Люкс идет за покупками

Фото: BLOOMBERG

Ведущие производители товаров класса люкс, столкнувшиеся с замедлением продаж, намерены решать эту проблему за счет скупки других компаний. Крупнейшие в Европе представители премиального сегмента — LVMH, PPR и Financiere Richemont — скопили более 5 млрд евро наличности, которые они могут направить на сделки M&A. Новые бренды в портфеле помогут улучшить продажи, однако хороших предложений на рынке немного.

Органический рост выручки крупнейшего производителя роскоши LVMH замедлился в первом квартале этого года на 1 п.п., до 6%. При этом сегмент часов и ювелирных изделий и вовсе сократил выручку на 1%. Еще более «говорящими» оказались результаты французской PPR. Компания разделена на два сегмента — спортивные товары и люкс. Последний, который генерирует основную выручку, показал в первые три месяца этого года рост в 6,4% против прибавки в 18% в прошлом году. Продажи Richemont по итогам прошлого года выросли на 14%, не оправдав ожиданий аналитиков, рассчитывавших на 25%.

Эксперты полагают, что компании будут бороться с замедлением продаж с помощью покупки более мелких конкурентов. «Лидеры отрасли аккумулировали значительные финансовые ресурсы как раз к тому времени, как органический рост замедлился. В результате в этом году будет больше сделок M&A», — цитирует The Wall Street Journal аналитика Exane BNP Paribas Люку Солька. На конец прошлого года французские LVMH и PPR скопили 2,5 млрд евро и 0,9 млрд евро соответственно. Швейцарский конгломерат Richemont, в чью корзину входит французский бренд Cartier, мог похвастаться 1,8 млрд евро.

Пока самой крупной сделкой этого года в сегменте роскоши является поглощение за 1 млрд долл. американского бренда часов и ювелирных украшений Harry Winston швейцарским производителем часов Swatch. Но активнее всех действует PPR: на прошлой неделе группа объявила о покупке итальянского производителя ювелирных украшений Pomellato. Сумма сделки не разглашается; аналитики Cheuvreux оценили Pomellatto в 270—300 млн евро.

При этом финансовый директор PPR Жан-Марк Депле заявил, что компания намерена расширить число брендов в подразделениях ювелирных изделий и часов. Эти два сегмента рынка люкс — одни из самых быстрорастущих и уступают только бизнесу по продаже аксессуаров (13 и 14% против 16% соответственно, подсчитала Bain & Co). PPR на прошлой неделе объявила также о покупке производителя фарфора Richard Ginori.

Однако европейским люксовым конгломератам будет сейчас сложнее приобрести хорошие активы, чем в 1990-е годы, полагают эксперты. Ведь им приходится конкурировать с новыми крупными игроками — гонконгским Fung Brands и катарским фондом Mayhoola for Investments. В прошлом году первый купил французский дом Sonia Rykiel, второй — итальянский Valentino.

«Проблема для крупных игроков заключается в том, что на рынке очень ограниченное число предложений. Успешным крупным брендам вроде швейцарского производителя часов Rolex или французского дома Chanel ни к чему жертвовать независимостью, так как с продажами у них и так все в порядке. А деньги под расширение, если понадобится, они скорее будут искать на открытом рынке», — сказал РБК daily аналитик Aurel BGC Дэвид да Майя.

Наиболее вероятной эксперт считает серию приобретений недорогих, но хорошо известных брендов, которые легко можно интегрировать в портфель без ущерба для остальных марок группы. Небольшая Pomellato может стать эталонным примером удачной покупки — 80% продаж бренда приходится на Европу, что гарантирует хороший потенциал роста при расширении бизнеса в Азии.

Помимо поглощений конгломераты будут расширять портфель брендов за счет скупки долей. Так, LVMH купила миноритарную долю французского Maxime Simoens, а PPR выкупила 51% британского Christopher Kane. «За счет такого партнерства маленькие компании получают доступ к дистрибьюторской сети гигантов, то есть обеспечивают себе выход в лучшие моллы мира. Группы же сажают там свой менеджмент, а в перспективе выкупают эти компании», — отметил г-н да Майя.