Изгоняющий дьявола

Фото: ЕРА

Президент Венесуэлы Уго Чавес скончался во вторник в 58-летнем возрасте от ракового заболевания, с которым боролся на протяжении последних двух лет. 14-летнее правление харизматичного лидера обеспечило небывалый подъем левых сил в Латинской Америке. Сам Чавес называл себя социалистом XXI века, выступал против американского нео­колониализма, поддерживал идею ликвидации свободных рынков, усиление государства в экономике и сближение с Китаем и Россией.

Чавес, родившийся в небольшом городке Сабанета, пользовался необыкновенной популярностью среди бедного населения, полюбившего команданте в красном берете за его близость к народу, шарм, жизнелюбие, а также желание направлять нефтяные богатства на развитие страны. К концу его правления Венесуэла тратила порядка 25% ВВП на различные соцпрограммы по здравоохранению, обеспечению жильем и едой. Финансирование обеспечивается в основном прибылью от продажи «черного золота», доля в общем экспорте страны которой составляет около 90%.

Чавес вошел в большую политику с оружием в руках: в 1992 году он возглавил попытку свержения режима Карлоса Андреса Переса, впоследствии эмигрировавшего в США. Тогда повстанцы вышли на улицы Каракаса с требованием обновления власти, однако мятеж был подавлен, и Чавес вместе с частью сторонников провел два года в тюрьме. Его помиловали, а уже в 1998 году он праздновал свою первую победу на президентских выборах.

Чавес был близок к потере власти лишь однажды, в апреле 2002 года. Тогда оппозиционные генералы арестовали Чавеса и провозгласили новым главой государства олигарха Педро Кармону. Однако армия и наиболее бедные венесуэльцы встали на защиту команданте, и уже через два дня тот с триумфом вернулся в президентское кресло, которое никому не уступил до самой кончины.

Команданте предложил обществу собственную доктрину — «чавизм», основанную на прин­ципах национализма, католицизма, антикапитализма и антиамериканизма. Идеалом для Чавеса был руководитель борьбы южноамериканских колоний за независимость от Испании Симон Боливар. Увлечение Боливаром было настолько сильным, что команданте переименовал страну в Боливарианскую республику, себя самого назвал реинкарнацией героя XIX века и в лучших традициях магического реализма просил оставлять на совещаниях с министрами пустой стул для привидения Боливара.

Лидер Венесуэлы возглавил региональный блок «социалистов XXI века», которые выступали против засилья США и транснациональных корпораций. Чавес неоднократно проводил национализацию принадлежащих иностранцам активов, в первую очередь нефтяных. Он регулярно выступал с критикой внешней и внутренней политики США. «Дьявол в этом доме. И дьявол приходил сюда вчера. И сегодня здесь все еще пахнет серой», — говорил он об экс-президенте США Джордже Буше с трибуны ООН. К Бараку Обаме венесуэльский лидер сначала отнесся вполне благодушно, однако позже разочаровался и в нем.

В противовес американской «оси зла» Чавес предложил «ось добра» (союз Венесуэлы, Кубы и Колумбии), а также более многочисленный клуб АЛБА (Альянс стран Латинской Америки и Карибского бассейна). Чавес также наладил тесные связи с Китаем и Россией, дружба с которыми подкреплялась миллиардными инвестициями, военными и неф­тяными контрактами. Россию он считал «стратегическим партнером», девять раз приезжал сюда с визитами (чаще он ездил, пожалуй, только в Иран) и очень гордился дружбой с Владимиром Путиным. Правда, при этом наиболее подходящей для Венесуэлы социально справедливой моделью общества он считал ту, что построена в Белоруссии.

Чавес выступал за перманентную революцию у себя дома и во всем регионе. Перед смертью его кумир Боливар заявил: «Америка неуправляема. Те, кто служит революции, пашут море». Сам Чавес, похоже, не был уверен в том, что его последователи смогут так же хорошо продолжать строительство социализма, и опасался, что после его смерти «результаты этой революции будут развеяны по ветру».