Фальшивый референдум
Фальшивый референдум
Сергей Миронов публично прекратил фарс под названием «Референдум против платных парковок». Фарсом этот референдум стал еще до своего начала, еще на стадии вопросов, которые планировали задать организаторы москвичам.
Вопросы звучали примерно так:
Вы не против платных парковок?
— Да, не против.
— Нет, не против.
Разумеется, те люди, которые не ведутся на громкие названия и бренды, а любят читать мелкий шрифт, поняли, что на самом деле этот референдум был придуман ровно для того, чтобы легитимизировать платные парковки в Москве. Вопросы были поставлены таким хитрым образом, что проголосовать против платных парковок на референдуме против платных парковок было нельзя. Власти выигрывали в любом случае. В самом худшем для департамента транспорта и Максима Ликсутова исходе голосования в Москве сохранялась зона платной парковки в пределах Бульварного кольца. Именно поэтому Максим Ликсутов публично поддержал референдум, который был, по сути своего названия, направлен против его инициатив.
Референдум был назван в народе троянским, призванным выяснить процент тех, кто не любит или не умеет читать, а только ставит галочки «да-да-нет-да». Но референдум оказался троянским не только с точки зрения парковок. Один из провокационных вопросов, на который предлагалось ответить всем москвичам, прямо спрашивал, надо ли платить жителям центра за парковку наравне со всеми остальными жителями города Москвы. И это посеяло жуткий раздор между жителями разных районов. Жители условного Бутова начали говорить, что жители центра зажрались, у них квартиры по 50 млн, поэтому пусть платят по 80 руб. в час. Жители же центра, оказавшись в физическом меньшинстве, поняли, что судьбу их кошелька будут решать жители спальных районов. В результате в центре города начались уже внутридомовые конфликты. Мест в узких дворах на всех не хватает, а перспектива платить 57 тыс. руб. в месяц за парковку своего автомобиля на дороге уже превращалась в реальность. И жители начали воевать со своими соседями за место во дворе. К этому конфликту присоединились жители условного Бутова, которые, приехав по делам в центр, явно не горели желанием платить те же 57 тыс. в месяц, что больше их ежемесячной зарплаты.
В центре началась массовая установка шлагбаумов, заборов, а параллельно началась борьба приезжих за парковочное место во дворах в центре Москвы. Шлагбаумы били электрошокерами, что выжигало всю электронику, ломали пластиковые стрелы, у заборов пропадали петли, и этот процесс уже практически не остановить. Референдум только подлил масла в огонь. Неприязненные отношения между жителями центра и теми, кто днем ставит автомобили в их дворах, достигли невиданного ранее накала. Участились случаи, когда «чужим» машинам резали колеса или били стекла.
На фоне подобных кризисных симптомов благодушие властей Москвы к одобрению первого московского референдума объясняется только одним. При любом раскладе власти Москвы оказывались в выигрыше. Хитро сформулированные вопросы при любом ответе на них оставляли москвичей в проигрыше, а власти получали карт-бланш на проведение непопулярных и необоснованных репрессивных мер в отношении автомобилистов. Хорошо хоть, что организаторы остановились в начале этого пути в никуда.
В любом случае платные парковки на улично-дорожной сети в Москве — это не только не метод борьбы с пробками, но и даже способ их усугубления. Достаточно просто подсчитать, основываясь на цифрах департамента транспорта, что если сейчас вместо одного автомобиля на одном парковочном месте в разное время паркуется пять автомобилей, то это означает, что трафик в центр вырос в пять раз. И это не предел. До ввода платных парковок девять из десяти автомобилистов добровольно отказались от поездок в центр на автомобиле. Сейчас, когда со всех сторон мы слышим, что в центре свободно, многие из тех, для кого поездка в центр была табу, начали туда наведываться на авто. Пока ненадолго. Но это только начало.
