относительно экспорта. Данный механизм также позволит нивелировать повышение акцизов и НДС в 2019 году. Размер демпфера в текущих макроэкономических условиях составляет порядка 10 тыс. руб./т, что позволяет переработчикам возместить 80% акциза на бензин и получить дополнительные 1,5 тыс. руб. с каждой тонны проданного дизельного топлива. Однако при значительном снижении нефтяных котировок или укреплении рубля демпфирующий механизм предполагает изъятия у нефтяников. Из-за этого сохраняется неопределенность относительно будущих условий функционирования рынка и, по всей видимости, потребуются корректировки параметров демпфера или переход на принципиально иную модель.
В западных странах динамика стоимости бензина повторяет траекторию цен на нефть, в России же потребители привыкли к росту цен на АЗС в пределах инфляции. Обеспечение стабильности, как показал текущий год, не такая простая задача. При резкой смене макропараметров на рынке возникают дисбалансы, которые приходится ликвидировать в ручном режиме.
Дальше — квоты?
Существуют два решения, которые в корне могут изменить ситуацию. Первое — переход к свободному ценообразованию. Тогда проблем у НПЗ и АЗС не будет, однако появятся сильная волатильность цен и заметное повышение их уровня (около 10 руб./л для АИ-92). Такое положение вещей не устроит потребителя и неприемлемо для социально ориентированного государства. Второе решение — перейти к прямому регулированию оптовых цен и компенсации волатильности нефтяных котировок и обменного курса за счет бюджета и компаний.
Вполне ожидаемо, что правительство выбрало второй путь. В результате достигнутых договоренностей нефтяники должны держать розничные цены на уровне мая-июня до конца года, что обеспечит АЗС маржу в размере около 2700 руб./т. Фактически это означает регулирование не только розничных, но и оптовых цен. Именно эта модель предлагалась экспертами VYGON Consulting в исследовании «Цены на бензин: back to the USSR» еще в августе этого года.
Последние решения подтверждают текущую неготовность российской экономики к функционированию в рыночных условиях: переработчики не могут существовать без таможенных субсидий (отрицательных акцизов), а потребители негативно воспринимают волатильность даже относительно невысоких цен.
Поскольку демпфер не полностью компенсирует разницу между продажами на внутреннем рынке и экспортом, перспектива введения экспортных квот или балансовых заданий по поставкам на внутренний рынок уже не кажется чем-то невероятным. С учетом происходящего следующим шагом может быть переход на устанавливаемые ФАС оптовые и розничные цены, как на газовом рынке, ежегодно индексируемые в соответствии с инфляцией.
