Земельный бунт

Фото: РБК

Чиновники правительства в очередной раз призвали главу Высшего арбитражного суда (ВАС) Антона Иванова обратить внимание на кадастровую стоимость земель, следует из письма Росреестра в Минэкономразвития к совещанию в ВАС. Более половины судебных разбирательств за прошедший год разрешилось в пользу землевладельцев, которые настаивают на существенном уменьшении кадастровой стоимости участков. Страдают местные бюджеты: победители судебных споров пополняют казну меньше ожидаемого.

За три квартала 2013 года поступило 4546 исков по оспариванию результатов кадастровой оценки земель, из них более половины (2551 иск) было удовлетворено, рассказала РБК daily глава Росреестра Наталья Антипина. Для сравнения, за весь 2012 год поступило 1200 таких исков, удовлетворено 776. Большинство истцов — представители бизнеса, но есть и физлица, основная претензия — завышенная кадастровая стоимость участков, исходя из которой считается земельный налог. Землевладельцы настаивают на существенном ее снижении, но для муниципальных бюджетов это немалые потери.

«Проблема по обжалованию дел заключается еще и в том, что в качестве ответчика по этим делам, как правило, привлекают Кадастровую палату, но она не является оценщиком. Ее задача — внести утвержденный регионом результат оценки в Государственный кадастр недвижимости», — объясняет г-жа Антипина. Ведомство уже не один год борется с этим: ранее оно уже предлагало ВАС привлекать в качестве ответчиков региональные власти, которые являются заказчиками оценки и утверждают результаты. Но судьи однозначного ответа так и не дали, знает источник РБК daily в правительстве.

Ожидать кардинальных изменений в практике оспаривания кадастровой стоимости не следует, развеяла надежды правительственных чиновников главный консультант управления частного права ВАС Елена Поветкина. Оценщик, который проводил кадастровую оценку, ответчиком по такого рода делам быть не может. «Во-первых, он проводит оценку по заказу государства, и эта оценка государством же (в лице региона) в рамках госконтракта принимается и утверждается и только в результате этого приобретает какое-то юридическое значение, — перечисляет она. — Во-вторых, оценщик в принципе не способен после того, как кадастровая оценка утверждена и ее результаты внесены в кадастр, устранить нарушение интересов истца, обусловленное ее размерами. Изменение сведений кадастра недвижимости также находится в сфере ведения государства. В-третьих, результат рассмотрения данной категории дел непосред­ственно затрагивает государственные и муниципальные интересы, так как от кадастровой стоимости зависит размер земельного налога, поступающего в местные бюджеты, размер арендной платы за земельные участки и т.д.». При этом участвовать в процессах по такого рода делам в иной роли кадастровые оценщики могут, подчеркивает г-жа Поветкина.

У землевладельцев есть два способа добиться пересмотра кадастровой стоимости — через спецкомиссии при региональных управлениях Росреестра (но они не могут принимать решение о новой стоимости, а могут только либо согласиться с существующей, либо указать, что та некорректна) или через суд, говорится в письме Росреестра. При этом закон «Об оценочной деятельности» требует, чтобы любой отчет оценщика подтверждался экспертизой саморегулируемых организаций (СРО). Но судам часто достаточно банального соответствия отчета формальным требованиям, добавляет чиновник Белого дома.

«Еще в конце 2012 года мы вышли с предложением к Минэкономразвития внести изменения в закон «Об оценочной деятельности», чтобы сделать более прозрачным институт оценки недвижимости, усилить ответственность экспертов СРО, а также самих СРО, дающих заключения на проведенную оценку», — сообщила г-жа Антипина.

Предложения об усилении ответственности экспертов СРО отражены в плане мероприятий «дорожной карты» по совершенствованию оценочной деятельности. Кроме того, эксперты СРО теперь обязаны сдавать единый квалификационный экзамен, поясняет представитель МЭР, а в Госдуму уже направлен законопроект, предусматривающий повышение ответственности экспертов СРО за результат кадастровой оценки, установление обязательного досудебного рассмотрения споров в комиссии и т.д., добавляет представитель министерства.

Бизнес по оценке кадастровой стоимости невероятно прибыльный, говорит один из девелоперов: «Изначально за кадастровую оценку оценщики берут суммы в десятки раз меньше, чем за работы уже по заказу землевладельцев». Проблема не в том, кто является ответчиком по делу, а в том, как проводится оценка кадастровой стоимости, добавляет главный юрисконсульт АКГ «МЭФ-Аудит» Татьяна Лучинкина: «Основная задача — изменить кадастровую стоимость всех участков. Часто такая работа выполняется просто для галочки, и самую важную роль в этом процессе играет объем работы, т.е. количество оцененных участков, а не ее качество».

«На МКАД в первой линии объекты стоят на 30—40% дороже, чем во второй линии, хотя и те и другие находятся в одном кадастровом квартале, — приводит пример партнер Goltsblat BLP Виталий Можаровский. — В прошлом году в Москве и Подмосковье налог на землю вырос в 1,5—10 раз. Естественно, налогоплательщики начали активно пытаться оспаривать новую кадастровую стоимость, особенно когда тем, чьи объекты находятся во второй линии МКАД, приходится платить так же, как за объекты в первой линии».

Многие земельные участки вообще не учтены в установленном порядке, добавляет г-жа Лучинкина. «В моей практике были случаи, когда в результате переоценки кадастровая стоимость земельного участка в десять раз превышала его рыночную стоимость, что имеет тяжелые финансовые последствия для землепользователей. Если предусмотреть четкий и прозрачный алгоритм оценки, это, несомненно, приведет к значительному снижению количества исков», — считает эксперт.