Лента новостей
Власти Крыма назвали число посетивших регион иностранных туристов Общество, 12:11 Боксер Тайсон Фьюри спел песню Aerosmith после победы в Лас-Вегасе Спорт, 12:07 Представитель Алибасова ответил на сообщения о состоянии продюсера Общество, 12:02 Спортсмен из Мурманска погиб в горах Крыма Общество, 11:39 Бизнес победителей: как создать позитивную среду в бетонных джунглях РБК и ВТБ, 11:33 Спасатели назвали причину взрыва в центре Киева Общество, 11:32 Следователи задержали еще 12 человек после драки с цыганами в Чемодановке Общество, 11:07 Епархия Екатеринбурга отказалась от строительства собора около театра Общество, 10:15 Певица Лолита ответила на комментарий блогера к шутке Цекало про Крым Общество, 10:13 Гепатит в России – почему это касается каждого и как себя обезопасить РБК и Philips, 10:12 Эрдоган на вопрос о поставках С-400 ответил фразой «Вопрос решен» Политика, 09:59 «Враги» белоснежной улыбки: какие продукты обычно не едят стоматологи Спецпроект РБК PINK, 09:36 Британский боксер Тайсон Фьюри победил нокаутом немца Тома Шварца Спорт, 09:22 Рекордный прокат: как Disney заработает $9 млрд на своих фильмах в 2019-м Quote, 09:21
Финансы ,  
0 
Верховный суд расширил круг ответственных за корпоративные банкротства
Платить из собственных средств за банкротство контрагентов должны все заключавшие с ними сомнительные сделки, а не только те, кто извлек из этого существенную выгоду. К такому выводу пришел Верховный суд
Фото: Екатерина Кузьмина / РБК

21 декабря пленум Верховного суда (ВС) принял постановление об ответственности контролирующих должника лиц (КДЛ): бенефициаров, руководство и контрагентов — за доведение компании до банкротства. По сравнению с проектом итоговое постановление стало жестче. Из него следует, что риски платить из собственного кармана за банкротство компании есть у любых ее контрагентов, а не только у тех, кто накануне банкротства заключал с ней крупные сделки, тем самым способствуя выводу активов. В окончательной редакции постановления пленум ВС исключил «существенность» полученной выгоды как фактор виновности/невиновности покупателя.

«Изначально в проекте постановления пленума было ясно записано: покупатель актива не может быть отнесен к КДЛ, если его выгода от сделки с банкротом не является существенной. Теперь этой нормы нет», — говорит РБК адвокат CorpLaw.Pro​ Юлия Михальчук.

Председатель судебного состава экономической коллеги ВС Иван Разумов пояснил РБК: «Наша задача была не выработать значения существенности, а задать направление судам. Мы могли бы написать, что ответственность контрагента наступает при выводе 20, 30 или 40% активов банкрота, но это не сработает на практике. Можно продать маленький актив, который приносит большой доход».

Противоречивая практика

В настоящее время суды проверяют обоснованность цен активов в спорах о банкротстве различными способами. Во внимание принимаются все факты: отчет оценщика, цена последующей перепродажи, фактическое состояние объектов. Тем не менее практика складывается противоречивой. Например, в недавно рассмотренном ВС споре компания перед банкротством продала гостиницу по цене в три раза ниже рыночной. Конкурсные управляющие потребовали признать сделку недействительной. Первая и кассационная инстанции поддержали покупателя гостиницы, апелляция — конкурсных управляющих. Окончательную точку в споре поставил Верховный суд, признав сделку недействительной.

«Имущество приобреталось обществом по цене в несколько раз ниже рыночной, что должно было вызвать у любого разумного участника гражданского оборота обоснованные сомнения», указано в определении ВС.

Возможные последствия

«До вынесения постановления пленума было неясным, какие именно сделки считать добросовестными, а какие нет. Пленум ВС был призван в том числе устранить этот пробел. Вместо этого пленум возложил бремя доказывания добросовестности на контрагентов должника. Это расширительное толкование закона, меняющее основной принцип арбитражного процесса: бремя доказывания лежит на том лице, которое заявило иск, и в данном случае это не контрагент компании-банкрота», — говорит юрист компании «Лемчик, Крупский и партнеры» Кирилл Захаров.

Следствием этого решения станет расширение зоны ответственности контрагентов за банкротство компании, указывают юристы.

«Фактически ВС предлагает судам самостоятельно решать вопрос о привлечении контрагентов компаний-банкротов к субсидиарной ответственности исходя из условий сделки в каждом конкретном случае», — делает вывод Михальчук.

«Привлекать контрагентов к ответственности суд мог и раньше. Но их вину нужно было доказать. ВС перевернул ситуацию, указав, что контрагенты, совершившие значимые сделки, априори считаются виновными в выводе активов. И теперь именно они должны доказывать свою невиновность», — прогнозирует партнер TertycnyAgabalyan Марат Агабалян. В такой ситуации, по его мнению, новым владельцам приобретенных активов будет очень сложно доказать свою добросовестность.

Страховка от риска

По мнению Кирилла Захарова, чтобы избежать привлечения к субсидиарной ответственности, новый владелец актива должен суметь объяснить в суде, каким образом он с продавцом согласовал цену, и подтвердить обоснованность этой цены.

«Тут можно назвать два способа, — объясняет Захаров. — Первый — включить в договор специальный раздел «Заверения и гарантии». Такая возможность предусмотрена ст. 431.2 Гражданского кодекса. В этом разделе нужно подробно описать порядок определения условий сделки: как рассчитывалась цена, какие средние цены применялись на рынке, почему применен дисконт. Второй способ — отразить все эти расчеты, весь ход обсуждения цены в переписке. А в договоре указать, что при возникновении спора должен приниматься во внимание и предшествующий сделке ход переговоров».

Больной вопрос

По данным Единого федерального реестра сведений о банкротстве, в течение последних нескольких лет количество банкротств неуклонно возрастало и достигло пика в четвертом квартале 2016 года. В целом за 2016 год суды вынесли более 12 тыс. решений о признании компаний-должников банкротами, но компенсировать хотя бы часть убытков смогла только треть кредиторов. В 67% случаев кредиторы должника не получили ничего (ни за счет продажи активов в ходе банкротства, ни за счет субсидиарной ответственности). Сводной статистики за 2017 год пока нет. За девять месяцев этого года решений о признании компаний банкротами было уже 20,6 тыс.

При этом в 2015–2016 годах было подано чуть менее 6 тыс. заявлений о привлечении лиц к субсидиарной ответственности. Общий объем ответственности привлеченных к субсидиарной ответственности лиц составил 138 млрд руб. Из этой суммы кредиторы смогли вернуть около 7,5 млрд руб.

С целью исправить ситуацию в июле 2017 года закон о банкротстве был дополнен новой главой III.2, регламентирующей порядок привлечения к субсидиарной ответственности по долгам обанкротившихся компаний. Согласно ст. 61.10, субсидиарную ответственность за доведение компании до банкротства как раз и несут контролирующие должника лица.

Закон относит к КДЛ три группы. Во-первых, это руководители компании, фактические и номинальные. Во-вторых — акционеры, явные и скрытые. И в-третьих — любое лицо, которое могло приобрести выгоду из незаконных действий руководителей и бенефициаров компании-должника, в том числе контрагент. Все вышеперечисленные категории лиц отвечают по долгам банкрота перед кредиторами.